Александр Розов - День Астарты

• Название: День Астарты
• Автор: Александр Розов
• Жанр: Социально-психологическая фантастика

«День Астарты» — это, в псевдо-хронологическом смысле, продолжение «Депортации», «Чужой в чужом море» и «Созвездия эректуса». Но, это новелла не столько об одном из вариантов будущего одной страны (или региона), сколько о том, как формируется то или иное историческое будущее. Кстати — термин «историческое прошлое» является более-менее устоявшимся, а вот термин «историческое будущее», видимо, новый.

Напоминаю: Меганезия — это страна, объединяющая архипелаги в большей части Тихого океана, плюс кусочек Антарктиды, и плюс незначительные островки в Индийском океане. На современной политической карте мира она отсутствует, как и ряд других стран, упоминаемых в тексте (Сайберия в Евразии, Нуэва Гранада в Южной Америке, и Мпулу, Шонао и Зулу в Центральной Африке).

Итак, время действия: Немного не доходя до середины нашего XXI века.

Место действия: Наша планета, а также ее окрестности.

Антураж: Прогнозируемые события в области технологии (за что я их купил, за то и продаю, практически — ничего личного).

Вопрос: Как глобальные события влияют на людей, и как люди влияют на глобальные события. Как локальные события превращаются в глобальные — и наоборот.

Есть древнее китайское проклятие: «чтоб тебе жить во время перемен».

Мир, только вчера казавшийся понятным, устойчивым и связным, внезапно распадается, превращаясь во множество фрагментов мозаики. Привычные представления о политике, экономике, и даже о быте, в общем — об образе жизни, становятся неадекватными. Когда-нибудь, наверное, этот паззл снова сложится, и получится что-то понятное. Но это когда еще будет… А люди живут именно сейчас. В то самое «время перемен», которое они сами и создают своими действиями (иногда — осмысленными, иногда — не очень).

Время перемен, время нестабильности, отличается еще и тем, что любое, даже очень незначительное на первый взгляд, действие некого человека (иногда — совершенно не выдающегося), может поменять то самое «историческое будущее».

Потом (когда паззл сложится) историки будут строить глубокомысленные версии о том, почему цепочка событий стала раскручиваться именно так, а не иначе. Но пока, длится время перемен, никому не известно, кто, как и на что повлияет…

Новелла «День Астарты» — о том, как это происходит с точки зрения разных людей, живущих в разных условиях и преследующих, разумеется, разные цели.

---

— А не боишься, что команда взбунтуется?

— Команда, — ответил он, — может быть, и взбунтовалась бы. Но этот сброд — никак не команда. Они каждый за себя. Максимум — по два, как с этими… В случае чего, можно вышвырнуть к рыбам одного самого наглого, и остальные станут овечками.

— Ты серьезно? — спросила Жанна.

— Нет, шучу, — ответил он, впрочем, не слишком убедительным тоном и, явно стараясь уйти от скользкой темы, кивнул головой в сторону форкстла, — …Вот если бы команда была из таких ребят, я вообще сейчас смотрел бы CNN и в ус не дул. У них порядок. А еще говорят: папуасы — дикари. Да они в сто раз цивилизованнее тех же азиопейцев!

— Несмотря на эти пляски голыми, раскрашенными с… гм… украшениями на…?

— Да мне по херу! — воскликнул помкэп, — Пусть хоть что угодно надевают на хер! Ты посмотри: вот сейчас у них пересменка. Те, которые плясали, пойдут в душ, помоются, вернутся и оденутся. Потом те, которые дежурили, разденутся, пойдут в душ, вернутся, наденут нахерники, возьмут дубинки и будут плясать. Дисциплина, черт меня дери!

— Девушка вряд ли наденет нахерник, — заметила Жанна.

— Ну, да, разумеется. У девушки вместо этого такая штука из цветных шнурков.

— А что будет, если я попробую подойти и снять их на видео? — спросила она.

— Черт его знает. Я бы на твоем месте не рисковал.

Канадка задумчиво почесала в затылке и выдвинула новое предположение:

— А что, если я подойду к кому-то из них по дороге в душ или обратно, и попрошу разрешение на видеосъемку?

