Константин Якименко - Загадка Роберта Престона

• Название: Загадка Роберта Престона
• Автор: Константин Якименко
• Жанр: Научная Фантастика

---

– Браво, Макс! Мои аплодисменты! – Хуанита и в самом деле хлопает в ладоши.

А я все равно не поддамся!..

– Все, накушались. Собираем вещички и топаем дальше.

– Да подожди ты! Дай отдохнуть по-человечески!

– Отдыхать будешь на корабле по дороге в Центр. А сейчас – идем!

– Макс, елки-палки, ну будь ты человеком! – вмешивается Дмитрий. – Мы все устали, да ты и сам…

Интересно, что в твоем понимании значит «быть человеком»? Я, например, совершенно не устал. Мой усовершенствованный организм очень даже неплохо справляется со своими функциями. Так что, отсюда следует, что я – не человек?

А если и вправду следует, Макс? И не говори, что ты раньше об этом не думал!

– Знаешь, что на моем месте сделал бы Конрад?

– Да тебе же до Конрада, как нам сейчас до выхода! – выкрикивает Хуанита, бросая на меня гневный взгляд.

Да, Макс, да! Ты же убийца, какими бы причинами ты это не объяснял!

Ну и черт с вами!

Встаю и набрасываю на плечи рюкзак, потом без единого слова поворачиваюсь спиной к спутникам. Впрочем, нет, кое-что забыл… Снимаю рюкзак и вытаскиваю оттуда два до сих пор бездействовавших, заряженных под завязку импульсника. «Он будет беззащитен» – говорил Конрад. Что ж – они беззащитными не останутся.

Два «импа» падают на землю между Дмитрием и Хуанитой. Вот теперь уже точно – все.

– Макс, да постой ты! Да что ты в самом деле…

Плевать. Просто иди.

Иди.

Иди… ведь если долго идти…

Закрученные зигзаги кристаллических образований стремительно надвигаются на меня. Синее на зеленом… красное на белом… черное на оранжевом… голубое на черном… желтое на черном… Бирюзовое на…

Черном.

И что это за шорох наверху?

Датчик? Нет, ничего… И костюм молчит.

А черного все больше. И шорох продолжает нарастать.

А кто-то еще совсем недавно говорил: «Твоя смерть не будет на моей совести!»… Но мало ли кто что говорил?

Приближаясь откуда-то слева, по верхнему ярусу разноцветья пещеры прокатывается приглушенный гул, а потом начинается…

Дождь?

Черные капли обрушиваются на меня сверху. Большие, тяжелые капли, словно резиновые мячики… Скорее застегнуть шлем! И все-таки удары, пусть даже и мягкие, ощущаются сквозь тонкую, хотя и прочнейшую ткань костюма. Это ведь не скафандр – так, одно название…

– Макс, ты?..

– Хуанита? Где Дима?

– Где-то там…

– Давай руку! Не стой на месте, бежим!

– А Дмитрий?

– Догонит. Вперед, кому говорю!

Бежим вместе – рука в руке. В глазах рябит от черноты, но я, пользуясь преимуществом своего неповторимого зрения, выбираю оптимальный путь. Мы бежим, и у нас на глазах кристаллы постепенно теряют краски, цвета сливаются, выравниваются, уступая место…

Черному.

Чернота не только заслоняет все перед глазами – она бросается под ноги, норовя сбить и повергнуть, барабанит по спине, чтобы сломить и подмять под себя, чтобы ты никогда больше не встал, чтобы мы навсегда остались здесь так же, как когда-то…

Но мы убежим! Должны убежать!

Тяжесть гнет меня к земле – это споткнулась Хуанита.

– Вставай! Немедленно вставай!

Поддерживаю ее – и вот мы уже бежим снова, но теперь не так быстро, моя спутница словно спотыкается на каждом шагу, прихрамывая на одну ногу… Некогда сейчас думать о ногах. Надо убежать.

Больше никаких оттенков. Черно-серая пещера, и только на низком уровне я могу видеть очертания коридоров…

Не важно. Главное – что эти коридоры продолжаются. Значит, нам все еще есть, куда бежать.

Потом все заканчивается так же быстро, как и началось. Последние круглые капли достигают земли – и снова наступает тишина. И мы будто идем по той же самой пещере, из которой провалились в эту странную реальность.

– Кажется, убежали… кошечка.

– Я подвернула ногу…

– Постой пока… Дима!

Нет ответа…

– Дима, ты где? Ты меня слышишь?!

– А меня?! – добавляет Хуанита.

Молчание.

– Он где-то далеко? Сигнал не проходит? – спрашивает она с надеждой в голосе.

– Может быть. А может, он упал… и не встал.

– Нет…

Спорить мне не хочется.

Впереди – круглый коридор, словно туннель в недра земли, словно пищевод, дорога в желудок гигантского животного, готового заглотить нас и переварить заживо. Того самого животного, которое порождает наведенки, а его мозг есть информация в чистом виде, не нуждающаяся в материальном носителе.

Мне не хочется спешить в чрево монстра.

Мне не хочется спешить.

Мне некуда спешить.

«Он заберет все без остатка!..»

– Макс…

– Что?

– Мне надо отдохнуть. Иначе я тоже упаду и не встану.

