Энтон Майрер - Однажды орел…

• Название: Однажды орел…
• Автор: Энтон Майрер
• Жанр: Книги

---

– Ты согласна? Неужели в самом деле ты согласна? - бормотал он недоверчиво.

Томми утвердительно кивнула. Сэм наклонился к Гетари и прошептал ему что-то на ухо. Глаза фокусника засверкали, он лука но улыбнулся, засунул руку в карман бриджей Сэма, сделал несколько вводящих в заблуждение движений, извлек оттуда большое кольцо на белой шелковой ленте, надел его на голову Сэма, так, что оно оказалось на уровне носа, вручил ленту Томми и подал незаметный знак пианисту. Под громкие звуки переработанного для джаза свадебного марша Мендельсона Гетари поклонился Сэму и со словами «Утешительный приз» вручил ему маршальский жезл. Повернувшись к публике, он объявил:

– Леди и джентльмены, герой войны, славный американский парень Дэмон и его невеста!

Они прошли к своему столику под шумные восторженные крики. За столом заговорили все сразу. Бен энергично затряс руку Сэма:

– А что я говорил? Я же знал, что так будет. Это обязательно должно было произойти. Чудесно, чудесно…

– Вы должны поздравлять меня, а не Сэма, - шумно возмутилась Томми. - В конце концов согласие дала я, а не он…

– Когда же все это произошло? - поинтересовался Пойндекстер.

– Только что.

– Он только что сделал предложение? Он сделал вам предложение и вы согласились? - Она радостно кивнула ему. - Ну знаете, это просто самоубийство…

– Можно мне сейчас поцеловать ее, Сэм? - спросил Бен. - Могу я поцеловать вашу невесту?

– Не торопись, дружище. - Нос Сэма все еще украшало привешенное фокусником кольцо, которое придавало ему грозный вид жестокого варвара.

– Да, но, учитывая…

– Учитывая что?

– Учитывая, что я так много выпил…

Пойндекстер все еще смотрел на нее, укоризненно качая головой.

– Поздравляю, - глухо сказал он. - Надеюсь, когда вы будете отстирывать его рубашки в луженой бадье где-нибудь в самой глухой части Эгони-Роу, вы вспомните, что у ваших ног был весь мир…

– Я положу весь мир к ее ногам, - резко перебил его Сэм.

– Вы такой сентиментальный, Декс, - меланхолично заметила Элси, - и такой обескураживающе наивный. Зачем же вы говорили, что поможете ему стать миллионером, если не хотели, чтобы он сделал ей предложение?

– Я беру назад свои обещания! - рявкнул Пойндекстер и осушил свой бокал. - Можно выбирать или девушку или работу, но не сразу то и другое.

– Слишком поздно, - заметил сквозь смех Бен.

– Не расстраивайтесь при проигрыше, - сказал Сэм решительно. - Разве вас не учили в Нью-Хейвене как проигрывать

изящно?

– Я «завалил» этот предмет. И еще один, пока пил шампанское. Неужели вы оба совершенно равнодушны к богатству?

– Декс, - умоляющим тоном вмешалась Томми, - вы же ни хотите, чтобы я не послушалась зова своего сердца, но хотите

ведь?

– Зов сердца! Высокопарные слова и показная мишура, какой уж это зов сердца! Томми, я… я по-настоящему разочаровался в вас.

– По-моему, это восхитительно, - заметила Элси, выговаривая слова со своим неопределенным акцентом. - Всякая женщина должна поддаваться каждому своему чувству, идти на любое приключение - психологическое, сексуальное, географическое…

– Океаническое, - вставил Бен.

– А почему бы и нет? Я спала с девятью разными мужчинами, и с каждым новым всегда было интереснее, чем с предыдущим.

– Неужели это правда, Элси? - жадно заинтересовалась Арлин Хэнчетт. - Неужели действительно с девятью разными мужчинами.

Царевна лениво вздохнула.

– Американцы! - презрительно сказала она. - Вы как-то уж очень ограничиваете сами себя. Неужели это интересно всю жизнь каждый божий день есть только жареный картофель?

– А как насчет Красного моря, детка? - спросил Дэкс насмешливо.

– Да, бывала, - Элси выразительно посмотрела на него томными глазами и утвердительно кивнула, - проездом. В Акабе.

– О, хорошо хоть, что только проездом…

Позднее Томми и Сэм оставили своих друзей и поехали по спящему городу в открытом экипаже. Они миновали Ля-Круазетт, проехали к заливу Хуан под зеленый свод шумящих от морского ветра сосновых ветвей. В лицо ударял свежий соленый воздух, звонкий топот копыт воспринимался, как веселая музыкальная мелодия; до звезд на небе, казалось, можно было достать рукой.

