Журнал «Если» - «Если», 2009 № 04

• Название: «Если», 2009 № 04
• Автор: Журнал «Если»
• Издательство: Издательский дом «Любимая книга»
• Жанр: Научная Фантастика
• Год: 2009
• ISBN: ISSN 1680-645X

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ, Вячеслав ДЫКИН

ГУСАРСКИЙ ШТОСС

С гусаром в карты не садись, ему и сам черт не брат.

Джек КЕЙДИ

ПЁС ДОРОГИ

Он бороздит автомобильные трассы Североамериканских штатов, и о нем знают все водители-дальнобойщики.

Игорь ПРОНИН

ПУТЕШЕСТВИЕ В ГРИТОЛЬД

…хотя и было недолгим, но успело перевернуть весь мир героя.

Святослав ЛОГИНОВ

СИКОРАХА

А кто, скажите, не букашка в сравнении с вечностью?

Николай КАЛИНИЧЕНКО

ДВОЙНАЯ ТРАНСМУТАЦИЯ

И как же вернуть себе прежний облик?

Ричард МЮЛЛЕР

ДЕСЯТИФУНТОВЫЙ

МЕШОК РИСА

Такую цену дали когда-то за жизнь героя рассказа.

Сергей ЛУКЬЯНЕНКО

ПОЛУДЕННЫЙ ФОКСТРОТ

В этом смертельном танце закружился маленький захолустный городишко.

Дмитрий КАЗАКОВ

ДЕНЬ СОСУЛЬКИ

Зиму, с Божьей помощью, мы пережили, и нам не грозит участь героя рассказа.

Наталья РЕЗАНОВА

КЛЮЧ БЕЗ ДВЕРЕЙ

Эта женщина появилась в час невероятно жаркого заката и ушла в прохладу осени…

Сергей ЦВЕТКОВ

СТАРЫЙ — ЧТО МАЛЫЙ…

Хотите прожить жизнь с конца до начала? Спросите у нас — как!

Антон ПЕРВУШИН

НАРИСОВАННОЕ НЕБО

На чем только не бороздили космические просторы киногерои! Но на нарисованных ракетах они это делали чаще всего.

ВИДЕОРЕЦЕНЗИИ

По мнению рецензента, компаия Диснея предложила зрителям лучшую семейную игровую комедию последних лет.

Святослав ЛОГИНОВ

ОТВЕТ НА ЗАСЫПКУ

Известный писатель не только сделал социологические выводы из итогов голосования, но и решил вразумить издателей.

Дмитрий ВОЛОДИХИН

ПРОГРЕССОРЫ? РЕГРЕССОРЫ? СТРЕЛОЧНИКИ…

Критик убежден: этот роман обречен стать явлением в современной российской НФ, но с идеями, транслируемыми автором, решительно не согласен._

РЕЦЕНЗИИ

Право же, вот несправедливо некоторые злопыхатели называют критика «мистером Хайдом доктора Писателя»! Как раз вторые чаще всего обижаются, если «злобный Хайд» не обращает на них никакого внимания.

КУРСОР

Грань между реальностью и фантастикой выражена не так ярко, как считают некоторые.

Дмитрий БАЙКАЛОВ

ФАНТАСТИКОЙ — ПО КРИЗИСУ!

Несмотря на нелегкие времена, писатели и издатели сочли невозможным пропустить крупнейший российский конвент.

ПЕРСОНАЛИИ

Постоянные авторы журнала и новички.

---

— Эти орки давно маникюр не делали, — поделился впечатлением Кей. — И, если верить пропорциям, герой был поистине косой сажени в плечах. И такого же роста. Не томите, Хью. Что тут было особенного?

— Эпоха Прибывших. Наши предки пришли сюда с островов, ушедших на дно, и мы даже не знаем толком, сколько их было и как они назывались. Остались одни сказки, потому что Прибывшим нужно было выживать на Материке, о котором они не знали ровным счетом ничего. На островах они жили тихо, никто, кроме купцов, никуда не плавал, и хотя о других расах было известно много, все это относилось к области теории. И вот теперь с ними нужно драться. А как? — Грамон указал на картину. — Куда Князь воткнул топорик?

— Под заднюю реберную дугу. Говорят, если удачно попасть, останавливается дыхание третьего легкого.

