Журнал «Если» - «Если», 2004 № 9

• Название: «Если», 2004 № 9
• Автор: Журнал «Если»
• Издательство: Издательский дом «Любимая книга»
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2004
• ISBN: ISSN 1680-645X

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ

ВИХРИ ВРАЖДЕБНЫЕ

… грозят человечеству, и если бы не домовые, трудно сказать, что с нами было бы.

А. ВАЛЕНТИНОВ, М. и С. ДЯЧЕНКО, Г. Л. ОЛДИ

ПЕНТАКЛЬ

О сути нового совместного проекта расскажут читателям сами авторы.

Наталия ИПАТОВА

НЕСКОЛЬКО ШАГОВ, ЧТОБЫ ИСЧЕЗНУТЬ

Дело тов. Дзержинского, лучшего друга детей, живет теперь уже в среде малолетних орков, эльфов и гномов.

Евгений БЕНИЛОВ

ЛГУНЬЯ

Никогда не разговаривайте с незнакомцами, а с незнакомками — тем паче.

Чарлз ДЕ ЛИНТ

«МОЛ ЖИЗНЬ, КАК ПТИЦА»

Честно говоря, омерзительный тип! И чего он привязался к бедняжке…

Грегор ХАРТМАНН

ГЕНРИ В ДЕРЕВАХ

Молодой колдун «завязал» с магией. Однако жизнь заставляет его взяться за старое.

Иэн УОТСОН

ПОСЛЕДНЯЯ ИГРУШКА АМАНДЫ

Не так страшен черт… А вот от намалеванных зверюшек можно ждать любых сюрпризов.

Джек ХОЛДЕМАН

ФЛОРИДСКИЕ НЕПРИЯТНОСТИ

Теперь понятно, почему общепит советского образца был столь отвратителен — им заправляли разжалованные феи.

ВИДЕОДРОМ

Снова о разумных домах — на этот раз мистических… Переводы Гоблина — кич, постмодернизм или просто коммерция?… Фантасты о «Ночном Дозоре».

Владислав ГОНЧАРОВ, Наталия МАЗОВА

МИФОЛОГИЯ МЕГАПОЛИСОВ

Читатели уже поняли, о каком жанре пойдет речь.

ЭКСПЕРТИЗА ТЕМЫ

Писатели пробуют себя в роли литературоведов.

РЕЦЕНЗИИ

Рецензенты сделали свой выбор, Дело — за вами.

КУРСОР

НФ-кинематограф в отпуск не уходит.

Андрей СИНИЦЫН

ОТКЛОНЕНИЕ ОТ СОВЕРШЕНСТВА

Вся правда о городских вампирах в новой книге популярного фантаста.

Дмитрий БАЙКАЛОВ

ТРУДНО ПОСТУПАЕТ АНТАРКТИДА

Два известных прозаика, объединив усилия, сдвинули с места материк, попутно создав новый жанр — «альтернативная география».

Евгений ЛУКИН

МАТЕРИЯ ЗА ЭТО ЕЩЕ ОТВЕТИТ!

С ней, вооружившись логикой, решил разобраться лидер партии национал-лингвистов. Есть, правда, опастность, что материя, презрев логику, действительно ответит…

АЛЬТЕРНАТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Молодые начинают — и выигрывают.

ПЕРСОНАЛИИ

Адепты и неофиты городской фэнтези.

---

Ведь если переносить книгу на экран буквально — не миновать ловушки.

Вот пример: первая сцена с тетушкой Мардж, без которой, строго говоря, в фильме можно было обойтись (и так все знают, что Гарри у Дурслей несладко). В книге тетка издевается над Гарри долго и метко: в конце концов и герой, и читатель доведены до белого каления. И Гарри неосознанно, одной только силой обиды за облитых грязью родителей раздувает тетушку, превращая ее в шар. В фильме нет места на долгую сцену — две реплики, и вот уже Гарри сознательно и долго глумится в кадре над пожилой женщиной под радостный смех маленьких зрителей. Сцена, по описанию в книге длящаяся несколько секунд, превращается в жестокий аттракцион.

