Иван Якубовский - Земля в огне

• Название: Земля в огне
• Автор: Иван Якубовский
• Жанр: Биографии и Мемуары

---

Получив донесение о столь быстром освобождении Перемышля, генерал П. С. Рыбалко поначалу усомнился в полной объективности информации. По его предположению, могло случиться так, что в черте города завязались затяжные бои и командиры бригад, уверенные в их скором успехе, поторопились донести о полном освобождении Перемышля. Поэтому Павел Семенович несколько помедлил, прежде чем передать радостную весть в штаб фронта.

В полдень 27 июля на южную окраину Перемышля, где я находился в одной из частей нашего корпуса, прибыли два офицера связи из штаба фронта. Они сообщили, что в штабе стало известно об освобождении города, но командарм П. С. Рыбалко почему-то не доложил об этом. Маршал И. С. Конев направил офицеров связи для выяснения обстановки на месте.

Я дал им копию своего донесения, которое уже было отправлено командиру 6-го гвардейского танкового корпуса генералу В. В. Новикову. В нем указывалось, что корпус овладел юго-восточной частью Перемышля, до реки Сан, и соединялся с передовыми частями 1-й гвардейской танковой армии. Разобравшись в обстановке, офицеры убыли, о чем я доложил В. В. Новикову, получив от него приказание оставаться в Перемышле в качестве старшего начальника в гарнизоне.

Вечером того же дня начальник штаба 6-го гвардейского танкового корпуса полковник С. В. Лебедев вызвал меня к телефону и передал приказание генерала В. В. Новикова немедленно прибыть в штаб корпуса, который размещался в нескольких километрах восточнее Перемышля, в местечке Седлиска, в уцелевшем фортификационном сооружении. Доложив обстановку в освобожденном городе, я получил от комкора указания о дальнейших боевых действиях. Василий Васильевич был крайне утомлен. Было похоже, что он приболел. Но всем своим видом давал понять, что не приемлет никакого сочувствия, я старался держаться бодрее.

- Скоро будут передавать по радио приказ Верховного, - торжественно объявил Василий Васильевич. - Подумайте, как известить об этом весь личный состав. Приказ этот - хороший боезапас для солдата.

После знакомых позывных Москвы мы услышали восторженный голос диктора, возвещавший о том, что нами пройдено и завоевано, что "войска 1-го Украинского фронта, форсировав реку Сан, прорвали оборону противника и в результате обходного маневра танковых соединений, конницы и пехоты овладели городом а крепостью Перемышль и городом Ярослав - важными узлами коммуникаций и мощными опорными пунктами обороны немцев, прикрывающими пути на Краков". Части и соединения, наиболее отличившиеся в боях, приказывалось представить к присвоению почетных наименований и к награждению орденами.

Весть, конечно, была окрыляющей. Но в приказе, где назывались фамилии командармов, нескольких командиров бригад нашего корпуса, отличившихся при штурме Перемышля, почему-то отсутствовала фамилия комкора В. В. Новикова.

Василий Васильевич был удивлен и взволнован. Объясняя, чем это вызвано, он подчеркнуто сказал мне:

- Не за свою персону пекусь. Вы это хорошо знаете. Гвардейцы должны были услышать ободряющее слово не только о своих родных бригадах, но и о своем родном корпусе. Это всегда поднимает боевой дух. Да и как поднимает! Вот о чем пекусь, Иван Игнатьевич.

Комкор тут же приказал соединить его с П. С. Рыбалко.

- Павел Семенович, - возбужденно говорил Новиков, - разве наш корпус не участвовал в освобождении Перемышля? Почему он не назван в приказе Верховного?

- Я тоже переживаю, Василий Васильевич, - послышался голос командарма. - Это какое-то недоразумение.

В. В. Новиков попросил меня выйти, решив, очевидно, продолжить разговор наедине. Я тотчас оставил его и направился к начальнику штаба корпуса полковнику С. В. Лебедеву. Посетовав на то, что генерала Новикова не назвали в приказе, Лебедев посоветовал немедленно позвонить командарму и доложить ему обстановку в освобожденном Перемышле.

Генерал Рыбалко, внимательно выслушав доклад, поблагодарил меня за успешное выполнение боевой задачи и поздравил с награждением орденом Красного Знамени. Он сообщил также, что Василий Васильевич Новиков заболел и нуждается хотя бы в небольшом отдыхе. Мне приказывалось временно исполнять его обязанности.

