Павел Гуревич - Мир философии

• Название: Мир философии
• Автор: Павел Гуревич
• Жанр: Философия

В книгу включены отдельные работы и извлечения из трудов философов разных эпох, включая и современность. Предназначена в помощь изучающим курс философии.

---

В предлагаемой читателю второй части антологии философских текстов представлены следующие мыслители разных эпох:

Античная философия

1. Аристотель (384 - 322 до н. э.)

2. Вергилий (70 - 19 до н. э.)

3. Геродот (между 490 - 480 - ок. 425 до н. э.)

4. Лукреций Кар (ок. 99-55 до н. э.)

5. Платон (428/427 - 348/347 до н. э.)

6. Фукидид (ок. 460 - 400 до н. э.)

7. Цицерон (106 - 43 до н. э.)

Средневековая философия

1. Николай Кузанский (1401 - 1464)

2. Фома Аквинский (1225/26 - 1274)

Философия эпохи Возрождения

Дж. Бруно (1548 - 1600)

М. Монтень (1533 - 1592)

Эразм Роттердамский (1469 - 1536)

Философия эпохи научной революции (XVII в.)

Ф. Бэкон (1561 - 1626)

Т. Гоббс (1588-1679)

Г. Лейбниц (1646 - 1716)

Б. Паскаль (1623 - 1662)

Б. Спиноза (1632 - 1677)

Философия эпохи Просвещения и немецкий классический идеализм (XVIII нач. XIX в.)

И. Бентам (1748 - 1832)

Вольтер (1694 - 1778)

Г. В. Ф. Гегель (1770 - 1831)

К. А. Гельвеции (1715 - 1771)

И. В. Гёте (1749 - 1832)

В. Гумбольдт (1767 - 1835)

И. Кант (1724 - 1804)

Ж. А. Кондорсе (1743 - 1794)

Ж. Мелье (1664 - 1729)

Ш. Монтескье (1689 - 1755)

Морелли (1717 - 1778)

Ж. Ж. Руссо (1712 - 1778)

И. Г. Фихте (1762 - 1814)

Ф. В. Шеллинг (1775 - 1854)

Ф. Шлегель (1772 - 1829)

Д. Юм (1711 - 1776)

Западная и русская философия XIX в.

М. А. Антонович (1835 - 1918)

А. И. Герцен (1812 - 1870)

Дж. У. Джемс (1842 - 1910)

О. Конт (1798 - 1857)

П. Л. Лавров (1823 - 1900)

Ф. Ницше (1844 - 1900)

Н. П. Огарев (1813 - 1877)

Р. Оуэн (1771 - 1858)

Д. И. Писарев (1840-1868)

Г. В. Плеханов (1856 - 1918)

К. А. Сен-Симон (1760 - 1825)

B. С. Соловьев (1853 - 1900)

Л. Н. Толстой (1828 - 1910)

C. Н. Трубецкой (1862 - 1905)

Н. Ф. Федоров (1828 - 1903)

Л. Фейербах (1804 - 1872)

Ш. Фурье (1772 - 1837)

А. Шопенгауэр (1788 - 1860)

Философия XX в.

М. М. Бахтин (1895 - 1975)

Г. Башляр (1884 - 1962)

Н. А. Бердяев (1874 - 1948)

С. Н. Булгаков (1871 - 1944)

М. Вебер (1864-1920)

В. И. Вернадский (1863 - 1945)

X. Г. Гадамер (р. 1900)

А. Гелен (1904 - 1976)

Э. А. Жильсон (1884 - 1978)

А. Камю (1913 - 1960)

Э Кассирер (1874 - 1945)

К. Леви-Строс (р. 1908)

Ж. Маритен (1882 - 1973)

X. Ортега-и-Гасет (1883 - 1955)

А. Печчеи (1908 - 1984)

Б. Рассел (1872 - 1970)

Ж. П. Сартр (1905 - 1980)

П. Тейяр де Шарден (1881-1955)

С. Л. Франк (1877 - 1950)

3. Фрейд (1856 - 1939)

Э. Фромм (1900 - 1980)

М. Хайдеггер (1889 - 1976)

К. Э. Циолковский (1857 1935)

А. Швейцер (1875 - 1965)

М. Шелер (1874 - 1928)

Л. Шестов (1866 - 1938)

О. Шпенглер (1880 - 1936)

Г. Г. Шлет (1879 - 1940)

М. Элиаде (1907-1986)

К. Ясперс (1883 - 1969)

Раздел пятый

ЧЕЛОВЕК И ЕГО МЕСТО В МИРЕ

1. СУЩНОСТЬ И НАЗНАЧЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

АРИСТОТЕЛЬ

Что человек есть существо общественное в большей степени, нежели пчелы и всякого рода стадные животные, ясно из следующего: природа, согласно нашему утверждению, ничего не делает напрасно; между тем один только человек из всех живых существ одарен речью. Голос выражает печаль и радость, поэтому он свойствен и остальным живым существам (поскольку их природные свойства развиты до такой степени, чтобы ощущать радость и печаль и передавать эти ощущения друг другу). Но речь способна выражать и то, что полезно и что вредно, равно как и то, что справедливо и что несправедливо... Это свойство людей отличает их от остальных живых существ: только человек способен к восприятию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедливость и т.п.

