» » » » Сергей Фетисов - Хмара

Сергей Фетисов - Хмара

Здесь можно скачать бесплатно "Сергей Фетисов - Хмара" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: О войне, издательство Мордовское книжное издательство, год 1974. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Сергей Фетисов - Хмара
Рейтинг:

Название:
Хмара
Издательство:
Мордовское книжное издательство
Жанр:
Год:
1974
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Хмара"

Описание и краткое содержание "Хмара" читать бесплатно онлайн.



Все дальше и дальше уходят в прошлое грозные годы Великой Отечественной войны. Поднялись и идут друг за другом, как волны, новые поколения, для которых война — история, а не личная автобиография. С пристальным вниманием вглядываются сегодняшние двадцатилетние в пропахшую порохом юность своих отцов, свято чтят память тех, кто отдал за Родину самое дорогое — жизнь.

Эта книга — малая частица огромной и далеко еще не оконченной художественной летописи войны. Написана она на документальном материале и рассказывает об истории создания, борьбы и трагической гибели-подпольной организации, действовавшей на оккупированной гитлеровцами территории — в приднепровском селе Большая Знаменка.

Автор — сам участник Отечественной войны, пишет он о своих сверстниках, поэтому ему удалось показать в романе не только фактическую сторону событий, но и, что не менее важно, духовный настрой комсомольцев военного поколения.






По давней привычке, как он любил делать, когда Наташка была маленькой, притянул ее к себе, зарылся усами в русые, легкие дочкины волосы. Только не было теперь худенького, доверчивого тельца и милого, молочного детского запаха. Как-то незаметно повзрослела его дочка.

— Замуж тебе скоро, Наташка, — сказал усмешливо. — Ты уж дождись, пока я вернусь…

Наташа покраснела до слез, выскользнула из отцовских рук и выскочила из хаты. На огороде, скрытая от всех глаз зеленой чащобой кукурузы и подсолнухов, долго сидела, уткнув подбородок в острые мальчишьи коленки. Думала об отце, о себе…

Наташину сдержанность Петр Сергеевич напрасно счел за духовную черствость. Понимала она, что на войне убивают, на то и война. И мысль о том, что она, может быть, видит дорогого ей человека в последний раз, остро пронзила душу. Но не могла она, не считала себя вправе дать волю слезам — словно бы заранее оплакивать Петра Сергеевича. Ну, мать — дело другое: женщина она малограмотная, и слезы у ней всегда по-бабьи близки. А Наташа кончила десятилетку и недаром же комсомолка — она обязана быть опорой, моральной поддержкой для отца. Зачем же расстраивать его, показывать, как она за него боится?..

Ей казалось, будь она на фронте рядом с Петром Сергеевичем, с ним ничего не случится. Она охранит его одним своим присутствием, а если надо, перевяжет раны, накормит, обстирает, да мало ли как еще может помочь. О том, что не отца, а ее саму могут убить, Наташа не думала. Мысль о собственной смерти была настолько противоестественной и нелепой, что разум отвергал ее с ходу, не вникая в суть. Само собой подразумевалось, что она останется жива и невредима. Другие могут погибнуть, но не Наташа! Потому что не может того быть, чтобы вдруг перестали существовать, превратились в ничто вот эти загорелые теплые руки, эти сильные стройные ноги и все ее молодое, жадно вбирающее радости жизни тело.

Там, на огороде, в подсолнухах, Наташа и решила подать заявление в райвоенкомат, попроситься в одну с отцом воинскую часть. На следующий день встала пораньше, завернула в чистый платок документы — школьный аттестат, осовиахимовское удостоверение, комсомольский билет — и пешком отправилась в райцентр Каменку.

Улица возле военкомата была забита машинами я подводами, кругом полно народу — и у заборов сидят на земле, и бродят между телег с потерянными лицами, в одном месте устало, с длинными всхлипами, плакали, рядом разухабисто заливалась гармошка. Почти все женщины были с заплаканными лицами, многие мужчины подвыпивши. Наташа вдруг оробела; не испугалась, не отступила от своего намерения, но уж больно необычной, угнетающей была обстановка. В кино на войну шли вдохновенно, с песнями, а тут со слезами.

В самом здании военкомата не протолкнуться: в коридоре стоят и сидят на полу впритык друг к другу, из кабинета в кабинет, покрикивая на мобилизованных, носятся работники военкомата в новенькой, с иголочки, форме и с выражением подчеркнутой озабоченности. Из-за фанерной перегородки зычным голосом выкликали:

— Сидорчук!

— Я! — вскочил один из мобилизованных, торопливо оправил помятый пиджак и скрылся за перегородкой.

— Пономаренко!..

Наташа дождалась, когда вызовы прекратились, и заглянула в дверь. Увидела столы, заваленные пыльными папками и уставленные продолговатыми ящичками, из которых, как на читательском абонементе в библиотеке, топорщились карточки из толстой бумаги. За столами сидели строгие военные дяденьки в ременных портупеях, придававших им бравый вид. Наташа не разбиралась в знаках различия и выбрала самого-старшего по возрасту: он выглядел солиднее остальных. Стараясь из-за деликатности ступать неслышно, подошла к столу. И застыла в ожидании, когда военный обратит на нее внимание. Но тот словно не замечал посетительницы и продолжал копаться в бумагах. Хотя Наташа могла поспорить, что он отлично видит ее, стоявшую перед его носом. Прошла минута в неловком, томительном ожидании, ладони у девушки взмокли от волнения, из памяти выскочили те приличествующие случаю, заранее продуманные слова, которые она готовилась произнести.