— Это вариант, — согласился Чхи, — Лучше всего поймай их командира. Ну, ты его запомнила. Тот парень, у которого на пузе нарисован синий жук с красными глазами.

— Да. Этого парня зовут Дв, верно?

— Верно. Только произносить надо по-другому, но он, вроде, и так отзывается.

Шефа «страховых комиссаров» она поймала на палубе между бытовой надстройкой и грузовыми площадками, когда он возвращался из душа на позицию. Канадка собралась было задать свой вопрос на английском — но ее остановила одна странная особенность одежды своего визави. На первый взгляд, этот хорошо сложенный молодой парень был совершенно голым, только раскрашенным. Но если присмотреться — то его левую руку чуть выше бицепса опоясывал не орнамент на коже, а эластичный тканевый браслет — и это меняло дело. Такие браслеты широко распространены лишь в Меганезии, и служат футлярами для миниатюрных мобайлов типа i-phone/woki-toki. Разумеется, эти удобные штучки можно встретить и в других странах, но… Жанна задумалась на пару секунд, и резко изменила план завязки разговора. Она использовала лексическую конструкцию языка утафоа, которая в Меганезии применяется для обращения к офицеру автономно действующего подразделения вооруженных сил.

— Iaora comandante Dv! Reportero mai au. Hina-aro au e video-para-i oe. Vaiiho oe?

И это сработало. На просьбу разрешить видеосъемку, Дв отреагировал ровно так, как сделал бы это офицер меганезийского ВМФ где-нибудь на Таити или Самоа.

— No hea y i-oa mai oe? — задал он резонный вопрос о стране происхождения и об имени, уже предполагая, что собеседница — меганезийка (а по его улыбке было ясно, что это сразу вызвало у него симпатию).

— No te Nova Scotia mai au. O Janna to-u, — она специально, не стала уточнять, что Новая Шотландия находится в Канаде. По опыту, она знала, что меганезийцы довольно часто ошибаются и полагают, будто Новая Шотландия расположена в том же регионе, где и Новая Британия и Новая Ирландия — в меганезийской провинции Ист-Папуа. Похоже, фокус удался. Дв дружески хлопнул ее по плечу.

— Aita pe-a, glo! A haere mai! Come with me.

— Mauru, — ответила она, — Thanks.

— Oe te parau Engli? — поинтересовалася он.

— E o au, — подтвердила она, — Yes I am. It’s parau-noho for me. I am huaai engli-foa.

На территориях Ист-Папуа от восточного побережья Папуа до Соломоновых островов живет очень много потомков британских колонистов, для которых английский язык до сих пор более привычен, чем лифра (лингва-франка) и утафоа (интер-полинезийский). Шеф «страховых комиссаров» кивнул, показывая, что это сообщение его не удивило.

На позиции, оборудованной на ближнем к форкастлу штабеле контейнеров, все быстро перезнакомились. Двух парней, вставших на вахту (и потому одевшихся в униформу) звали Чап и Гкн, а девушку, которая сменилась с вахты вместе с шефом — Упу. Что касается Жанны, то ее имя прозвучало, как Йана, и она решила не поправлять. Зачем?

— Пресса! Медиа! — важно сообщил Дв, хлопая Жанну по плечу, — PR. Реклама, мотор коммерции, ага. Сейчас мы устроим такое…

Коллеги по страховому бизнесу поддержали предложение «устроить такое» дружными одобрительными возгласами. Всего через пол-минуты на члене шефа уже красовался конический чехол, а Упу была одета в ремешок с пучком ярких цветных шнурков. Они взяли в руки дубинки, раздалась фольклорная барабанно-завывающая мелодия и…

Парочка взяла темп, который невозможно было долго выдержать, но короткого танца-сражения на дубинках на фоне то темного океана, то вызывающе-красного флага с черным силуэтом бабочки, то штабелей контейнеров и далекой белой надстройки, для репортажа было достаточно. Исполнители, довольные собой, уселись около Жанны.

— Ну, как? — спросил Дв.

— Круто, — честно сказала она, — Слушай, а зачем эта штука на члене?