– Хорошо, – почему столько безразличия в моем голосе?

Хуанита снимает шлем, и я вижу ее разметавшиеся волосы грязно-коричневого оттенка, вижу размазанные по лицу остатки косметики, вижу… пустые печальные глаза – хищный огонек, всегда бывший их неотъемлемой частью, безнадежно потух. Потом она присаживается, опираясь спиной о стену и склонив голову. Точно так же она сидела в том зале, рядом с дверью для моего ключа… так же – и все-таки разница есть.

Конрад, командор, когда ты с огромным энтузиазмом организовывал нашу экспедицию – мог ли ты знать, что все закончится так?

Впрочем, почему – закончится?

Потому что, Макс, ты не видишь выхода из ситуации. И уже не хочешь его искать…

Ну и ладно.

Подхожу, прислоняюсь к каменной стене и собираюсь уже присесть рядом, но что-то меня удерживает…

Стена дрожит!

Поднимаю голову… Что там наверху?

Ничего особенного… камни как камни. И все-таки что-то не так.

Поворачиваюсь лицом к стене. Сейчас включу второй план, проверю…

В одном порыве здоровенные глыбы вдруг устремляются мне навстречу.

Чтоб вас черти съели!

Инстинктивно развожу руки в стороны, принимая на себя тяжесть всей стены, медленно напирающей на меня.

Почему я просто не отпрыгнул назад?

Правильный ответ: Хуанита…

– Встань, отойди, быстро!!!

Я не вижу, что там сбоку, взгляд упирается в однообразную серо-черную поверхность. Но слышу, как девушка поднимается… шлеп!

– Ты, сука!..

– Макс…

– Быстрее, ну!

Я держу, держу! Атлант когда-то поддерживал небо – а я, уподобившись ему, удерживаю землю, собравшуюся обратить нас в ничто. И никто не собирается сдаваться…

Сто двадцать четыре… Девятьсот сорок пять… Тридцать восемь… Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь…

«Прежде чем что-то найти, нужно что-то потерять.»

Когда ноги уже готовы согнуться под невыносимой тяжестью, будто второе дыхание приходит ко мне. Больше силы… я смогу ее удержать, смогу, я должен! Слышишь, чертова стена, ты не победишь меня! Ты не победишь, не имеешь права победить, потому что…

Не важно. Просто сделай.

Напираю – и на миг камень будто отступает, покоряясь мне… Так, хорошо. Быстрее, быстрее же!

– Хуанита…

– Я не могу, нога…

– Ползи на руках! Я не отпущу, ползи!..

Скрытые, неведомые мне доселе ресурсы организма сейчас работают на всю мощность. Вы, негодяи, я не знаю, что вы в меня вложили – но я задействую это по полной программе! Еще… еще чуть-чуть…

Стена снова напирает… Мне все равно не победить. Я только оттягиваю неизбежное.

Ноги, лишь бы держали ноги!

А дыхание учащается, все быстрее и быстрее, и в такт ему сильнее и сильнее стучит сердце.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук…

Тук-тук-тук. Тук-тук-тук…

Тук-тук-тук-тук-тук…

Тук-тук-тук-ту-ту-ту-ту-ту-т-т-т-т-т-т-т…

Трах-х-х!!!

Большой темный круг перед глазами. Большой-большой-пребольшой… Он плывет, и приближается ко мне… или я – к нему. Еще ближе… еще… еще…

И черный монстр глотает меня…

* * *

Мне тогда приходилось все открывать заново. Например, мои родители были для меня просто двумя приятными людьми, которых звали Анна и Самуэль. Я не знал, и так и не узнал потом, какой они были национальности. Впрочем, учитывая мой последующий образ жизни в духе «перекати-поля», мне никогда не приходилось беспокоиться о моем происхождении.

А еще был Ричард Трефилов, постарше их, но тоже во всех отношениях очень приятный человек. Его я видел даже чаще, чем родителей: им все-таки надо было работать, на что-то жить. А для Ричарда все, чем он со мной занимался, было и работой, и жизнью. Он приходил ко мне в комнату, иногда просиживал со мной часами – и я удивлялся, как ему удается угадывать, что мне нравится, а что было бы неприятно. Он придумывал самые разные игры, переиначивая по-своему правила; иногда уступал мне и давал выиграть, чтобы я чувствовал себя уверенней; потом, напротив, громил по полной программе, ставя на место. С ним никогда не было скучно, и я все больше привязывался к нему, по своей наивности не понимая, на что себя обрекаю.

В тот день Ричард не стал оставаться со мной в комнате – он предложил мне пойти с ним.

Мы пришли в большой круглый зал, и он усадил меня в одно из кресел, стоящих в центре этакими цветочными лепестками. Как будто ничего особенного – обычная виртуалка, во множество которых я в детстве переиграл; впрочем, с оговоркой: я знал, что переиграл, но абсолютно не помнил, как это было. Однако освоился я быстро. Мы с Ричардом попали в некую космическую империю, где лихо носились на звездолетах. Он командовал эскадрой, а я – всего лишь рядовым истребителем, и мы крушили всех и вся, кто был с нами не одного цвета. В конце концов случилось то, что должно было случиться: меня подбили.