Журнал «Если» - «Если», 2004 № 9

• Название: «Если», 2004 № 9
• Автор: Журнал «Если»
• Издательство: Издательский дом «Любимая книга»
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2004
• ISBN: ISSN 1680-645X

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ

ВИХРИ ВРАЖДЕБНЫЕ

… грозят человечеству, и если бы не домовые, трудно сказать, что с нами было бы.

А. ВАЛЕНТИНОВ, М. и С. ДЯЧЕНКО, Г. Л. ОЛДИ

ПЕНТАКЛЬ

О сути нового совместного проекта расскажут читателям сами авторы.

Наталия ИПАТОВА

НЕСКОЛЬКО ШАГОВ, ЧТОБЫ ИСЧЕЗНУТЬ

Дело тов. Дзержинского, лучшего друга детей, живет теперь уже в среде малолетних орков, эльфов и гномов.

Евгений БЕНИЛОВ

ЛГУНЬЯ

Никогда не разговаривайте с незнакомцами, а с незнакомками — тем паче.

Чарлз ДЕ ЛИНТ

«МОЛ ЖИЗНЬ, КАК ПТИЦА»

Честно говоря, омерзительный тип! И чего он привязался к бедняжке…

Грегор ХАРТМАНН

ГЕНРИ В ДЕРЕВАХ

Молодой колдун «завязал» с магией. Однако жизнь заставляет его взяться за старое.

Иэн УОТСОН

ПОСЛЕДНЯЯ ИГРУШКА АМАНДЫ

Не так страшен черт… А вот от намалеванных зверюшек можно ждать любых сюрпризов.

Джек ХОЛДЕМАН

ФЛОРИДСКИЕ НЕПРИЯТНОСТИ

Теперь понятно, почему общепит советского образца был столь отвратителен — им заправляли разжалованные феи.

ВИДЕОДРОМ

Снова о разумных домах — на этот раз мистических… Переводы Гоблина — кич, постмодернизм или просто коммерция?… Фантасты о «Ночном Дозоре».

Владислав ГОНЧАРОВ, Наталия МАЗОВА

МИФОЛОГИЯ МЕГАПОЛИСОВ

Читатели уже поняли, о каком жанре пойдет речь.

ЭКСПЕРТИЗА ТЕМЫ

Писатели пробуют себя в роли литературоведов.

РЕЦЕНЗИИ

Рецензенты сделали свой выбор, Дело — за вами.

КУРСОР

НФ-кинематограф в отпуск не уходит.

Андрей СИНИЦЫН

ОТКЛОНЕНИЕ ОТ СОВЕРШЕНСТВА

Вся правда о городских вампирах в новой книге популярного фантаста.

Дмитрий БАЙКАЛОВ

ТРУДНО ПОСТУПАЕТ АНТАРКТИДА

Два известных прозаика, объединив усилия, сдвинули с места материк, попутно создав новый жанр — «альтернативная география».

Евгений ЛУКИН

МАТЕРИЯ ЗА ЭТО ЕЩЕ ОТВЕТИТ!

С ней, вооружившись логикой, решил разобраться лидер партии национал-лингвистов. Есть, правда, опастность, что материя, презрев логику, действительно ответит…

АЛЬТЕРНАТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Молодые начинают — и выигрывают.

ПЕРСОНАЛИИ

Адепты и неофиты городской фэнтези.

---

Конец 1980-х годов ознаменовался явлением «Четвертой волны» отечественной фантастики, и городская сказка стала одним из ее неотъемлемых направлений. Наиболее ярко этот жанр явил себя в творчестве Андрея Столярова, успешно продолжившего разрабатывать тему «петербургской мистики». Столяров удачно соединил внешний рационализм научной фантастики с мистическим «бэкграундом», показав, как из обыденной жизни прорастает нечто непонятное и запредельное. Иногда — дающее надежду на счастливый исход («Изгнание беса», «Некто Бонапарт»), но чаще — подминающее маленького человека даже не как винтик, а как лишний камешек в отлаженном механизме, тикающем в изнанке бытия («Альбом идиота», «Ворон», «Сад и канал»). Более мягкий и камерный вариант городской сказки был явлен в произведениях Далии Трускиновской — немного хулиганской «Дверинде», лирическом детективе «Демон справедливости» и романе «Коломбине дозволено все». Другие очевидные лидеры жанра в 1980-е — супруги Лукины, в творчестве которых воплотилась фантастика иного порядка — «сказка провинциального городка».

