Стас Лабунский - Чернобыльская рокировка

• Название: Чернобыльская рокировка
• Автор: Стас Лабунский
• Жанр: Книги

---

- Собрались, парни. Сейчас вы можете такое увидеть, что сразу поймете все о жизни в Зоне. Быть готовым к неожиданностям.

Как всегда во время неприятностей в голове у Викинга закрутилась классика.

Наш полк лежит, он в землю врыт, мы жалкая пехота, а впереди танкист горит, горит в открытом поле. Горит танкист, и танк горит, как звездочка сияет, а полк лежит, прирос к земле, а полк не наступает. И тут наш ротный крикнет: «Встать», и что-то там еще про мать, и вот наш полк тогда встает, на склон бежит, скользя, пехота падает и мрет, но все-таки идет вперед, остановить нельзя. Тут Викинг понял, что поет вслух, и все его внимательно слушают. Певца нашли.

Поляну, на которой закончилась вчерашняя погоня, они сначала почуяли, только потом увидели. Самым не подготовленным оказался ротмистр. Что он в жизни видел, аристократ, белая кость? Ну, знает он, как омаров правильно есть, так нет здесь омаров. За спиной у него сгоревшая Варшава, кровавая мясорубка на Вестерплятте и предательский удар в спину советских танков под Брестом. Да третий год войны против всех. А сортир полковой он после отбоя чистил? Нет. Вот таким неподготовленным к жизни белоручкам и становится плохо. На солнечной полянке лежало и здорово пахло волосатое тело. Голова, срубленная размашистым ударом лопаты, лежала метрах в десяти от него.

- Этому парню прямая дорога в чемпионы по гольфу, - оценил красоту удара Викинг. - Не зеленей, пан Вацек, за нас кто-то четверть работы сделал.

Тут они увидели остатки трапезы монстров, и это никого не оставило равнодушным. У одного тела было напрочь изгрызено лицо. Второе превратилось в привычную сухую мумию, только без ног, явно оторванных у еще живого человека.

- С собой взяли, в запас. Обожрались, твари. Добро пожаловать в реальный мир, сталкеры. Вот это наш хлеб, и мы его отработаем до последней крошки, - подвел итог Викинг. - Ротмистр, Гнат, к дороге. Пусть немцы, когда приедут, идут с брезентом и носилками сюда. Кровососа егерям покажем, чтоб знали, с кем дело предстоит иметь. Пленных похоронить с воинскими почестями. Могила, гроб, мы три залпа дадим. Погибли в бою, имеют право. Не разделятся по одному. Мутанты могут быть неподалеку.

Немцы появились через час. Егерские маскхалаты без знаков различия, которые достал для отряда хозяйственный инспектор Краузе, вопросов у лагерной охраны не вызывали. Очередная спецгруппа. Много у Германии служб. СД, гестапо, Абвер, полевая жандармерия, военная контрразведка. Все куют победу в тылу. Каждому слова поперек не скажи, а то уедешь из тихого лагеря прямо на Восточный фронт, отвоевывать у русских Сталинград.

Сказано, взять тела и погрузить, значит надо делать. Вон, на их машине, сколько пропусков за стеклом. В глазах рябит. С начальством лучше не спорить.

Викинг уточнил, что все пленные нашлись. Побега не было, и заложников, отобранных на утренней поверке для расстрела, после обеда отпустят. Челюсти у него с Серегой свело от злости. Хоть и дерьмовая у нас Родина, но другой-то нет. Но и тратить жизнь на наведение здесь порядка тоже не очень хочется. Котляров смотрел волком, и, чтоб он слегка успокоился, Викинг внес изменения.

- Отпустить сразу, покормить нормальным обедом и дать водки по сто грамм. Сколько их там? Двадцать человек. Выдай немцам две четверти первача. Одну заложникам, одну им. И пусть могилы выроют для погибших.

Серега дернул ротмистра за рукав.

- Поехали с ними, немцы, гады, что-нибудь напутают. Проконтролируем.

Викинг согласно кивнул. Выехали все вместе. Сначала заехали к егерям, показали образец дичи. Видно было, что офицеры, смотревшие вчера кино, кое-что личному составу рассказали. Охотников запах не пугал. Щелкали фотоаппаратами, толпились. Викинг снял всех на цифровую камеру, распечатал фотографии на пластике. Старший офицер потянулся к чудо-технике.

- Союзники, японцы, - пояснил сталкер, показывая иероглифы. Захватили для простоты общения с лагерным начальством офицеров ягдкоманды, и поехали выпускать заложников. Круглов, как ворота проехали, весь серый стал.

- Серега, я на тебя не давлю, ты сталкер, хоть и молодой. Сам решай, куда потом пойдешь. Я сразу предупреждаю, если чекисты узнают, что был в плену, десять лет лагерей тебе гарантированно. Документы сделаю любые, но если раскроют липу, могут и расстрелять за шпионаж. Никому ничего не докажешь.

