Александр Розов - День Астарты

• Название: День Астарты
• Автор: Александр Розов
• Жанр: Социально-психологическая фантастика

«День Астарты» — это, в псевдо-хронологическом смысле, продолжение «Депортации», «Чужой в чужом море» и «Созвездия эректуса». Но, это новелла не столько об одном из вариантов будущего одной страны (или региона), сколько о том, как формируется то или иное историческое будущее. Кстати — термин «историческое прошлое» является более-менее устоявшимся, а вот термин «историческое будущее», видимо, новый.

Напоминаю: Меганезия — это страна, объединяющая архипелаги в большей части Тихого океана, плюс кусочек Антарктиды, и плюс незначительные островки в Индийском океане. На современной политической карте мира она отсутствует, как и ряд других стран, упоминаемых в тексте (Сайберия в Евразии, Нуэва Гранада в Южной Америке, и Мпулу, Шонао и Зулу в Центральной Африке).

Итак, время действия: Немного не доходя до середины нашего XXI века.

Место действия: Наша планета, а также ее окрестности.

Антураж: Прогнозируемые события в области технологии (за что я их купил, за то и продаю, практически — ничего личного).

Вопрос: Как глобальные события влияют на людей, и как люди влияют на глобальные события. Как локальные события превращаются в глобальные — и наоборот.

Есть древнее китайское проклятие: «чтоб тебе жить во время перемен».

Мир, только вчера казавшийся понятным, устойчивым и связным, внезапно распадается, превращаясь во множество фрагментов мозаики. Привычные представления о политике, экономике, и даже о быте, в общем — об образе жизни, становятся неадекватными. Когда-нибудь, наверное, этот паззл снова сложится, и получится что-то понятное. Но это когда еще будет… А люди живут именно сейчас. В то самое «время перемен», которое они сами и создают своими действиями (иногда — осмысленными, иногда — не очень).

Время перемен, время нестабильности, отличается еще и тем, что любое, даже очень незначительное на первый взгляд, действие некого человека (иногда — совершенно не выдающегося), может поменять то самое «историческое будущее».

Потом (когда паззл сложится) историки будут строить глубокомысленные версии о том, почему цепочка событий стала раскручиваться именно так, а не иначе. Но пока, длится время перемен, никому не известно, кто, как и на что повлияет…

Новелла «День Астарты» — о том, как это происходит с точки зрения разных людей, живущих в разных условиях и преследующих, разумеется, разные цели.

---

— Отвяжитесь от дока Скалди, — резко ответил ему Лунгвист, — Мы обсуждаем одно конкретное лабысло над Упернавиком, а не всемирную экологию.

— Мы обсуждаем не само лабысло, а последствия, — возразил Алтенвогт.

— Последствия этого лабысла, — уточнил олдермен неандертальцев, — а не последствия сотни воображаемых лабысл. У вас есть, что сказать по существу, или нет?

— Я и говорю по существу! Давайте задумаемся. Меганезийцы и новозеландцы пока ограничились лабыслами площадью по три гектара. Они действуют осмотрительно. Почему мы говорим сразу же о лабысле в полторы тысячи гектаров?

Лунквист выразительно посмотрел на оппонента, как на полного болвана.

— Герр Алтенвогт, вы понимаете разницу между потребностями транзитной базы, где просто происходит отдых пилотов и дозаправка машин, и города, где полторы тысячи постоянных жителей, включая детей?

— Разумеется, я понимаю разницу. И я предлагаю: сначала определить, какая мощность светотеплового коллектора действительно нужна Упернавику, и заказать именно такой агрегат, а не монстра, у которого гектар рефлектора на каждого жителя этого городка!

— Жулик! — рявкнул Орквард, — Ваша стая гиен почуяла, что на этот раз вам не удастся провалить проект, и вы решили его заболтать в обсуждениях гектаров и киловаттов!

— За это вы ответите в суде, — сказал Алтенвогт.

Писатель-фантаст встал из-за стола, и в картинном ужасе выпучил глаза:

— Ой! Как страшно! И что сделает суд? Изваляет меня в дерьме?