Однако 1990-е годы поначалу отодвинули городскую фантастику на второй план — точнее, она была сметена потоком переводной англо-американской фэнтези, а затем антитезой в виде фэнтези славянской. В этом море тонули отдельные изредка пробивающиеся тексты вроде «Небесной тропы» Марианны Алферовой или ряда рассказов харьковчан Дмитрия Громова и Олега Ладыженского, позднее вошедших в роман «Дорога».

Характерно, что большая часть городской фэнтези первой половины 90-х так или иначе связана с семинаром Бориса Стругацкого и петербургской фантастикой — впрочем, скорее в плане эстетики, нежели идеологии. Даже «вавилонский цикл» Елены Хаецкой предъявляет нам все тот же «город-героин» из песни Шевчука, а то, что вместо купола Исаакия над Вавилоном высится башня Этеме-нанки, никого не способно обмануть.

Прорыв наступил лишь во второй половине 90-х, когда к городской мистике обратилась новая генерация малороссийских фантастов. Марина и Сергей Дяченко, начавшие с классической средневековой фэнтези, уже в 1997 году выпускают роман «Ведьмин век», в котором инквизиция борется против ведьм в антураже современного города. Найденная ими эстетика оказалась исключительно удачной, и имя супругам Дяченко впоследствии сделала именно их городская фэнтези, в которой элемент чуда, мистики, волшебства привносится в нашу современную жизнь. Таковы их романы «Пещера», «Армагед-Дом», «Долина совести», цикл рассказов «Год Черной лошади», повесть «Эмма и сфинкс».

Сюда же в итоге вернулось и творчество Генри Лайона Олди, чья дилогия «Нам здесь жить» (в соавторстве с Андреем Валентиновым), по сути, задала новый формат этого жанра: город как новая вмещающая среда обитания для человека, населенная своими духами и сверхъестественными существами, с которыми надо устанавливать какие-то отношения. В этом романе по городу гоняют мотокентавры — помесь человека и мотоцикла, а газовые плиты оборудованы пятью конфорками — четыре для готовки, пятая для жертвоприношений. По сути, системой ценностей этого мира становится возврат к старому язычеству — доброму либо недоброму.

В дальнейшем эта тенденция будет подхвачена в дилогии Александры Сашневой «Наркоза не будет» и «Тайные знаки», а также в романах Дмитрия Янковского «Флейта и ветер» и «Нелинейная зависимость». Однако тут все оказалось сложнее. Восприятие одушевленности мира и Города как разумного существа в этих книгах вполне языческое, но вот любые попытки договориться, управлять, вообще как-то взаимодействовать с этими сущностями весьма далеки от примитивного «я тебе — жертву, ты мне — благо». И не только из-за того, что такие попытки основаны на новейших информационных технологиях, но и потому, что они предполагают осмысленный диалог человека с мирозданием — вполне в духе современных религий.

Еще один вариант современной городской сказки, который условно можно назвать «фольклорным», представлен в новом цикле рассказов Далии Трускиновской из жизни домовых — «Сумочный», «Молчок», «Пустоброд», «Халява» и других. Отличительная черта этого направления, ведущего родословную от бытового анекдота — ироничный взгляд на наше вседневное бытие с совершенно неожиданной точки зрения. Фантасмагорическим событиям в современном городе посвящены романы Трускиновской «Аметистовый блин», «Нереал», «Дайте место гневу Божию» (последний характерен откровенно религиозной расстановкой сил, не слишком традиционной для городской фэнтези). Эту же тенденцию развивает и цикл рассказов Евгения Лукина о колдуне Глебе Портнягине. Вообще, большая часть творчества Лукина тоже явственно тяготеет к городской сказке — от повести «Там, за Ахероном» до романа «Зона справедливости», в котором жутковатые чудеса поначалу ограничиваются рамками отдельно взятого городского двора, но постепенно распространяются на всю страну…

Большинство вышеперечисленных произведений объединяет общая тенденция — волшебство в них является природной силой, не враждебной человеку, но и не стремящейся ему помогать (хотя иногда героям все-таки удается поставить ее себе на службу). Однако традиции классической фэнтези, как и канон, заданный «Мастером и Маргаритой», требуют хотя бы формальной поляризации сил, наличия если не Добра и Зла, то Хаоса и Порядка. И тогда появляется «Ночной Дозор» Сергея Лукьяненко — книга, наиболее ярко воплотившая в себе схему сегодняшнего восприятия гоголевско-булгаковской традиции.