«Сдуй ее обратно!» — «Она того заслужила!»

Садист.

Кстати сказать, уровень жестокости в фильме получился недетский — это при том, что в кинотеатр «на Гарри» приводят в том числе дошкольников. А все, что нам так важно в книге Роулинг — любовь, которая сильнее тьмы, — осталось на уровне иллюстрации…

Хотя нет. Две сцены в фильме оказались почти столь же сильными, как в книге. Первая — когда с противоположного берега озера на помощь Гарри и Сириусу, одолеваемым дементорами, приходит серебристый олень — Патронус Гарри, образ его отца (кстати, уж не из «Бэмби» ли пришел этот образ? Может, и нет, но если учесть, что в детской памяти Роулинг этот культовый фильм наверняка был…). Вторая — когда сам Гарри во временной петле вызывает этого Патронуса, чтобы спасти своего крестного от дементоров. Но даже сила этих эпизодов понятна прежде всего тем, кто читал книгу, у кого в голове уже выстроилась цепочка: Гарри-олень-отец…

И еще одна сцена достойна, по нашему мнению, особого упоминания — когда Снейп собой загораживает Гарри, Рона и Гермиону от жуткого оборотня, еще недавно бывшего профессором Люпином. В фильме, где роли злодеев и героев четко разграничены, где даже колоритный Малфой превратился в злобную схематичную тень негодяя, такие сцены дорогого стоят.

Захотим ли мы смотреть четвертого Поттера? Не то слово — ломанемся в кинотеатр, как и прочие читатели книги. И снова, по всей видимости, увидим набор движущихся иллюстраций…

Впрочем, за тем и пойдем.

Марина и Сергей ДЯЧЕНКО

Goblin: «Когда это сопровождается моей ахинеей, эффект — термоядерный»

В последнее время на многих лотках, торгующих видеопродукцией, в придачу к разделам «фантастика», «детектив», «комедия» появился новый — «переводы от Гоблина». Среди них есть как «правильные переводы», максимально приближенные к оригиналу, так и «пародии» — некий шутливый пересказ событийного ряда. Если объектом «правильных» переводов становились фильмы криминальные, то свой дар юмориста Гоблин выплескивал исключительно на фантастику. Факт популярности такого подхода к кино вызвал массу подражаний, породив как восторги, так и откровенно негодующие высказывания (возник даже термин «гоблинизация культуры»). Но как бы мы сами ни относились к этому видеопродукту, он стал явлением, и потому мы решили дать слово автору — после нашей краткой биографической справки.

Дмитрий Пучков, в простонародье Goblin, родился в семье кадрового военного в 1961 году в городе Кировограде (Украинской ССР). Трудовая жизнь Дмитрия началась с работы библиотекарем в Библиотеке Академии наук. Позже он сменил множество профессий: слесаря, водителя, помощника бурильщика, сантехника, электрика, техника-гидрогеолога, токаря, шлифовальщика, кузнеца и… сотрудника правоохранительных органов. Служить в МВД Дмитрий начал в 1992 году рядовым милиционером, затем был кинологом и дежурным в изоляторе, старшим оперуполномоченным уголовного розыска. В 1998 году уволился из рядов милиции.

Псевдоним Goblin закрепился за Дмитрием в 1996 году, когда он, увлекшись компьютерными играми, взялся за написание статей для журналов игровой тематики. Увлечение же переводами кинофильмов появилось чуть раньше, в 1995-м. Дебютным фильмом стал «Путь Карлито». Голосом Goblin'a говорят герои трилогии «Властелин Колец», феерические и неуловимые персонажи «Матрицы» братьев Вачовски, известные своим бесстрашием джедаи космической саги Дж. Лукаса «Звездные войны» и даже распальцованные братки из весьма популярного отечественного фильма «Бумер».

— Вы сменили с десяток профессий. Какая из них — естественно, включая теперешнюю переводческую — была по душе?

— Оперуполномоченный. Самая интересная, самая бодрая и она же самая веселая. Постоянно с интересными людьми, на свежем воздухе или в тюрьме. Было очень интересно и крайне познавательно. Сейчас тоже интересно, но экстрима никакого не осталось, а нутро требует.