— Это? — он снял свой конус и повертел в руках, — Ну, так, народный обычай. Киви и австралийцы носят галстуки, нези носят лавалава с узлом-бантиком, а мы вот это.

— Репрезентативно-культурологический символ состоятельности, — произнес Гкн, не отрываясь от ноутбука (на котором отображалась тактическая обстановка в данном регионе океана, по сумме информации со спутника и с переносного радара).

— Гкн учится в Кимби-бизнес-колледже на менеджера, — пояснил Дв.

— У его семьи хороший бизнес на острове Кириси, в провинции Маданг, — добавил Чап.

— Ага, — подтвердил Гкн, — У нас дом, там, в Бокбоке. А бизнес — фар-сноркелинг. Если кому-то хочется реально понырять далеко от берега — легко. Мы инструктируем и все организуем. Хочешь — приезжай. Я тебе, как прессе, сделаю discount. В tour-guide наш остров называется «Long island circle», потому что он круглый, а в середине кратер от вулкана и там озеро. Кстати, очень полезное. Я буду расширять туда наш бизнес.

— Место классное, — подтвердила Упу, — Мы туда вписались в позапрошлом месяце.

— Маданг это где? — спросила Жанна.

— Ну, пресса! — удивился Дв, — Географии не знаешь! Это залив Астролябия, на северном берегу. Если пойдешь морем с Новой Британии, то от Сагсаг это на Запад вдоль берега Папуа, 75 миль. Если хочешь сразу попасть к Гкну, то это — второй остров по дороге. В атласе смотри порт Бокбок-Кириси. Только там гавань хреновая. Много рифов.

— Мы даем своего лоцмана, — вмешался Гкн, — У нас дешевле, чем у муниципалитета.

— А лучше лети на флайке, — посоветовал Чап.

— Лэндить флайку можно прямо в озере, так что волны не проблема, — добавила Упу.

— Наши пирсы точно в юго-восточном углу. Короче, на визитке есть WWW-info.

Он вытащил из какого-то внутреннего кармана жилетки-разгрузки яркую визитную карточку: «Bok-Bok Sea-Frog / air-tours and underwater hunting», и протянул Жанне.

— Мерси, — сказала она, — обязательно посмотрю.

— Joh, foa, вы за обстановкой следите, — строго сказал Дв, — Развели коммерцию…

— Мы следим, шеф, — ответил Чап, — Все чисто. А пираты будут только на рассвете.

— Почему? — спросила Жанна.

— Ночью боятся, — пояснил он, — Мудаки. Работать в море не умеют.

— А на рассвете они точно будут?

— Ну… — Дв равнодушно пожал плечами, — Полста на полста. Или будут, или нет.

— Командир, а чего мы скучаем? — спросил Гкн, — Типа, обещали устроить, а сами…

— Да, действительно… — шеф «страховых комиссаров» почесал свою макушку, из-за жестких волос похожую на длинно-ворсистую щетку, — что бы такое придумать? Упу, давай я тебя зверски изнасилую?

— А чем отбиваться? — спросила она, — штык-ножом — рисковано, а дубинкой…

— … Дубинкой не прикольно, — договорил Чап, — Давай пожарным багром?

— Точно! — поддержал Гкн, — Вон там, на щите есть. Я видел в гонконгском кино: у монахов в китайском Шаолине были такие боевые посохи с копьем и крючком.

— Но не железные же, — с сомнением возразила Упу.

— Так ведь прогресс, — авторитетно ответил он.

— Да, прогресс, — девушка вздохнула, — Ладно. Но жаль, что не деревянный.

— Ну, беги, чего сидишь? — сказал ей Дв, — до рассвета всего полтора часа.

Упу, как подброшенная вскочила на ноги, метнулась к краю штабеля и ловко, как обезьяна, спустилась на форкастл. Дв помчался за ней, но к моменту встречи в руках у девушки был 2-метровый багор. Пока Дв наматывал на правую руку кусок брезента (в качестве импровизированного щита), Упу успела вскарабкаться обратно на штабель. Тогда Дв пробежал почти до надстройки, и там вскарабкался на контейнеры. Упу рванулась ему навстречу, отчаянно визжа и выставив перед собой багор, как копье.