Дмитрий Харламов - Сказание о верном друге

• Название: Сказание о верном друге
• Автор: Дмитрий Харламов
• Жанр: Научная Фантастика

---

Лан притаился в ближайшей нише.

Старик укрепил факел между камнями и устало поплелся к костру, еле видимому сквозь белесый дым.

Черный Ворон уже кончил шептать таинственные слова над раненым, поднялся на ноги и медленно начал кружиться вокруг костра под мерный стук бумбы.

По мере того как удары учащались, он приплясывал все быстрее, в руках у него появился небольшой лоскут кожи, растянутый на дуге лука, и в глухое постукивание колотушки вплелся звонкий дробный перестук жреческого тум-тума барабана. Время от времени Черный Ворон выкрикивал непонятные гортанные слова или оглушительно, надсадно каркал.

Люди с покрасневшими от дыма и напряжения глазами мерно раскачивались из стороны в сторону и глухо подвывали в такт жутковатого перестукивания тум-тума и бумбы.

Вдруг оглушительный рык поверг людей ниц. Свирепая усатая морда зверя показалась в отверстии входа. Красная пасть широко раскрыта, тускло, устрашающе поблескивают громадные, изогнутые книзу клыки.

Вопль испуга и смятения приятно зазвенел в ушах зверя.

Овладев собой, охотники стали бросать в тигра горящие головешки, и тигриная морда исчезла.

- Там Муна, дочь моя! - отчаянно, звонко закричала Яна.

Крик женщины подстегнул охотников, и они с воинственными воплями, неся перед собой пылающие факелы, стали подниматься по каменной насыпи к отверстию, куда только что заглядывал зверь. Однако дальше входа в пещеру никто из них идти не решался: тигр не собирался уходить, и он был не один. Неподалеку, прямо на снегу, тигрица только что закончила свое кровавое пиршество. В кустах темными тенями мелькали шакалы, дожидаясь объедков.

Другие женщины тоже стали искать своих детей. Вой и плач поднялся в жилище: оказалось, кроме Муны, пропали также Лан и Зурр.

Кто-то видел, как Муна спешила уйти из пещеры, боясь увидеть расправу над волчонком. Кто-то видел Лана стоящим неподалеку от входа, когда он и охотники вернулись со зверенышем. Кто-то видел Зурра ожидающим у входа возвращения Лана с волчонком.

Исчезновение любимца и воспитанника поразило Мудрого Ауна. Исчез мальчик, в которого он вложил всю теплоту, всю радость, все премудрости предков - жизнь свою.

Больно кольнуло в бок, гневом запылало лицо.

- Где Черный Ворон? - громко крикнул Аун. - Это я, сын великого жреца Ухо Дива, зову его...

Напуганный тигром и не оправившийся еще от страха, Черный Ворон неуверенно ступил в круг, освещенный костром.

- Разве не великий Ухо Дива, отец мой, передал тебе священный тум-тум? Разве для того много раз говорил я тебе Слово предков, чтобы ты исказил его? Разве для того ты жрец, чтобы губить детенышей наших? Отвечай! Уж лучше бы сам я, слепой и хворый, стал жрецом...

В непритворном страхе Черный Ворон поднял руки к лицу, как бы защищаясь от удара.

- Что ты, что говоришь ты, старец Аун? - скороговоркой залепетал перепуганный жрец. - Или дивы затуманили и твой разум? Все беды наши оттого, что в жилище людей привели живого зверя... Дивы карают за это...

В этот момент раненый застонал и открыл глаза.

- Вот, - обрадовался Черный Ворон, - теперь все видят, дивы приняли жертву, и я прогнал братьев Оггру от нашего вождя.

Аун заколебался. Черный Ворон вмиг почувствовал это.

- Жертва волка угодна дивам! - громко воскликнул Черный Ворон.

- Но я не умертвил волка, а только привязал его там, - обескураженно и виновато промолвил Аун.

- Так пойдем скорее совершим таинство, - заторопился жрец.

И они скрылись в пещере предков.

Вернулся Черный Ворон один. Оглядев молчаливых соплеменников, он сказал:

- Старец Аун захотел принести себя в жертву дивам Оггру, чтобы вождь остался с нами. Наш Мудрый Аун остался в пещере предков.

Черный Ворон опустился на землю и горестно обхватил голову руками.

Люди забеспокоились. Старый Оор приблизился к лазу и позвал тонким, дрожащим голосом:

- Аун, Мудрый Аун, приди к ним!

Глухая тишина была ответом.

- Чтобы дивы не забрали нашего вождя, надо камнями завалить вход в пещеру предков, - сказал Черный Ворон и, видя нерешительность людей, прикрикнул грозно: - Ну, скорее же!

Замурованные

Мы оставили Лана в раздумье перед лазом в пещеру предков. Он соображал тогда, могла ли Муна решиться войти внутрь таинственной пещеры? Ведь женщины не смеют при жизни видеть Слово. Или же она затерялась в дыму, среди взрослых?