Интересно получается: в какой-то момент вы на что-то решились - и у вас сразу же изменяется весь комплекс чувств, ощущений и желаний. Томми долгое время чувствовала себя одинокой; сейчас, когда она брошена на произвол судьбы в конце этой безжалостной войны, ей всем сердцем захотелось стать частичкой кого-то, быть неразрывно связанной с кем-то. Томми прижалась к теплой ворсистой шинели Сэма и повернулась к нему лицом.

– Ты счастлив? - прошептала она.

– Счастливее, чем сейчас, я не был никогда… - ответил он, - честное слово, никогда в своей жизни… У меня такое ощущение, как будто я могу поднять весь мир одной рукой. О, мы будем так хорошо жить, Томми, - продолжал он, крепко обнимая ее. Он ликовал от радости. - Я полон… ох, не знаю… Любовь и всякие приключения, замки и султаны, коралловые лагуны…

– Ты выпил слишком много шампанского.

– Да, но дело не в шампанском. Это все ты. Я безумно хочу тебя.

Она почувствовала тайный страх: «А что, если я подведу его, если я не оправдаю его надежд?», но эта мысль в тот же момент сменилась радостным желанием быть любимой, отдаться ему, упасть в его объятия.

– О, поцелуй меня, - прошептала она. - Поцелуй, сейчас…

Его губы были теплыми, шероховатыми, он обнял ее так крепко, что захватило дыхание; голова закружилась, весь мир покачнулся, яркие звезды покатились по средиземноморскому небу вниз. Ее охватил радостный страх. Она подумала, что ее сердце вот-вот разорвется от счастья.

– О, Сэм, - она засмеялась над своей мыслью, как будто высказала ее вслух, - Сэм, обещай мне, что нам всегда будет так хорошо, как сейчас.

– Обещаю.

– Что между нами никогда не будет никаких ссор и недопониманий.

– Никогда, ни одной.

– Хорошо. Папа будет рад, - сказала она после небольшой паузы.

– Я надеюсь.

– В этом можно не сомневаться. Он очень хорошего мнения о тебе.

Его губы нежно скользили по ее бровям, по щеке, шее; она трепетно дрожала от переполнявшего ее счастья и еще крепче прижималась к нему.

– Тебе не холодно? - спросил он.

– Нет, нет, не холодно.

Сунув руку в карман его шинели, чтобы согреть ее, она нащупала там маленький маршальский жезл из папье-маше.

ГЛАВА 3

– Ривьера! Там, должно быть, очень интересно, - сказала Мэй Ли Клегхорн. Ее монотонный оклахомский голос дрожал от возбуждения. - Какова же эта Ривьера, расскажите мне.

– О, там очень хорошо и весело, - ответила Томми Дэмон. - Вдоль берега повсюду великолепные отели - в Канне это место называется Ля-Круазетт, - дома все белые, с черной отделкой, с замысловатыми башенками и другими украшениями… Но я была там недолго, немногим менее месяца. - Прожить месяц в таком месте, да это ж просто чудесно! - воскликнула Мэй Ли. - Черт возьми, я отдала бы что угодно, только бы попасть в Европу. - Это была худощавая нервозная женщина с волосами цвета соломы, гладко зачесанными назад и закрепленными на затылке в небрежный пучок. Сейчас она была на седьмом месяце беременности и продолговатый вздувшийся живот придавал ей жалкий анемичный вид. - Джек назначен в Тяньцзинь, вы знаете, в пятнадцатый полк. Он говорит, что в Тяньцзине его будут обслуживать два мальчика-туземца, кули и горничная. Представляете? Но, говорят, в Китай с семьями посылают редко, за исключением немногих избранных… Расти! крикнула она.

– Что? - отозвался маленький мальчик с белыми взъерошенными волосами, игравший у кромки поля, поросшего бизоновой травой.

– Иди сюда, к маме.

Расти уставился на нее возмущенным взглядом.

– Я играю в трактор, мама.

– Ну ладно, только дальше ни в коем случае не ходи, слышишь?… Посмотрите на него, - продолжала она, обращаясь к Томми, - он как будто только что из резервации. Я вынуждена была подстричь ему волосы. - Она глубоко вздохнула. - Мальчик… Я не возражала бы иметь у себя одну из этих китайских горничных. Я так устала от нескончаемой стирки, уборки и штопки, что скоро развалюсь, наверное. Как вы думаете, Томми, есть у нас шансы попасть в Китай? - спросила она слегка почтительным тоном.

– Конечно, есть. Наполовину это, во всяком случае, зависит от простой случайности…

– А почему ваш отец, дорогая, не вызовет туда Сэма? Или он сам не хочет ехать туда?

Томми нахмурила брови и, не отрывая взгляда от шитья, ответила более раздраженным тоном, чем хотела:

– Я не думаю, что управление генерального адъютанта было бы довольно этим. К тому же Сэм ни за что не попросит папу. Вы же знаете его: он никогда не просит об одолжении для себя.

– О, я знаю… Он гордый. Только ведь от излишней гордости в наше время хорошего-то не жди. Я хочу сказать, какой толк от этой гордости, если ему приходится служить в таком месте, как наш форт?