Иосиф Дайчман - Интерпол

• Название: Интерпол
• Автор: Иосиф Дайчман
• Жанр: Детектив

---

Тем не менее Гувер на этой ассамблее был выбран одним из семи вице-президентов МККП; президентом стал Ф. Люваж, Генеральным секретарем Луи Дюкло, начальник юридического департамента полиции в Сюрте Националь (Франция). Это, естественно, не означает, что в сороковые годы ФБР полностью отстранилось от "европейских" дел - особенно в 43-44 годах, когда на континент высадились американские войска.

Был у ФБР и специфический интерес: получение неограниченного доступа к картотеке МККП; и в этом вопросе происходит не проясненная до сих пор история. Вот как об этом сказано в упомянутом секретном отчете "ФБР и Интерпол":

"Осенью 1945 года появилась информация, что в Берлине обнаружены архивы МККП. ФБР соответственно потребовало, чтобы было произведено расследование достоверности этого сообщения. Заместитель директора Службы безопасности американской армии, находящийся в Берлине, сообщил, что архивы хранил в своем гараже некий Пауль Шпильгаген (адрес: Берлин, Кляйнен-Ванзее 16) ... Офицер армии США изучил архивы с помощью господина Шпильгагена, который утверждал, что работал с ММКП с 1941 года, а до того был инспектором криминальной полиции Берлина..."

Дальше следует перечисление основного содержания картотеки и следует пассаж, совершенно не отвечающий реалиям "просмотра картотеки офицером американской армии", но зато очень характерный для эфбээровской казуистики:

"...на тех же, где имелись отпечатки пальцев, применялась система классификации, отличная от общепринятой системы Генри. Кроме того, карточки не совпадали по размеру с использовавшимися в ФБР.

В результате мы пришли к выводу, что эти досье не представляют ценности, и поэтому ФБР решило, что нет необходимости их переправлять в Вашингтон... Наилучшим выходом было оставить их на прежнем месте. Сведения о дальнейшем их местонахождении отсутствуют".

Поверить в то, что некий офицер сразу определил и особенности классификации дактилограмм, и несоответствие формата интерполовской картотеки эфбээровской, ещё можно - наверняка это был не просто офицер, а специалист. Поверить, что он счел эти формальные неудобства существенными, уже трудно. А уж в то, что "ФБР решило" не глядя оставить картотеку гнить в берлинском гараже и ничего из неё не позаимствовало - просто невозможно.

Впрочем, это не вопрос веры. Картотека находилась в руках американцев три года, затем её на грузовиках армии США перевезли в Париж, в новую штаб-квартиру МККП. В картотеке, предъявленной американцам Шпильгагеном, было 15000 досье. Жаку Непоту, секретарю Интерпола (и, наряду с ранее упомянутым итальянцем Джузеппе Доси, изобретателю самого этого знаменитого названия) американцами было передано только 1500. Как говорил Эгон Шланиц, многолетний руководитель Юридического отдела Интерпола: "Я лично убежден, первое, что сделали американцы, - это просмотрели все материалы в поисках каких-либо необычных документов. После войны происходило немало судебных процессов над нацистами. И все эти бумаги, несомненно, интересовали союзников".

Что же это были за материалы, которые так интересовали американцев? Вот одно из наиболее простых предположений. Кроме понятного интереса к предупреждению проникновения континентальной преступности в США после того, как каналы эмиграции вновь широко открылись, там было немало материалов, которые на современном слэнге называют "компромат" - сведения о преступной деятельности и коллаборационизме многих и многих деятелей, которые оказались в сфере военных и политических интересов Америки.

В самых различных сферах науки, в том числе и в финансируемых государством исследовательских центрах и, естественно, в тысячах частных фондов, центров и компаний ещё во время и сразу после войны работали сотни тысяч эмигрантов из Европы - от беглецов от нацистского режима до настоящих военных преступников. Многие из них "засвечивались" - пусть даже косвенно в свое время в картотеках полиции "своих" стран и МККТ. "Ведомство Гувера" же всегда отличалось предусмотрительностью и уж во всяком случае предпочитало накапливать несущественную информацию, нежели отворачиваться от малопонятной и неудобной.

