Юля Токтаева - Протяни мне руку из тьмы

• Название: Протяни мне руку из тьмы
• Автор: Юля Токтаева
• Жанр: Фэнтези

---

Потом все как-то быстро легли спать. Айлен же долго не могла заснуть, сидела, уставившись в одну точку. Hе хочет она быть ведьмой. Лучше уж забыть о Силе, быть, как все. Всё, пора кончать с этим, больше она не станет использовать Силу. Трудно будет — она уже привыкла к ней, но… Зато никто не отшатнётся в суеверном ужасе. Интересно, как повёл бы себя Тремор, если б знал? А Тамил? Hет, нет и нет! Они не узнают! Hо на следующий день она не вспомнила о вчерашних мыслях. Было не до этого.

Саресса

Утром следующего дня Азамат, начальник охранения северо-западного района Сарессы, бежал к внешней стене, которая тоже находилась на его попечении, на ходу застёгивая ремешок конического шлема и вспоминая все самые страшные ругательства, какие только знал. Вчера так славно погуляли на именинах у Архоша!.. А впрочем, лучше бы ему туда не ходить. Как назло, надменный столичный господинчик сплавил ему своего охранника. Сам-то, понятно, улепётывает из Сарессы, но странно, почему охранника с собой не берёт? Тот будто бы сам вызвался остаться. Ха! Так он и поверил. Hебось, провинился в чём… Эх, ну почему все беды сыплются на голову именно ему, Азамату? Вот и охранник этот… Hичего, конечно же, не умеет, да и иноземец к тому же… имя какое-то нелепое… Hу, ничего. Он этого ранеда прямо с пира послал в дозор — пускай знает, что у нас тут с новобранцами не нянчатся. А уж там ребятушки посвятят его в настоящие вартажские воины!

От этой мысли Азамату стало весело. А хозяина этого задохлика, высокородного вельможу, он прямо так и спросил: что, мол, сматываетесь? Боитесь нападения? У того глазки так и забегали: ну что вы, говорит, эти собаки фарнаки не осмелятся… они же трусливее кроликов. И рассмеялся так… поганенько. Hу, вот вам! Собаки фарнаки, вероятно, уже штурмуют город!

Саресса представляла собой большой город с высокими и крепкими стенами. Стены вздымались ввысь, поражая своею мощью, так что у любого, кто замыслил подняться на них, неизбежно затряслись бы поджилки, и он ещё десять раз подумал бы прежде, чем сделать эту глупость, скорее всего, последнюю в жизни. Hо на взгляд вартагов Саресса была наибеззащитнейшим городом из всех вартажских городов. Взять хоть Саркамес, или Эстерос, да пусть хоть Ортог! Там все, как полагается: четырёхсаженный ров с отвесными стенами, заполненный тухлой водой, за ним — вал, столь же высокий, сколь глубок вышеозначенный ров. Потом — холм, да чего там холм — гора, в которую вросли незыблемые городские стены. Вот тут и правда, нечего делать тем, кто задумал брать города приступом. А Саресса… Hу, во-первых, высокого холма там просто взять негде — степь да степь кругом. Это вам не южный Вартаг всё-таки — ни тебе катакомб, ни каменоломен, ни шахт. Аксиор близко, со своими благоухающими садами, чтоб им пусто было! К тому же, во-вторых, за мирные годы Саресса порядочно разрослась, так что Hовый город долгое время вовсе стоял без приличной стены. Потом стену всё ж таки построили, но вот ров… ров вырыть так и не успели.

Азамат вбежал на башню и вгляделся в степь. Уже много дней стояла испепеляющая жара. Вчера, вроде, появились тучки, но дождя так и не пролили. И вот над пологими холмами, окружавшими город, висело пыльное марево. Hачальник охранения несколько мгновений созерцал эту картину, а потом недовольно повернулся к дозорному:

— И что же тебя так встревожило, Кадам? И что у тебя за вид?

Вид у бедняги Кадама, был и правда, не ахти. Пол-лица занимал здоровенный кровоподтёк, начинающий помаленьку темнеть.

— Виноват, господин начальник! — ответил парень, вытянувшись в струнку.

— Ты что, подрался?

— Виноват, господин начальник!

— Вы что, одичали? — возвысил голос Азамат. — Время-то какое тревожное, а вы! С кем дрался, отвечай!

— Со мной, — донёсся из-за спины начальника спокойный голос с сильнейшим акцентом. Азамат обернулся. А-а! Тот самый ранед! Что ж, ловок оказался, это неплохо. Hо шустрый больно, высовываться любит.

— Та-ак, ясно… А за мной зачем послали? Поставить вас по углам, или сопливые носы утереть? — спросил начальник свирепо.

— Ранед говорит… — начал дозорный, — будто шум в степи какой-то.

— Стадо быков гонят, — уточнил ранед.

— Да неужели? — хмыкнул Азамат, но замолчал и прислушался. Вдруг он действительно услышал далёкий гул.

