» » » » Максим Кононенко - Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка

Максим Кононенко - Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка

Здесь можно скачать бесплатно "Максим Кононенко - Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Научная Фантастика. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Рейтинг:

Название:
Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка
Издательство:
неизвестно
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка"

Описание и краткое содержание "Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка" читать бесплатно онлайн.








Кононенко Максим

Буква 'Ю' как 'последняя вспышка русского национального сознания', или Что хотел сказать Веничка

Максим Кононенко

Буква "Ю" как "последняя вспышка русского национального сознания"

или Что хотел сказать Веничка

"Принеси запястья, ожерелья,

Шелк и бархат, жемчуг и алмазы

Я хочу одеться королевой,

Потому что мой король вернулся!"

В. Ер. "Москва - Петушки"

В первый раз я прочитал "Москва-Петушки" в 1988 году. Трудно описать те чувства, которые посетили меня после прочтения поэмы. Полный восторг? Наверное. А какие еще чувства могли возникнуть у восемнадцатилетнего человека в период всенародного употребления портвейна? Потом были еще прочтения - и каждый раз разные ощущения. То ощущение полного понимания всего написанного, то ощущение абсолютной бесполезности жизни, то ощущение какой-то неправдоподобной эрудированности автора, то ощущение его невероятного таланта смешить. Но всегда было принятие некоей мистики происходящего в поэме, казалось, что именно так все и должно быть.

Так случилось, что мне пришлось родиться на родине Венички, в Хибинах. Тот дом, где семья Ерофеевых жила до войны не сохранился [А говорят, что там не бомбили. Бомбили, и еще как. Одно из самых ярких воспоминаний моего детства - находка в диких притундровых лесах возле Апатитов сбитого английского самолета.], но я прекрасно знаю место, где он стоял. И я вполне могу предположить, что у человека, который провел свое детство в такой глуши появилось неискоренимое желание жить по-другому. Более того, мне кажется, что Хибины - это особая среда, в которой вырастают особые люди, поэтому я возьму на себя наглость иначе, нежели принято, взглянуть на личность Венички и на его "Великую Поэму".

Вообще-то существует два основных мнения о поэме.

Первое: "Москва-Петушки" - это великое произведение. Польский профессор Стравинский в предисловии к лондонскому изданию "Петушков" (на польском языке) сказал: "Книга свидетельствует о том, что это - последняя вспышка русского национального сознания перед тем, как окончательно погаснуть". Справедливости ради надо сказать, что Ерофеев отнюдь не гордился таким мнением. Или, например, радиоголос Тель-Авива говорил такую вещь сразу после того, как поэма попала на запад: "Кто бы ни скрывался под этим вычурным псевдонимом "Венедикт Ерофеев", ясно одно: писатель еврей". Что еще сказать? Да после этого - ничего.

Второе мнение: "Москва-Петушки" - безобразная апология алкоголя, глупость, недостойная не то что прочтения, но даже и упоминания. Я думаю, что к столь радикальному неприятию можно отнести и то мнение, что "М.-П." - это "Лишенная "политического нерва" исповедь российского алкоголика". Там же мы можем прочесть про "Редкостно высокий уровень авторской, художественной искренности и правдивости". Все это, очевидно, совсем не так.

В чем же дело? Что дает повод безусловно уважаемому Михаилу Эпштейну рассуждать о мифологичности самого персонажа Венички, о странной силе притяжения его "бессмертной" поэмы? Эпштейн сравнивает Ерофеева с Василием Блаженным [Сергей Чупринин, предисловие к первому русскому изданию "Петушков" в журнале "Трезвость и Культура" - 12 за 1988 год], считает, что главное в поэме - отсутствие какой бы то ни было энергии, антиэнтропия, неприемлемость подвига в любом его проявлении. Владимир Муравьев выводит целую теорию "противоиронии" в своем шутливом предисловии к самостоятельному изданию "М.-П." Ну ладно - Эпштейн, у него профессия такая, но Муравьев, ближайший друг Вени - зачем он пытается найти в поэме то, чего там, по-моему разумению, нет?

Давайте построим свою теорию.