— Так и есть. Там нервный узел, его поражение парализует добавочную диафрагму. А третье легкое отвечает за выработку жизненной силы из вдыхаемого эфира. После такого удара орк становится просто здоровым увальнем, даже не столь здоровым, как следовало бы ожидать — сами по себе мускулы у них работают с меньшей отдачей, чем у человека. Вот этому невезучему парню Князь мечом уже разрубил артерию на левой ноге: именно на левой, и именно в этом месте она у них прямо под кожей. Другое такое место есть на правой руке. Я уверен, что эти картины могут быть как угодно плохо нарисованы, но с технической точки зрения на них все верно. Иначе преподаватели сочли бы их вредным мусором. Начинаешь понимать?

Римти сложил руки на груди и попробовал начать понимать. Значит, Прибывшие учили своих детей убивать. Тут, конечно, есть особенности. Даже людей надо уметь убивать, это серьезная наука. Убивать собак, скажем, тоже учат во всех училищах. Ну, и убивать нелюдей всех мастей учат везде. Только с собаками устраивают бои — давно уже не смертельные, собак жалеют… Но бывает всякое. Кшатрий должен победить страх, и страх крови тоже. Кей остановил себя: не туда. Была мысль… Да, в обычных учебных заведениях учат убивать всех возможных противников.

— А как вас учили убивать орков, Хью?

— По учебникам, по макетам. А потом самый крупный инструктор надевал защитный костюм, работали с ним. — Грамон насмешливо разглядывал Кея. — Соображаешь, молодец.

— Здесь убивали живых нелюдей, и эта традиция сохранилась, — уверенно доложил Римти.

— Попал. Ну, не только нелюдей, между прочим. Людей тоже. У Империи всегда полно приговоренных — и людей, и нелюдей… Всех сюда. И пленных. Кентавров, водяных, даже лесных троллей — этих тоже можно одолеть, если знать как. Порой на этом песке и курсанты умирали, причем знатнейших фамилий! — Грамон хмыкнул.

«Все же мутное происхождение не дает ему покоя!» — усмехнулся про себя Кей.

— В общем, остальное — ненужные подробности. Тысячу лет знатнейшие фамилии Империи, и прежде всего будущие Императоры, учились здесь, в Нижнеяме. И вместе с гритольдской знатью убивали здесь нелюдей. Порой весьма именитых, они тоже попадали в плен. То, что убивали людей, не важно, но вот нелюди… Между прочим, морально нестойкому кшатрию запросто могли предложить убить ребенка. Эльфийскую девочку, скажем. Это не поединок, это просто готовность выполнить приказ во что бы то ни стало. Здесь ковали настоящую сталь, настоящих кшатриев. Благодаря им Империя никогда не отступает. Никогда не отступает… — Грамон медленно пошел к арене, увлекая за собой Римти. — Ну, что значила бы вся брахманская мудрость, все их знания и умения, способности использовать магию, находить лучший путь, приручать природные и эфирные силы? Что все это значило бы, не служи они простой и ясной, четко направленной силе кшатриев?

— Я всегда думал, что это мы все, включая кшатриев, направляемы брахманами, — заметил Кей. — Вся Империя, вы не поверите, буквально так и думает. Учат нас так. В школах и храмах.

— Это высшие цели, а я говорю о способе их достигать. Империя — способ жить так, как заповедовали нам боги. Жить по добру, нести его всюду. Пусть иногда и на кончике меча.

— Иногда! — хмыкнул Римти. — Да я не спорю, я всей душой за Империю. Хотя вот методы порой у нее страшные. И не всем понравятся, если рассказать.

Грамон свесился через перила и уставился на песок, будто увидел на нем пятна крови. Сзади раздались тихие шаги. Люди в серых плащах решили подойти чуть ближе. «А если спрыгнуть? — тут же подумал Кей. — Там наверняка есть выход… Но, скорее всего, он заперт. Да и куда бежать?»

— Жрать охота. Голодное какое-то путешествие. Хотя мой доктор говорит, что это полезно. Тощий такой брахман, ты его видел.

— Не помню. Извините, я вайшьи, мне у брахманов лечиться не положено. Мы друг друга сами пользуем.