— Я хочу пойти на фронт доброволкой, — громко и, пожалуй, излишне резко сказала Наташа. — Кому подать заявление?

Солидный военный оторвался от бумаг, взглянул на Наташу, и брови у него поползли вверх. И все, кто был в комнате, посмотрели на Наташу. А она стояла, вконец смущенная собственной резкостью и всеобщим вниманием и понимая, что смущена, смущалась еще больше.

— Коль девки в армию просятся, — весело сказал кто-то, — Гитлеру непременно и в самом скором времени каюк!

— Ты, коханая, к минометчикам иди, лафетчицей будешь, — посоветовал другой.

Грохнул мужской смачный хохот.

— Я санитаркой могу, — сказала Наташа, не понимая, отчего они смеются. — В школе мы занимались в санитарном кружке.

— В каком классе ты учишься? — спросил солидный военный.

— Десятый закончила.

— А не врешь?

Наташа возмутилась:

— Честное комсомольское! Я аттестат могу показать… — И поспешно принялась развертывать документы.

— Ладно, — остановил ее военный. — Ты видела, какое столпотворение в коридоре?

— Ага.

— «Ага» у бабки под печкой сидит. А у нас говорят: так точно. Мужиков сперва под ружье надо поставить, армию отмобилизовать. Понимаешь? Ну, а ваше, женское дело — последнее.

— Но ведь санитарки на фронте нужны? — не теряла надежды Наташа.

— Нужны, — согласился военный. — Медперсонал частично мобилизовали. А насчет вас, из школьных кружков, указания не поступало.

— А когда поступит?

— Ну, милая, — развел руками военный, — кто ж тебе ответит на это? Может, через месяц, а может, через год.

— К тому времени война закончится, — ужаснулась Наташа.

Снова мужчины засмеялись, на этот раз не так дружно и не очень весело. Они глядели на девушку, и на их лицах плавало грустное раздумье. Благожелательный к себе интерес и ласку читала Наташа в их глазах. Ее расспросили откуда и чья она. На прощанье посоветовали:

— Держи связь с райкомом комсомола. Если будем брать девушек на санитарок или связисток, то по рекомендации райкома ЛКСМУ. А вообще-то, сероглазая, сидела бы ты дома!.. Знаешь поговорку: не лезь в пекло поперед батька? То-то и оно!

К доброму совету Наташа осталась глуха. А в райком комсомола зашла в тот же день. Однако там тоже ничего не могли сказать, ждали указаний свыше. Так рухнул Наташин план попасть на фронт вместе с отцом. Оставалось одно — листать надоевшие школьные учебники, готовиться в институт. Верно, была еще надежда, что объявят набор на курсы военных связисток или санитарок, но ведь там так долго учиться, что война к тому времени закончится.

«Говорят еще о равноправии с мужчинами! — думала Наташа со всей непосредственностью и пылом юности. — Какое ж это равноправие, если, — она передразнила солидного дяденьку из райвоенкомата, — женское дело — последнее?!»

Наташа лишь тогда очнулась от своих дум, когда локти и бедра заныли от лежания на голом полу. Гибко, по-кошачьи, вскочив на ноги, она поставила зеркальце на место, попыталась разгладить ладошкой помятое платье и, недовольная собой, с учебником под мышкой пошла искать место поудобней и, главное, попрохладней. Эта жара, будь она неладна, раскиселила мозги. Если и дальше такими темпами повторять школьную программу, то и к Новому году едва ли закончишь… Нет, это никуда не годится, дальше так нельзя!

Наташа задумала залезть в погреб: более прохладного места и не сыскать. Конечно, темновато там, но можно устроиться поближе к открытому творилу…

В кухне ее перехватила мать, послала за водой. С пустыми звенящими ведрами Наташа спрыгнула с порожка прямо в ослепительное солнечное пекло. Утрамбованная земля возле входной двери была горячей, словно сковородка. Наташа ожгла босые ступни, от неожиданности ойкнула и замельтешила загорелыми икрами по тропке к колодцу.


Из конца в конец Большой Знаменки не меньше десяти километров. Когда-то — сейчас никто из местных жителей уже не помнит когда — пришли в эти плодородные места первые поселенцы. Они построили свои мазанки по-над днепровскими плавнями. Мало-помалу поселение разрасталось, и всем хотелось жить поближе к плавням. Поэтому и строились в одну линию. Получилась длинная-предлинная улица.

Затем село стало расти в ширину. Появились Верхняя и Нижняя улицы. На бугре косо протянулась Сахарная, а на отшибе, у днепровского залива, — Лиманная. Главную, десятикилометровую улицу именовали Красной.

До революции огромное село разделялось на три церковных прихода — Ильинский, Знаменский и Алексеевский. Церкви закрыли, но деление на Ильинку, Знаменку и Алексеевку осталось и административно-закрепилось.

Совсем недавно на Мамай-горе, что возвышается верблюжьим горбом над западной стороной села, пять семей поставили свои хаты. Хуторок так и назвали — Пятихатки.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Хмара"

Книги похожие на "Хмара" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Сергей Фетисов

Сергей Фетисов - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Сергей Фетисов - Хмара"

Отзывы читателей о книге "Хмара", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.