По Лукьяненко, не существует ни Добра, ни Зла, борьбу между собой ведут Порядок и Хаос, а за соблюдением «правил игры» строго следит якобы неподкупная Инквизиция, олицетворяющая собой мировое равновесие. Но обе враждующие силы одинаково чужды людям — ибо сам великий Гесер декларирует, что даже темный Иной ближе светлому Иному, нежели простой смертный.

Книгами «Дневной Дозор» и «Сумеречный Дозор» Лукьяненко закрыл для себя эту тему, однако традиции фэнтези требуют сериала. И такой сериал был создан. В цикле Вадима Панова «Темный город» вновь борются силы Порядка и Хаоса, не слишком отличающиеся друг от друга методами действий; ни одна из них не вызывает ни восхищения, ни лютой ненависти, а потому борьба эта без особого вреда для мироздания может продлиться не один десяток томов.

Наверное, такова уж судьба всякой фэнтези — какое бы происхождение она ни имела, отечественное или зарубежное. Но ведь наличие бесконечного сериала про Конана-Варвара не отменяет существования «Горменгаста» и «Властелина Колец» — так почему бы и отечественной фэнтези не породить свою бесконечную эпопею без всякого вреда для философской глубины иных образцов жанра?

В целом же жанр городской фэнтези оказался куда более разнообразен, чем может показаться на первый взгляд. И именно потому, что явился одним из наиболее органичных для отечественной литературы, соединив в себе традиции фантастики и реалистической прозы, смыкаясь с самыми различными литературными стратами — от романтической прозы до бытописания, от детектива до романа ужасов, от мистики до социально-философского исследования. Нетрудно предположить, что и впредь самые интересные события в отечественной фантастике будут происходить именно в этом русле.

МНЕНИЕ

Экспертиза темы

Обычно толкование жанров и направлений — прерогатива критиков. Однако мы решили отступить от канона и поинтересовались у писателей, как они сами понимают жанр городской фэнтези.

Владимир АРЕНЕВ:

Городская фэнтези — редкий и, на мой взгляд, потенциально очень интересный поджанр. Определение «городская» и диктует его параметры: события должны происходить в городе, причем не в средневековом, а в современном нам (плюс-минус пара столетий). Будет ли мир, описанный в ГФ, нашим или любым другим — несущественно. Даже не важно то, развивался ли он в направлении науки/техники или магии (или смеси того и другого). Главное — город, особенный по своей структуре, коммуникационным возможностям, культурным наслоениям топоним. Он становится основным фоном в ГФ или даже главным героем.

Другая же составляющая ГФ — собственно фэнтезийная. Существа мифические, сказочные или попросту обладающие магией населяют или вторгаются в современный мегаполис. И здесь возможности для неленивого писателя самые разнообразные: можно сталкивать на этой сцене разные культуры (например, суперпродвинутых хакеров, варваров времен упадка Римской империи и существ из фольклора тех и других), можно попытаться создать мир с ведьмами, инквизиторами и в то же время телевизорами, автомобилями, холодильниками (вспомнили? — разумеется, «Ведьмин век» М. и С. Дяченко).

Почему к этому поджанру современные фантасты обращаются столь редко? Наверное, у каждого свои причины: кто-то предпочитает работать в заведомо более коммерческих направлениях, кому-то интересней другие сюжеты. ГФ, в частности, тем и отличается от классической рыцарско-драконской фэнтези, что здесь еще нет четких канонов, но нет и штампов, типичных сюжетных ходов. Да, частенько на основе ГФ делают детективы, но даже они на общем фоне смотрятся весьма симпатично. А можно ведь вспомнить и «Дочь железного дракона» М. Суэнвика, «Ночь в тоскливом октябре» Р. Желязны, «Нам здесь жить» А. Валентинова и Г. Л. Олди, «Подземный ветер» М. и С. Дяченко… По-моему, возможности у ГФ самые широкие; не исключено, что в будущем именно туда направят свои взгляды многие фантасты.