Но рассуждать некогда. Мальчик схватил горящий факел Ауна и скользнул в узкий проход.

Высоко поднятый над головой, огонь неверными бликами плясал на выступах громадной каменной пещеры.

Со стен величественно и мрачно глядели звери и птицы, высеченные умелой рукой Мудрого Ауна, сцены из жизни племени, такие памятные и понятные после терпеливых пояснений и рассказов доброго старика. Но девочки здесь не было.

- Муна, - глухо позвал Лан.

Только эхо прошелестело в ответ.

Мальчик собирался уже вернуться назад, как вдруг ему показалось, будто он услыхал тихое повизгивание. "Надо взглянуть подальше".

Чем дальше он продвигался в глубь пещеры, тем страшнее ему становилось. Своды то снижались настолько, что язык факела начинал лизать камни, то уходили в темную, сумрачную высоту.

Вот Лан добрался до бокового прохода вправо, заглянул: пусто, каменные глыбы громоздятся на покатом полу, где-то внизу тихонько журчит вода.

И опять услыхал Лан негромкое повизгивание, на этот раз явственно. Пошел на звук и очутился перед другим боковым проходом, теперь уж влево от главной пещеры.

Свет факела выхватил из мрака белый костяк лося и за ним, в дальнем углу, - Муну и доверчиво прижимающегося к ней волчонка. Оба с испугом глядели на огонь.

- Уходи. Если тебя найдут здесь...

Лицо у Муны бледное. Она знала, на что решилась. Прерывистым от волнения голосом сказала:

- Спрячь нас. Ночью я незаметно выберусь отсюда...

Муна уже поняла всю опасность своей затеи и дрожала от страха.

Мысли у мальчика путались от волнения. Зачем-то ему подумалось, что этот лось, которого добыли охотники четыре луны назад, принес большую радость всему племени. Вдоволь было еды. Этот скелет - на нем до сих пор еще сохранились лоскутки завялившегося мяса - принесли в жертву злым дивам ночи и братьям Оггру.

К скелету старый Аун привязал волчонка: на белой кости еще болтался лоскуток от ремешка. Наверное, Муна не могла развязать узелок в темноте и просто перегрызла ремешок.

- А волк?.. - наконец спросил Лан.

- Звереныш мог ведь и сам перегрызть ремешок.

- Твоя правда, - живо отозвался мальчик.

Еще раз взглянув на рыжего волчонка, прижавшегося к Муне, будто это сестра его или мать-волчица, Лан окончательно решился помочь девочке.

В пещере послышались отдаленные голоса. Это Черный Ворон. Вот-вот он будет здесь.

- Бежим скорее! - Мальчик метнулся в глубину основного прохода, забыв даже погасить факел.

Они бежали куда-то все вниз и вниз. Спотыкались и падали. Вскакивали и снова бежали...

Остановились только тогда, когда, поскользнувшись на мокрых камнях, Лан растянулся во весь рост и выпустил из рук факел. Тот зашипел и едва не погас.

Выбрали место посуше и присели передохнуть. Со стоном Лан потирал ушибленные руки и бок. Тут впервые услыхали они, как-будто из под чьей-то ноги выкатился камень.

- Это жилище мертвых! - холодея, прошептал Лан.

И на миг им показалось заманчивым снова оказаться в родной пещере, пусть даже лицом к лицу с Черным Вороном.

Затаив дыхание они долго прислушивались, но ничего больше не услышали, кроме гулких ударов в собственной груди.

- Здесь оставим волка, - сказал Лан.

Муна устало кивнула.

Долго мальчик старался привязать ремешок за камень, чтобы волчонок не увязался за Муной, когда они пойдут обратно, но это было нелегко. Наконец ему удалось кое-как закрепить конец ремешка в камнях. Лан очень спешил, ведь их уже могли хватиться.

- Пошли!

Но куда идти? Мурашки побежали по спине мальчика. Только сейчас он отчетливо сообразил, что обратной дороги ему не найти: сколько поворотов, спусков и подъемов прошли-пробежали они!

- Ну, что же ты? - повернулась к нему Муна.

- Не знаю... куда идти, - с трудом выдавил из себя Лан.

Муна не поняла его или не расслышала, во всяком случае, она не испугалась, главное - жрец не убил волчонка.

- Погляди, детеныш волка отвязался! - воскликнула девочка, когда они немного прошли.

Лан махнул рукой в раздражении. Об этом ли теперь думать!

И снова они в пути.

- Вот тот камень, - шепнула Муна, - тут я поскользнулась.

- Это не здесь. Видишь - сухо, не скользко.

О! Как бы ему хотелось, чтобы она была права.

Поворот, опять поворот. Куда идти?

Откуда-то сверху донесся приглушенный крик боли. В ужасе они снова прислушались... Тихо. Но вот еще - не то вздох, не то стон.

От страха Муна опустилась на камни. В черноте бесконечной пещеры мерещились ей невиданные чудища. Может, это и есть дивы ночи или братья Оггру?..