Командарм пожелал успеха и добавил:

- Приказ о дальнейших действиях корпуса вам будет направлен немедленно. Завтра в пять ноль-ноль вы должны выступить в направлении Каньчуга, Кольбушова, Баранув. О выступлении доложите.

Около 23 часов приказ командарма был уже в штабе корпуса. Вместе с С. В. Лебедевым мы подготовили необходимые указания комбригам и проект приказа по корпусу. Глубокой ночью прибыли к генералу Новикову. Он ходил вокруг своей палатки, о чем-то сосредоточенно думал. Выслушав доклад о приказе командарма и новой боевой задаче, Василий Васильевич рассмотрел подготовленные нами документы, подписал их. Мне было приказано находиться в левофланговой 51-й гвардейской танковой бригаде. Комкор назвал место, где будет находиться сам. Он словно забыл о своем недомогании. Сердце старого солдата не хотело покоя.

Вбит прочный клин

К 27 июля был завершен первый, решающий этап Львовско-Сандомирской операции. За это время войска фронта продвинулись на глубину до 200 км в полосе шириной свыше 400 км, нанесли вражеской группировке тяжелое поражение и в основном завершили освобождение западных областей Украины.

В результате освобождения Львова и Перемышля - этих важных узлов сопротивления противника - наши войска лишили гитлеровцев возможности организовать подготовленную оборону по реке Сан и создали благоприятные условия для дальнейшего развития наступления. Предстоял нелегкий путь дальше на запад - к Висле.

Мощным ударом советских войск группа армий "Северная Украина" была рассечена на две части. Одна группировка войск (4-я танковая армия) в составе десяти дивизий и четырех бригад штурмовых орудий в 110-километровой полосе в беспорядке отходила за Вислу. Другая - остатки 1-й немецкой танковой и 1-й венгерской армий, объединенных в армейскую группу "Раус", поспешно откатывалась к Карпатам. Разобщенность этих вражеских группировок и наличие крупного плацдарма на реке Сан, севернее Перемышля, создавали советским войскам благоприятные условия для завершения разгрома вражеской группы армий "Северная Украина" и достижения конечной цели операции.

Этому способствовала и обстановка в полосах соседних фронтов. Войска левого крыла 1-го Белорусского фронта овладели Люблином, Демблином и подходили к Висле; войска 2-го и 3-го Украинских фронтов готовились к нанесению удара по группе армий "Южная Украина".

Немецко-фашистские войска, изгнанные из Белоруссии и почти всей Украины, стремились удержать в своих руках Польшу и не допустить Красную Армию на территорию Германии. Фашистское командование, решив закрепиться на Висле, начало стягивать сюда войска с других участков советско-германского фронта, а также из Франции и Германии.

В этих условиях необходимо было, чтобы войска 1-го Украинского фронта без оперативной паузы продолжали развивать наступление на всех направлениях. Только в этом случае можно было сорвать намерение гитлеровцев создать прочную оборону на Висле и в Карпатах. Учитывая предстоящие тяжелые бои, а также понесенные потери и имевшийся ранее некомплект техники, командование фронта запросило у Верховного Главнокомандующего пятьсот танков Т-34, пятьдесят ИС-122, пятьдесят ИСУ-152, а также восемьдесят СУ-76{120}. Такая материальная поддержка могла бы значительно усилить мощь фронта и его боевые возможности.

При планировании дальнейших действий командование фронта учитывало такой немаловажный фактор, как возросшее политико-моральное состояние наших войск и некоторое ослабление его у противника. Наше наступление, разгром бродской группировки врага подействовали на гитлеровцев ошеломляюще. У вражеских солдат и офицеров усилилась боязнь окружения, танкобоязнь, часты были случаи массовой сдачи в плен. Немецкое командование вынуждено было издать ряд приказов о суровом наказании тех, кто будет оставлять свои позиции. С солдат и унтер-офицеров брались письменные клятвы о том, что они будут сражаться до последнего.

Немалое число старых немецких солдат, вернувшихся в свои части из госпиталей, а также ограниченно годных, служивших ранее в тылу, а теперь брошенных в бой, устали от войны, хотели покончить с ней, не считаясь даже с поражением Германии. Молодое пополнение, состоявшее в значительной части из членов гитлерюгенда, не имело достаточного боевого опыта. Большое деморализующее влияние на личный состав немецких частей и соединений произвели события в самой Германии, связанные с покушением на Гитлера.

Активную работу по разоблачению преступлений нацизма вели немецкие коммунисты, члены созданного антифашистами комитета "Свободная Германия".

Все это подрывало моральный дух фашистских войск. Наше наступление привело также к ослаблению действующих соединений противника.