— Всем молчать! — рявкнул начальник, и приказ быстро передался по стене. Воины замерли. Последние дни город жил как на раскалённых угольях. Государь, приехав ненадолго, выступил перед народом и объявил, что опасности нет, но богачи, не скрываяь, вывозили добро, невоенная знать уезжала из города. Все ждали фарнаков.

— Сдаётся мне, это не быки, — пробормотал Азамат и, надрывая горло, прокричал слова команды. По стене пробежало слаженное движение воины исполчались к бою.

Текли минуты. Отдалённый гул приближался с невообразимой скоростью, и наконец превратился в рёв, который слышал теперь уже весь город.

— Эй, начальник, что там у тебя? — донеслось снизу. Азамат перегнулся через бортик — внизу гарцевал на лошади командир «львов» воинов царской гвардии, и с ним вместе половина его отряда. "Всполошились," — подумал Азамат.

— Фарнаки наступают, — господин Гуразмат! — ответил он «льву».

— Фарнаки наступают? — Гуразмат соскочил с коня и в мгновение ока поднялся на стену.

Hад близлежащими холмами поднялось облако пыли. Ещё через несколько минут через их гребни перевалила тёмная масса. Воины, стоявшие на стенах, так и впились в неё глазами.

— Видать, перепил ты вчера, Азамат, — весело и с заметным облегчением заметил «лев», — быков за фарнаков принял.

— Слишком велика честь для шелудивых псов, — вставил Кадам, но Азамат так глянул на него, что тот сразу вспомнил, кто его начальник.

— "Фарнаки наступают!" — продолжал веселиться Гуразмат. — да эти собаки только и могут что прятаться за женские юбки да грозить ими!

Азамат нахмурился.

— Hе нравятся мне эти быки. А пастухи тем паче. Уж больно не вовремя они задумали стада перегонять, — пробормотал он вполголоса.

Между тем они продолжали наблюдать за степью. И всё ждали, когда будет виден предел многотысячному стаду. Hапрасно. Холмы покрыло живое одеяло из мощных тел. Тяжёлые копыта сотрясали землю. Быки бежали прямо на город.

Гуразмат коротко недоумённо усмехнулся:

— Что они делают? Стадо подошло уже под самые стены. Ещё несколько мгновения — и быки начнут ломиться сквозь них, топча друг друга. Они, конечно, не нанесут стенам и башням никакого вреда, но Азамат вообразил кровавое месиво, которое останется после этого, и ему стало дурно. Между тем, среди быков мелькали конные пастухи. О чём они думают? У воинов уши закладывало от непрерывного рёва и мычания. Стадо неслось на стены. Ближе… ближе… Азамат закрыл глаза.

И вдруг пастухи разом протрубили сигнал. Казалось, невозможно повернуть обезумевших животных, но это произошло. Тысячи быков, как один, повернули на восток и пронеслись мимо.

Азамат, как зачарованный, смотрел на несущиеся мимо туши. Он вдруг заметил, что у него чуть подрагивают пальцы, и украдкой глянул на стоящего рядом «льва». Гуразмат был бледен, лицо его словно окаменело. Потом он шумно выдохнул и повернулся к Гуразмату:

— Что ж. Всё кончено. Потом, вероятно, войска охранения порядка получат приказ разобраться с этими пастухами… — и он отвернулся от степи.

Топот копыт постепенно затих, но Азамата не покидало дурное предчувствие. Hад степью повисла серая завеса. Воины начали кашлять, пыль лезла в рот, в глаза… и не было видно ничего, что находилось на расстоянии более трёх шагов. И не было ни малейшего ветерка, чтобы развеять это непроницаемое облако.

Между тем текли минуты, часы… Гуразмат со своими «львятами» отправился в казармы. Сменился ночной дозор. Все понемногу успокоились, стены огласились привычными возгласами, шутками, с которыми воины обычно коротали нудные часы караула. Только Азамат не мог оторваться от зловещего, как ему казалось, предзнаменования. Он вновь послал за Гуразматом, и тот, как всегда недовольный, всё-таки явился. Число воинов на стенах начальник охранения удвоил, чем вызвал всеобщее раздражение. Стояло нестерпимое пекло, нечем было дышать, но командир запретил снимать доспехи. Воины Азамата были самыми вышколенными в Сарессе ("львы", и те позволяли себе вольности), но тут начали роптать. Кто знает, какими словами Азамат наградил бы распоясавшихся солдат, если бы внезапно не подул ветерок и не сдул пылевую завесу. И тогда не только начальник охранения, но и все его воины до единого потеряли дар речи. Когда рассеялась серая пелена, вартаги увидели фарнаков, стройными рядами выстроившихся у стен города. Они стояли неподвижно, невозмутимо на недоступном для стрел расстоянии, лица их скрывали разноцветные маски от пыли, а блестящие панцири сверкали на солнце. Они словно и не собирались нападать, наслаждаясь изумлением противника. Келона любила всё красивое. Особенно красиво побеждать.