Официальное сотрудничество ФБР с Интерполом восстановилось в 1947 году - похоже, к тому времени организация уже не вызывала сомнений в своей идеологической подоплеке. На Генеральной ассамблее по поручению Гувера выступил его специальный представитель, юридический атташе при посольстве США в Париже, и заявил, в частности: "В единстве, в соблюдении Закона, во взаимопомощи состоит сила организации. ФБР готово для совместной работы".

Но декларация ещё не означала фактического расширения действий и контактов. Одной из серьезных причин, сказавшихся на действиях "ведомства Гувера", было разворачивание "холодной войны" и антикоммунизма, как её идеологического первоосновы.

Дело в том, что в послевоенном Интерполе, в конце сороковых - начале пятидесятых, принимали участие Болгария, Чехословакия, Венгрия и Польша, страны, которые все отчетливее год от года находись под влиянием и руководством коммунистов. Более того, очередная (17-я) Генеральная ассамблея МККП проводилась в сентябре 1948 года в Праге и на этой Ассамблее Устав организации был украшен прекрасной, но невыносимой для патологического антикоммуниста Гувера фразой о том, что организация действует, "...решительно избегая вмешательства в проблемы, имеющие политический, религиозный или расовый характер". Более того, в тот период решался и был решен в "неприемлемом" для Гувера духе вопрос о розыске и преследовании как уголовных преступников группы лиц, которые совершили якобы по "политическим" мотивам захват и угон чешского самолета.

Вполне предсказуемо, что ФБР не стало участвовать в работе Пражской Генеральной ассамблеи; сказано об этом было так: "Представитель США отсутствовал по причине влияния на эту страну Советского Союза. Накануне ФБР получило информацию о возможных преследованиях и (или) аресте некоторых участников, особенно из стран свободного мира". 11

Согласно Тому Туллету, британскому криминальному репортеру, Дж. Эдгар Гувер был восторженным делегатом в течение нескольких лет, но его энтузиазм значительно остыл, когда Чехословакия потребовала через Интерпол возвращение десяти беженцев, которые сбежали в Западную Германию. Гувер сразу же решительно воспрепятствовал вмешательству Интерпола, настойчиво указывая, что подобное действие находится в прямом противоречии с принципами организации, что это нарушает фундаментальный запрет на вовлечение Интерпола в решение политических вопросов. Можно не сомневаться, что Гувер отстаивал бы прямо противоположную позицию, если бы Интерпол включился бы в операцию, например, с "красными" угонщиками.

Очень скоро отношения ФБР с Интерполом были заморожены; официальной причиной было названо то, что ФБР получает мало выгоды от Интерпола.

В Европе же вся ситуация трактовалась с точностью до наоборот. Большинство участников хотело, чтобы ведомство Гувера ушло из организации ФБР в то время был "на переднем крае" холодной войны и едва ли не все, что было связано с ним в тот период, оказывалось насквозь пропитанным политиканством.

Но к этому времени уже Интерпол никак не мог принять перспективу работы без участия США - этого, несомненно, требовали интересы дела. И здесь умные головы из руководства Интерпола показывают, что, в отличие от Э. Гувера, не отождествляют интересы дела, а также интересы США, с позицией и интересами ФБР и лично господина Гувера. Они обращаются к другим организациям США, совершенно не смущаясь прямым нарушением американского закона 1938 года, и начинают успешную работу с Секретной, Таможенной службами и Администрацией по борьбе с наркотиками (а затем с другими многочисленными организациями и службами этого направления).

Вопрос оказывался достаточно неоднозначным потому еще, что весьма важные, если не самые важные на тот период "международные" вопросы, связанные с контрабандой, транспортировкой наркотиков и подделкой денег входили в компетенцию Таможенной службы, Администрации по борьбе с наркотиками и Секретной службы США, - организаций, находящихся под юрисдикцией американского Министерства финансов. Поэтому руководство Интерпола обратилось напрямую к Министерству финансов США с предложением о сотрудничестве - и это предложение, по вынужденному признанию ФБР, "было тепло встречено". На Генеральной ассамблее МККП в Берне (1949 г) оказалось двое приглашенных из США: от ФБР и от Министерства финансов. На следующей Ассамблее, в Гааге, представители Секретной службы и Бюро по борьбе с наркотиками уже имеют статус официальных делегатов - и это, похоже, становится одной из самых решительных причин для выхода ФБР из Интерпола. Некоторое время спустя была принята поправка к закону 1938 года, которая позволяла Генеральному прокурору США назначать любое министерство или орган официальным представителем в Интерполе.