Том Холланд - Раб своей жажды

• Название: Раб своей жажды
• Автор: Том Холланд
• Жанр: Научная Фантастика

---

Я кивнул. И довольно отчетливо все припомнил.

- Там я почерпнула вдохновение, - продолжила Сюзетта, - для совершенно нового типа игры, подходящей для этого века разума, века науки, под скептическим взглядом которой должны умереть все суеверия. Лайлу очаровала моя идея. Мы подстроили все так, что вы занялись этим делом, а сами следили за его ходом, прослеживали каждый ваш шаг в этом лабиринте. У вас все шло очень хорошо - приятно было видеть, - но в конце, конечно же, вы не смогли понять... Я знала, что не сможете...

- Почему?

- Я всегда утверждала, что вы дитя своего века, своего рационального века.

Я непонимающе уставился на нее.

- Самым интригующим аспектом этой игры было испытать вашу гордыню и увидеть ее посрамление. - Она протянула мне что-то. - Помните это?

То была карточка, которую я нашел в шкатулке из-под опиума.

- Как часто я говорила вам, что когда вы исключите невозможное, то все остальное, даже самое невероятное, должно быть истиной?

Я покачал головой, дико рассмеялся и порвал карточку.

- Да, - согласился я, - вы были правы - какая гордыня! Как же я был слеп раньше! Как я мог не подозревать об этом... какие могли быть возможности... или удовольствия... или переживания? Но теперь, слава Богу, - я поднял руки и огляделся по сторонам, - теперь, слава Богу, я понял!

Я вновь истерически рассмеялся. Действительно, слава Богу! Я никогда не знал такого счастья, никогда не чувствовал себя столь раскованным... столь свободным. Всякие пределы исчезли!

Однако очень скоро нахлынули воспоминания, точно такие же, как после первого убийства. Как в картине, очищаемой от накопившейся пыли, проступала моя вина, вначале - тускло, а затем - со все большей четкостью. По мере этого все вокруг постепенно преображалось в тюрьму, и я осознал тщетность попыток бежать отсюда. Я оставался с другими плененными животными, украшавшими этот зверинец, любопытным трофеем среди остальных. Оглядываясь по сторонам, я понимал, что мне была подарена особая привилегия - оставлена человеческая форма, ибо меня могли превратить в чудовище, в паука, в змею. Как Сюзетта объяснила мне, Лайла испытывала огромное удовольствие, выбирая то, во что она превратит свою очередную жертву.

- Это всегда что-то изысканное, - улыбнулась она. - Наказание, соответствующее преступлению.

- Преступлению?

- Да... наказание за скуку. Ибо, в конце концов, ей всегда надоедает человеческая любовь, хотя Лайла сама тоже любит и питается любовью. Карлик, например, - это французский виконт, который около двух веков тому назад был очень красив, но опасно тщеславен. Пантера - ашантская девушка, наглая и жестокая, хотела заколоть Лайлу кинжалом в припадке ревности. Сэр Джордж... ну, его вы видели сами.

- Но вы убили eгo, обескровили до того, что он превратился в прах.

Сюзетта отвернулась.

- Но я же вампир, - сказала она наконец. - Я должна пить кровь.

- Должна?

Она холодно взглянула на меня:

- Вам пора понять, что убийство - это необходимость.

- Значит, пора? Так я тоже вампир, как и вы?

Сюзетта нахмурилась и медленно покачала головой:

- Наверное, нет, - проговорила она. - Я подумала, было, что да. Но Лайла может превращать свои жертвы во что угодно. Может быть, вы просто убийца, и ничего более. Ибо если бы Лайла превратила вас в вампира, то, поверьте мне, вы бы почувствовали жажду крови,

- Мне нравится проливать ее, - ответил я. - Иногда.

- Но не пить?

- Нет.

- Что ж, - пожала плечами она, - тогда вы не вампир.

- А вы? Что Лайла сделала из вас?

Она повернулась ко мне, и теперь на женском лице не осталось и следа от ребенка. Лицо ее было ужасно, но светилось умом, и привлекательностью.

- Когда Лайла познакомилась со мной и совратила меня, - произнесла она, - я уже была вампиром.

- Когда это случилось?

- Очень давно.

Во мне шевельнулось былое любопытство, забытое неверие в то, что такое может быть.

- Как давно? - поинтересовался я.

- При дворе мавританских королей в Испании, тысячу лет тому назад... может быть, одиннадцать веков. Сейчас трудно вспомнить.

- А Лайла... где она встретилась с вами? В Испании?

Сюзетта отрывисто кивнула, глядя вдаль, в ночь, и отбрасывая элегантно причесанные волосы взрослой женщины.