— Я… Не понимаю… — неожиданно-тревожно произнес Алтенвогт, следя взглядом за шустрой и по-своему симпатичной метиской, девчонкой-подростком, которая бегала по рядам маленького амфитеатра, раздавая зрителям яркие буклеты с какими-то цветными фотографиями.

— Не понимаешь? — ехидно переспросил Орквард, — Ну, сейчас мы тебе объясним…

Девчонка, тем временем, раздав все буклеты, подбежала к Тайки Вайс и вручила ей запечатанный конверт с эмблемой криминальной полиции Гренландии.

— Гм… — произнесла телеведущая, — Спасибо, Норэна. А мы можем это дать на экран?

— Полицмейстер сказал: транслируйте хоть на всю галактику! — ответила девчонка.

— Гм… — повторила Тайки, вскрывая конверт, — …Тут, кроме диска, еще и протокол…

— Зачитай его, пока я ставлю диск, — сказал Раст Кялво.

— Вы… Вы не имеете права! — жалобно пробормотал Алтенвогт.

— Полицмейстер сказал: имеем, — не по-детски жестко огрызнулась Норэна.

В зале послышался издевательский хохот. Тайки подняла руку, призывая к тишине, и зачитала текст: «Департамент «E» Криминальной полиции провел расследование по заявлению Бурхи Заахи, гражданки Нигера, проживающей в Акурери (Исландия), об обмане в форме уклонения от оплаты оказанных сексуальных услуг. Расследованием установлено: Дотграм Алтенвогт, гражданин Гренландии, получив от потерпевшей в кредит особые услуги «Brown rein» (фетишизм, копрофилия), потребителем которых являлся на протяжении последних 4 лет, не оплатил, как обычно, услуги через «web-money», сославшись на то, что произвел оговоренный платеж в размере 2500 EU, и не отвечает за сбои в платежной системе. Экспертиза данной транзакции показала, что Дотграм Алтенвогт случайно или намеренно вставил в настройки web-кошелька ряд ключей, меняющих код получателя платежа в ходе операции, и фактически, произвел платеж на свой собственный резервный счет, а не на счет потерпевшей. Видео-запись, сделанная потерпевшей Бурхи Заахи, подтверждает факт оказания услуг…».

В амфитеатре тихо хихикали, глядя на второй большой экран, где шла увлекательная «Видеозапись, подтверждающая факт оказания услуг». Огромный амбал, одетый в матросскую робу, прошел на арену, неся ведро, закрытое крышкой, и торжественно водрузил его на стол перед Алтенвогтом, после чего сбросил крышку на пол.

— Это тебе от всех моряков Упернавика, бесплатно.

— Oh! Shit! — изумленно произнес профессор Барстоу, и был совершенно прав. Ведро оказалось наполнено именно этим. По студии распространился навозный аромат.

— Дьявол! — воскликнула Тайки, — Кто-нибудь! Уберите отсюда это говно!

В амфитеатре заржали в полный голос. Матрос, принесший ведро, уже куда-то исчез. Дотграм Алтенвогт несколько секунд сидел неподвижно, а потом, опрокинув стул, метнулся к выходу и скрылся. Публика на несколько секунд затихла, и стали слышны чеканные шаги парадных флотских башмаков. Из амфитеатра на арену спускался коренастый мужчина чуть моложе 50 лет, одетый в адмиральскую униформу.

— Раззявы! — объявил он и, подняв с пола крышку, закрыл ведро, — Эх вы! Стыдитесь, потомки викингов! С обычным говном не можете справиться! А если война?!

— Мы будем сражаться, и мы победим! — пискнула Норэна.

— Так держать! — одобрил адмирал, взял ведро за ручку, с видимым усилием поднял со стола, и повлек в сторону дверей.