— Говорят, вы написали несколько книг по мотивам компьютерных игр. Это так?

— Книжка была одна — про компьютерную игру Quake. Называлась «Санитары подземелий». В отношении собственных литературных способностей никаких иллюзий не питаю, считаю себя жизнерадостным графоманом. Но получилось, по отзывам, неплохо. Сейчас по сюжету книжки делается компьютерная игра под тем же названием.

— Каким, по-вашему, должен быть переводчик?

— Без профессиональной филологической подготовки — никуда. Этого, однако, недостаточно. Для того чтобы переводить как следует, нужно очень хорошо владеть родным языком. Ну и обладать достаточно глубокими познаниями в самых различных областях, ибо хороший переводчик — всегда эрудит.

— Многие нынешние писатели иногда подрабатывают переводами. Причем делается примерно так: нанимается учащийся вуза; он переводит, как может; затем эта продукция «олитературивается» профессиональным писателем. Ваша работа строится иначе?

— Между литературным/художественным текстом и диалогами из фильма имеется серьезная разница. Диалоги — они, как правило, заточены под имитацию разговорной речи и потому в массе примитивны. Литературный текст, наоборот, редко бывает примитивным, разве только умышленно.

Качественно переводить книги тандем переводчик/писатель, безусловно, может. Однако для этого требуется высокий профессионализм обоих и длительный опыт совместной работы. В противном случае это будет откровенная халтура.

Что касается моих переводов: повторюсь, диалоги в фильмах — это далеко не Шекспир. В основном все просто и без затей, моих познаний вполне достаточно. Ну а главное, мне значительно интереснее делать свое, чем пользоваться чужим.

— Бытует мнение, что многие ваши переводы слишком грубые. То есть, если вы переводите фильм о войне, его герои изъясняются весьма и весьма откровенно…

— Граждане, которым мои переводы кажутся «грубыми», просто не разбираются в предмете. Следует определиться: о чем вообще речь? О том, что «но самом деле в фильмах ругани нет, а Goblin ее туда вставляет»? Это заблуждение. Американские (и не только американские) фильмы изобилуют нецензурной лексикой.

Или речь о том, что неприятно слушать матерщину с экрана? В таком случае не надо смотреть фильмы типа «Криминального чтива», не надо показывать их по центральным каналам в то время, когда у телевизора могут находиться дети. Фильмы, которые я перевожу, они для взрослых, а не для детей. Причем далеко не для всех взрослых. Ведь никому не приходит в голову на просмотр порнографии пригласить маму и бабушку. Ну так откуда берется мнение, что фильмы про бандитов надо смотреть всей семьей?

Парадокс: никто не переживает по поводу вакханалии насилия в кино и на телевидении. Включите «ящик» — там без передыху стреляют, убивают, воруют, калечат. В том же «Криминальном чтиве» диалоги по поводу простреленной головы негра Марвина и заляпанной мозгами машины считаются исключительно смешными. И это по-чему-то абсолютно никого не волнует. А вот если кто-то скажет слово «жопа» — все, кранты, гибель цивилизации.

К ругани в быту отношусь, как и все нормальные мужчины. Если кто-то матерится при женщинах и детях — могу и по морде настучать. Если общаюсь с товарищами — пользуюсь всякими словами. Всему свое место.

— В российском фэндоме недавно появился термин «гоблинизация культуры». Что вы думаете по этому поводу?…

— По ряду исторических причин наша страна в культурном развитии отстала от Запада лет на пятьдесят. Длительная изоляция, оторванность от мира, поголовное незнание иностранных языков — все это приводит к серьезным аберрациям сознания, а через них — к ложному ощущению своей исключительности. Никакой исключительности нет. Мы ничем не лучше других. И, что характерно, ничем не хуже. Просто стоим на разных ступеньках.

То, что некие граждане называют «гоблинизацией», цивилизованный мир давно проехал и забыл. Процессы, которые идут у нас сейчас, у них отгремели еще в семидесятые.