— Брось… Итак, если Империя продлит договор, вспыхнут давно готовые восстания. Если не продлит — Гритольд будет уничтожен. Но на прощание капнет нам яду, выдав во все стороны информацию вот об этой арене. И вообще о Нижнеямском училище — здесь и вокруг много всего происходило. Вскрытия заживо, экспериментальные пытки… Зачет по пыткам. Приводят курсанта, дают клиента, и задача: добиться правды. А клиент знает, что если скажет правду, окажется в Цирке. Интересная игра?

— Интереснее некуда. Но есть же «брахманский допрос»?

— После «брахманского допроса» мало кто остается в своем уме. Кроме того, кшатрий должен уметь допрашивать в полевых условиях, быстро и результативно. И так, чтобы не обманули. — Грамон с хрустом потянулся, кинул быстрый взгляд на охранников. — Прикончил я бы этих ребят в полминуты, но за нами следят арбалетчики. Я это чувствую… Так что бы ты выбрал?

Кей опять задумался. «Брахманский допрос», которым в своих вариантах владеют, как минимум, эльфы, водяные и гномы, дает абсолютно четкий ответ. Сказанное на нем — чистая правда. Но настоящую силу имеют лишь показания участников или свидетелей. От того, что сам Римти, допустим, передаст этот разговор, Империя не перевернется, хоть и неприятностей будет немало. Грамон мог просто солгать. Значит, цену имеют живые свидетели того, как имперские кшатрии убивали нелюдей. За годы совместной учебы таких накопилось немало.

— Сколько свидетелей? Сотни, тысячи?

— Ага, устранение свидетелей! Самое надежное средство! — Грамон хлопнул Римти по плечу. — Молодец! Вот с того Империя и начала, только поздновато. И отказались от участия своих курсантов в Цирке поздно, всего лет десять назад. Хваленые брахманы — о чем они думали? Об Унии. Думали, что Гритольд войдет в состав Империи на условиях «столетней программы объединения». А Гритольд возьми, да и откажись! И все зависло в воздухе. Свидетелей уже не сотни, Кеюшко. Десятки. Но и «устранить» их теперь непросто. Наши люди в Гритольде сделали, что могли, но после этой ночи их больше нет. Моя поездка оказалась бесполезной. И Империя попросила десятидневной паузы… Империя, которая никогда никого ни о чем не просит.

«Переживает кшатрий. За державу ему обидно! А мне и выхода не видно…»

Где-то далеко хлопнула тяжелая дверь, раздались приближающиеся шаги.

— Идут. Так что же решат в Царьграде?

— Откуда мне знать? Я всего лишь имперский посланник третьего ранга, по совместительству разведчик, время от времени убийца. Сын Солнца решит. — Грамон бросил быстрый взгляд на приближающегося Нели и совсем тихо добавил: — Да уже все решено, Кей. Империя никогда не отступает. Держись. И не зли следователей.

Однако прежде они попали на завтрак.

10.

Наверх они поднялись самым замечательным образом: на лифте. Троллей в Гритольде наверняка не использовали в качестве тягловой силы, но Кея особо и не интересовало, кто там мучается с лебедкой. Лошади, люди, заключенные орки… Какая разница? Вверх, к свету! Даже псы в душе заголосили вразнобой и весело.

«Любой подъем приятен человеку! Секретарю, лакею, хлебопеку!»

Прямо возле лифта их встретили какие-то люди в парадной форме; все улыбались, и Грамон улыбался им. Они здоровались, некоторые даже обнимались, но внимание Кея привлек мужчина средних лет и приятной наружности, стоявший в стороне. В следующий миг секретарь узнал форму: коллега-дипломат, только высокопоставленный.

— Здравствуйте, Грамон! Как добрались?

— Великолепно, даже проголодался немного! Этот недалекий малый — мой секретарь Римти, вайшьи. А это, Кей, — полномочный посол Материковой Империи в Княжестве Гритольд господин Кипон.

Кипон чуть улыбнулся, пожимая руку Кея. Обреченность привиделась Римти в этой улыбке, и снова стало нехорошо. Впрочем, в окнах сияло солнце, за длинным столом вовсю ели гритольдские военные. Они пребывали в прекрасном настроении и, как понял Кей из обрывков разговоров, вот-вот ожидали прибытия Великого Князя, который приказал начинать без него.

— Ешь! — распорядился Грамон и показал пример.