— Вы все знаете босса ВМФ Гренландии, адмирала Эгилмунда Торлаксона! — ничуть не растерявшись, произнес в микрофон Раст Кялво, — И я хочу сказать: наш военный флот поддерживает лабысло! Мы получили дюжину E-mail от экипажей боевых кораблей и летающих лодок. Флот — за! Сейчас я переключаю канал нашего второго экрана с этой неаппетитной записи на трансляцию с камеры у ворот студии…

…На экране можно было наблюдать, как адмирал прошел с ведром мимо мусорного контейнера, выбросил туда крышку, а затем аккуратно вылил содержимое ведра под огромный куст декоративного можжевельника. На обратном пути, адмирал отправил ведро в мусорный контейнер, вслед за крышкой, после чего, тщательно вымыл руки снегом в ближайшем чистом сугробе, и вернулся в студию.

— Слава адмиралу Торлаксону, победителю говна! — завопила Норэна.

— Нахальная у нас молодежь, — пробурчал он и с математической точностью метнул за шиворот девчонке маленький снежок, предусмотрительно спрятанный в горсти.

— Ай! — пискнула она, — Гадский дядя…

— Учись преодолевать удары стихии, крошка, — торжественно произнес адмирал и, под оглушительные аплодисменты публики, вернулся на свое место в амфитеатре.

Тайки Вайс включила вентилятор на максимальную мощность и сказала в микрофон:

— Привет, страна! Я глянула на монитор! Нас смотрят почти 20 тысяч гренландцев. За границей нас смотрят в Канаде, в Исландии, на Аляске и в Скандинавии, а в Южном полушарии: в Меганезии, Папуа, Новой Зеландии, и у истоков великой реки Конго, в Африке! Слушайте! В сумме нас смотрят почти пять миллионов зрителей! И сейчас я снова дам слово оппонентам лабысла. Мы ведь свободная страна… Герр Грютсон?

— Спасибо, Тайки. Я удручен этой скандальной ситуацией с членом нашей партии. Я уверяю всех, что мы не потерпим подобных людей в своих рядах. Но это не должно повлиять на объективность подхода к проблеме, которую мы обсуждаем. И сейчас я спрашиваю у сторонников проекта: почему они не хотят начать с меньшей площади лабысла? Пусть не из одного сегмента, как на транзитных базах, о которых тут уже говорили, а, скажем, из десяти? Профессор Барстоу говорит, что это безопасно…

— …И бесполезно, — перебил Скалди, — Прочтите пояснения к проекту, герр Грютсон. Расчеты показывают: 500 сегментов это минимум. Меньший рефлектор просто не обеспечит перехода через критическую точку изменения локального климата.

— Значит, — вмешался Барстоу, — Вы подтверждаете, что цель — изменение климата.

— Конечно, подтверждаю! Этого никто и не скрывал.

Британец утвердительно кивнул головой.

— Никто не скрывает, что цель — это изменение климата с исконно-гренландского на субтропический, соответствующий оптимуму не для гренландцев, а для конголезцев. Именно конголезцы сейчас составляют большинство иммигрантов в вашу страну, по оценке, которую я видел, их число уже перевалило за тысячу, а это более 2 процентов населения Гренландии. Страны истоков Великого Конго, это Транс-Экваториальная Африканская лига, нелегальные автономии Мпулу, Шонао и Зулу. Это агрессивная религиозно-этническая общность банту-нова, расширяющая сферу своего влияния…

— А что это вы заговорили о геополитике? — перебил «красно-зеленый» тингман Угиэк Хуглейк, — Вы же профессор по экологии и биоэтике, разве нет?

— Да, — Гор Барстоу кивнул, — И тема, которую я затронул, касается именно биоэтики. Общность банту-нова пассионарна. Она может поглотить гренландскую культуру, и навязать вам свое нигилистическое отношение к биоэтике. Вы знаете, что в Мпулу уничтожено 3/4 саванны? На ее месте простираются гигантские заболоченные поля триффидов, ультрапродуктивных трансгенных растений, которые признаны самыми опасными для континентальной биосферы и запрещены во всех цивилизованных государствах? А вы знаете, что в Мпулу, Зулу и Шонао разгромлены миссии всех гуманитарных организаций, включая миссии Международного Красного Креста и Полумесяца, а сотрудники многих миссий зверски убиты? Вы хотите, чтобы та же ситуация с экологией и биоэтикой сложилась в вашей стране? Вы хотите, чтобы Гренландия утратила европейскую культуру и превратилась в Северное Конго?