Аристотель. Полигика // Сочинения.: В. 4 т. М., 1984. Т. 4. С. 379

Одним счастьем кажется добродетель, другим - рассудительность, третьим - известная мудрость, а иным - все это [вместе] или что-нибудь одно в соединении c удовольствием или не без участия удовольствия; есть, [наконец], и такие, что включают [в понятие счастья] и внешнее благосостояние (eyeteria). Одни из этих воззрений широко распространены и идут из древности, другие же разделяются немногими, однако знаменитыми людьми. Разумно, конечно, полагать, что ни в том, ни в другом случае не заблуждаются всецело, а, напротив, хотя бы в каком-то одном отношении или даже в основном бывают правы.

Наше определение... согласно c [мнением] тех, кто определяет счастье как добродетель или как какую-то определенную добродетель, потому что добродетели как раз присуща деятельность сообразно добродетели. И может быть, немаловажно следующее различение: понимать ли под высшим благом обладание добродетелью или применение ее, склад души (hexis) или деятельность. Ибо может быть так, что имеющийся склад [души] не исполняет никакого благого дела - скажем, когда человек спит или как-то иначе бездействует, - а при деятельности это невозможно, ибо она c необходимостью предполагает действие, причем успешное. Подобно тому как на олимпийских состязаниях венки получают не самые красивые и сильные, а те, кто участвует в состязании (ибо победители бывают из их числа), так в жизни прекрасного и благого достигают те, кто совершает правильные поступки. И даже сама по себе жизнь доставляет им удовольствие. Удовольствие ведь испытывают в душе, а между тем каждому то в удовольствие, любителем чего он называется. Скажем, любителю коней - конь, любителю зрелищ - зрелища, и точно так же правосудное - любящему правое, а любящему добродетель - вообще все, что сообразно добродетели. Поэтому у большинства удовольствия борются друг c другом, ведь это такие удовольствия, которые существуют не по природе. То же, что доставляет удовольствие любящим прекрасное (philokaloi), доставляет удовольствие по природе, а таковы поступки, сообразные добродетели, следовательно, они доставляют удовольствие и подобным людям, и сами по себе. Жизнь этих людей, конечно, ничуть не нуждается в удовольствии, словно в каком-то приукрашивании, но содержит удовольствие в самой себе. К сказанному надо добавить: не является добродетельным тот, кто не радуется прекрасным поступкам, ибо и правосудным никто не назвал бы человека, который не радуется правому, а щедрым - того, кто не радуется щедрым поступкам, подобным образом - и в других случаях. А если так, то поступки сообразные добродетели (kaf areten) будут доставлять удовольствие сами по себе. Более того, они в то же время добры (agathai) и прекрасны, причем и то и другое в высшей степени, если только правильно судит о них добропорядочный человек, а он судит так, как мы уже сказали.

Счастье, таким образом, - это высшее и самое прекрасное [благо], доставляющее величайшее удовольствие, причем все это нераздельно, вопреки известной делосской надписи:

Право прекрасней всего, а здоровье - лучшая участь,

Что сердцу мило добыть - вот удовольствие нам [1].

1 Надпись на пропилеях святилища Лето на Делосе.

Аристотель. Никомахова этика // Сочинения.: В 4 т. М., 1984. Т. 4. C. 66 - 67

НИКОЛАЙ КУЗАНСКИЙ

Человека в общем порядке представь через единство света - человеческую природу - и инаковость телесной тьмы...

Оставаясь человечески конкретным, единство человечности явно свертывает в себе сообразно природе своей определенности все в мире. Сила ее единства все охватывает, все замыкает в пределах своей области, и ничто в мире не избегает ее потенции. Догадываясь, что чувством, или рассудком, или интеллектом достигается все, и замечая, что она свертывает эти силы в собственном единстве, она предполагает в себе способность человеческим образом прийти ко всему. В самом деле, человек есть бог, только не абсолютно, раз он человек; он - человеческий бог (humanus deus). Человек есть также мир, но не конкретно все вещи, раз он человек; он - микрокосм, или человеческий мир. Область человечности охватывает, таким образом, своей человеческой потенцией бога и весь мир. Человек может быть человеческим богом; а в качестве бога он по-человечески может быть человеческим ангелом, человеческим зверем, человеческим львом, или медведем, или чем угодно другим: внутри человеческой потенции есть по-своему все.

В человечности человеческим образом, как во Вселенной универсальным образом, развернуто все, раз она есть человеческий мир. В ней же человеческим образом и свернуто все, раз она есть человеческий бог. Человечность есть человечески определенным образом единство, оно же и бесконечность [2], и если свойство единства - развертывать из себя сущее, поскольку единство есть бытие, свертывающее в своей простоте все сущее, то человек обладает силой развертывать из себя все в круге своей области, все производить из потенции своего центра. Но единству свойственно еще и ставить конечной целью своих развертываний самого себя, раз оно есть бесконечность; соответственно у творческой деятельности человека нет другой конечной цели, кроме человека. Он не выходит за свои пределы, когда творит, но, развертывая свою силу, достигает самого себя; и он не производит чего-то нового, но обнаруживает, что все творимое им при развертывании заранее уже было в нем самом, ведь человеческим образом, как мы оказали, в нем существует целый мир. Как сила человека человеческим образом способна прийти ко всему, так все в мире приходит к нему, и стремление этой чудесной силы охватить весь мир есть не что иное, как свертывание в ней человеческим образом вселенского целого.