Вывели двадцатку, которой выпал смертный жребий.

- Побега не было. Тела ваших погибших товарищей не заметили вчера в темноте. Сейчас вы пообедаете, выпьете законные «наркомовские» за атаку, и по баракам. Идите к столу. Можете присутствовать на похоронах погибших. Разойтись.

К отдельно поставленному столу пленные шли колонной по два, шагая в ногу. Толпа лагерников стала отрядом солдат, поглядевших на смерть и уцелевших. Еще грязь не смыта с кожи, только страха больше нет. Их уже не искалечит тихий ужас, лязг оков, ведь запрыгнул им на плечи светлый ангел с облаков.

- Все, успокоился? - спросил Викинг Котлярова.

- За что это людям такое? - прошептал тот.

- За неуважение к классике, - жестко ответил сталкер. - Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой. А они всю жизнь сдавались.

- А что мы могли? - возмутился Серега.

- Я этих отмазок знаю миллион. Не мы такие, жизнь такая. От меня ничего не зависит. Наше дело маленькое. Да только иногда надо драться без надежды на успех. Не люблю я маршала Тимошенко. Приложил он руку к страшной трагедии сорок первого. Но упрямый хохол не стал врать. Единственный не стал писать мемуары. Один из шестнадцати маршалов войны. И за это ему низкий поклон. Всегда можно что-то сделать, или вместо этого водочки выпить за мир во всем мире. Пошли с немцами карту смотреть. Прикинем, где у мутантов логово может быть.

Глава 5.

Зона, Агропром

Сразу после ухода основной группы китайцы стали готовить Агропром к консервации. Перестав притворяться полуграмотными подсобниками, заговорили на чистом русском языке.

- Не учить же нам бедных псов еще и китайскому, а русский они уже неплохо понимают, - сказал Малыш. И крикнул Косматому:

- Ко мне!

У них возникла своя игра. Победителем считался тот, кто касался лапой или рукой уха соперника. Иногда они по пять минут метались по пустым комнатам, пока одному из них на помощь не приходила удача. Чаще побеждал пес, но человек не отчаивался.

Коротышка метал в стену ножи и приводил в порядок оружие перед закладкой его в тайники. С собой они брали надежные мелкокалиберные автоматы марки «Дюррандаль». Надели неприметные бронежилеты скрытого ношения, сверху защитные френчики а-ля Мао. Наконец, настал момент, когда в последнюю закладку был убран ящик с медикаментами. Прихватили все копченое и вяленое мясо, десяток бутылок водки и немного лекарств. Посидели перед дорогой, по старому славянскому обычаю, подумали, проверили крепеж сумок на псах, поцеловали их в нос, и пошли себе прочь с Конфуцием на устах и Буддой в сердце.

Шли вольно, порядка не соблюдали, дороги не придерживались. Увидели стадо кабанов, добыли подсвинка, и полдня ели. Что выпито и съедено, то в порядок приведено. Так считал русский классик. Даль его фамилия. Чисто русская, понятно. Собирали артефакты, бегали за псами, стараясь не очень отставать. Получалось плохо. Зато псы хуже лазали по деревьям и очень завидовали ловкости, с которой желтые щенки карабкались вверх. Оставили надпись на разбитой машине: «Сталкер, уважай чужой труд, прибирай за собой! Превратим Агропром в самый чистый участок Зоны!». Прямо на асфальте написали: «По чернобыльским псам не стрелять. За убийство расстрел на месте, без суда и следствия». Веселились. Псы крутились под ногами, лезли чесаться. Переночевали в поле, спали для тепла вповалку.

Утром после плотного завтрака, вышли на Свалку. Одно дело, пролететь над ней на вертолете, совсем другое взглянуть на этот памятник человеческой глупости и безответственности с земли. Западная куча терялась своей вершиной в низкой туче.

- Сюда надо на экскурсию штабистов возить, чтоб увидели, что останется от их городов после войны. Очень впечатляет, - сказал Коротышка.

- Альтернативный источник энергии все окупит, - успокоил его Малыш.

- Когда мы все за собой приберем и устроим здесь плантации по получению артефактов и «конденсаторов». И заповедник для псов, - внес коррективы максималист Коротышка. - И полигон для нас.

- И базу разведшколы, и центр по изучению псов, полтергейстов и контролеров. Через два года снова рванет, да так, что мир вздрогнет.

Пятерых бандитов прихлопнули походя. Метнули с двух рук ножи и выстрелили вдогонку убегавшему главарю. Один патрон, один труп. На псов эффективная расправа произвела сильное впечатление.

- Сотня, другая покойников, и нас признают взрослыми.

Диверсанты ухмыльнулись. Их личный боевой счет давно перевалил за ту отметку, где запоминаются убитые. Просто цифры в карточке, в графе причиненного ущерба противнику. Достали из тел лезвия, и пошли дальше.