- Когда я впервые повстречала ее, - проговорила она, - я жила среди фонтанов и дворцов Андалузии, где в те годы, как никогда раньше, цвели образование и все блага цивилизации. Мать моя была еврейка, отец христианин, а я жила среди арабов в Халифате, пользуясь различными культурами, принадлежа к каждой и в то же время ни к одной из них, из-за чего и зародилась насмешка над всеми нами. Моей страстью было знание, а удивление было постоянным состоянием моего разума. Лайлу я любила, ибо мне казалось, что и у нее такие же черты характера, только многократно усиленные, так что она всегда побуждала меня дерзать и восхищала меня. Мы покинули Испанию, скитались по всему миру два... три... не знаю сколько веков. Но всегда возвращались в ее любимое прибежище, в королевство среди гималайских вершин, которое было ее настоящим домом и которое, как вы сами убедились, она всегда будет защищать. Другие места она всегда покидает империи, города, различные скопища людей, - но Каликшутру никогда. Она, а вместе с ней и я, слишком долго там прожили.

- Да, - воскликнул я, вдруг вспоминая, - я видел вас, в виде статуи, в храме в джунглях. Вы стояли у ее трона... Правда, когда статуя была сделана... вы уже, по-видимому, были превращены...

- Да, - кивнула она с улыбкой печальной и полной насмешки над собой. Так, в конце концов, и случилось. Я наскучила Лайле. - Сюзетта помедлила. Так же как и она мне. Я сказала, что хочу уйти. Ее вечные требования развлечений стали утомлять меня. Я устала от игр, мне хотелось чего-то иного... И, уходя, я сказала ей, что она как ребенок... - Сюзетта замолкла. - Но она все-таки достала меня. Мне не удалось убежать от нее.

- Так вы тоже пленница?

Сюзетта не ответила.

- Вы можете уйти, если захотите? - выспрашивал я. - Я имею в виду ваши силы... вас нельзя остановить?

Сюзетта отвернулась и взглянула на звезды. Мы взбирались по лестнице к стеклянному куполу и вот прошли сквозь него, оказавшись снаружи, в ночи.

- Взгляните же! - прошептала она, и я взглянул.

Она вновь стала маленькой девочкой. Я пытался разглядеть женщину за косичками, ленточками, нарядным платьицем. Но она исчезла. Я вдруг вспомнил существо из лодки. Его прошлого я тоже не разглядел, когда смотрел на него на реке. Я нахмурился, и на лбу у меня выступил пот.

Вглядываясь в алое свечение распростершегося предо мною Лондона я почувствовал, что легким ветерком мне навеялось покалывание гнева. Симптомы моего собственного превращения начинали возвращаться ко мне.

- Мне надо идти обратно, - проговорил я, поскользнулся, и Сюзетта с улыбкой поддержала меня под руку.

Мы прошли в дверь, и гнев во мне сразу затих. Я взглянул на Сюзетту и опять увидел женщину.

- Значит, бежать нельзя, - прижался я лбом к стеклу. - Никогда!

- Вы можете уйти, - ответила Сюзетта, - но вы никогда не уйдете от того, во что она вас превратила.

- И так со всеми нами? Здесь, в этой тюрьме?

- В тюрьме? Вы считаете это тюрьмой?

- Разве нет? Тогда что же это?

Сюзетта пожала плечами:

- То, что вам обещали, то, чего, в конце концов, вы так отчаянно искали: убежище от законов вероятности, где человеческая наука больше не применима. Разве не к этому вы стремились? Вы добились своего.

Сюзетта помолчала, глядя на купол света над нашими головами, на сверкание звезд.

- Где бы в мире она не жила, - тихо проговорила она, - Лайла воссоздает такое измерение для себя. Все вокруг нас конечно, но здесь, где мы живем, - бесконечность.

- Да, - проследил я за ее взглядом и поежился. - Бесконечность в норе между стен склада.

- Вас это расстраивает? Почему?

- Очень мне напоминает, - я помедлил, - ловушку муравьиного льва, охотящегося за добычей.

Она приподняла бровь:

- Почему муравьиного льва, доктор?

- Вспомните, - иронически улыбнулся я, - личинка его выкапывает нору, в которую заманиваются любознательные муравьи. И там ими питается, высасывает из них все соки и отбрасывает в сторону оставшиеся от них панцири. Что же ждет здесь, как не такая же ловушка? Челюсти распахнуты, и в них забредают муравьи... Муравьи, вроде этих несчастных из опиекурильни.

- Не разделяю вашего возмущения. Трудно сочувствовать судьбе муравьев.

- Так я прав? Опиумный притон служит краем ловушки?

Наступило длительное молчание.

- Да, - наконец созналась Сюзетта. - Именно так.

- А Подидори?

Глаза ее сузились:

- А что Подидори?

- Он - хранитель ловушки. Значит, он не является частью коллекции Лайлы, одним из ее трофеев?

- Полидори? Нет. - Сюзетта холодно взглянула на меня и рассмеялась. Она бы никогда не выбрала его себе в любовники.

- А почему здесь Шарлотта Весткот?