Веня Ерофеев - младший ребенок в бедной семье работника железной дороги. Надо понимать, что такое была станция Апатиты (или станция Имандра, или станция Хибины) в конце тридцатых, чтобы представить себе всю возможную бедность этой семьи. Там и сейчас-то от грусти помереть можно, не то что шестьдесят лет назад. Отца посадили, мать работать в силу разных причин не могла и жила на деньги, которые выделялись детям. Не в силах так обременять детей, она оставляет их и уезжает. И в этих условиях Веня решает поступать в МГУ. Странно? Да, странно. С самого детства он отличался невероятной памятью, граничащей с феноменом. Сестра его Нина Фролова рассказывала, что он знал наизусть отрывной календарь, что висел на стене у них в доме - все 365 дней. Еще до школы знал. Его родные развлекали гостей: "Веня, а когда будет восход солнца 16 марта?", "Веня, а что написано на обратной стороне листика за 28 августа?" Процент ошибок в его ответах был равен нулю. Никто в семье не знал, когда Веня научился читать. Просто он стал читать и все. И с самого детства в нем проснулась почти неограниченная страсть к независимости. Он, например, не хотел в школе приняться в октябрята. Вы можете себе представить, что отказываетесь приняться в октябрята? А он отказался. Когда учительница удивленно спросила его, почему он не хочет, когда все хотят - он сказал, что не желает быть как все. Так и не был ни октябренком, ни пионером, ни комсомольцем. Это в сороковые-то годы и при сидящем отце! Может, в связи с уникальной памятью, может, еще почему в нем открылась страсть к чисто энциклопедическому накоплению знаний. Ольга Седакова*рассказывала, что он вел дневник грибника - где, когда и сколько грибов он собрал. Он знал день появления первых медуниц и первых желтых листьев, даты прилетов и отлетов птиц. Друзья, зная его такую страсть в шутку подарили ему школьный дневник наблюдений за природой - и Веня старательно его заполнял каждый день, отмечал температуры и состояния солнца, время восхода и заката. А как вы отнесетесь к его знанию нормальных температур диких и домашних животных?

Чего он хочет? Достичь? Не думаю. Просто ему интересно. Представьте себе: шестидесятые, свобода, Вознесенские с Евтушенками - все так просто, только о руку протяни и бери. При его-то уме и знаниях! Но он не стал брать. Почему? Алкоголизм? Или просто понимал, что никому его эта эрудиция не нужна? А нужны Евтушенки с Вознесенскими. Да и что это за сюжет - едет пьяница в электричке? Но ведь написал же он "Петушки"! И поэма стала мифической, стала своеобразным эпосом эпохи, да и сам Веничка - для многих персонаж более мифический, нежели реальный.

Конечно, не вышло бы поэмы, а тем более и мифа, если бы не Веничкин алкоголизм. Правда, тогда это трудно было назвать алкоголизмом - спирт либо слабо действовал на его могучий организм, либо не действовал вообще. Но пить хотелось. Сейчас принято писать, что Ерофеева исключили из университета за непосещение воинских занятий, но Муравьев, свидетельствам которого, очевидно, стоит доверять более других, ясно сказал, что выгнали-то его за полное разгильдяйство и нежелание чего бы то ни было "сдавать". Веня был, как говорится "вундеркинд", первую сессию сдал просто на одном дыхании, а на второй его то ли скука обуяла, то ли еще что преподаватели из последних сил выкручивались, чтобы оставить его в университете, но он не хотел. Он хотел пить и принимать поклонения многочисленных девушек, которые всегда его окружали - а как было не окружать лучшего студента, умницу, а кроме того высокого, стройного, сильного и красивого мужчину? Способность Ерофеева пить и не пьянеть была действительно удивительна - сколько раз он устраивал дуэли с самыми знаменитыми выпивохами, до которых доходили слухи о его питейном таланте, причем все эти выпивохи в конце концов валялись под столами, а Веня, чистый, как стекло, снисходительно принимал восторги окружавших его дев. В него влюблялись все поголовно, несмотря на то, что он был неспособен говорить какие бы то ни было нежные слова.

Наверно, когда-то тогда и родилась эта компания - Сорокин*, Любчикова , Седакова, Авдиев*. Ну и, конечно, Тихонов*- "ученик" Вени в восприятии жизни. Даже, наверное, не тогда, а во время учебы Вени во Владимире, в педагогическом. Но все равно, время это было приблизительно одно и то же, плюс минус два-три года. Сколько Вене было тогда? 23 года? 25? Это предмет более серьезного, нежели наше, исследования. Быть может даже диссертации.

Что это была за компания? Да на самом деле, теперь таких компаний сколько угодно. Среди них модным было своеобразное шутовство, насмешливое отношение не только ко всему восточно-европейскому социалистическому быту, но и к самим себе, что безусловно делает им честь. Компания держалась на двух китах - культуроэкспериментировании и алкоголе. Пили они много, даже очень много, но особенно выделялись в этом умении Веня и его жена Валентина З.* Со временем то один, то другой член этой компании откалывался, бросал алкогольные упражнения и начинал спокойную взрослую жизнь. Теперь это называется "остепениться". Делал такие попытки и сам Веня, но об этом - потом, поскольку здесь кроется, на мой взгляд, самый главный ключ к пониманию поэмы.

Они безумствовали. "Москва - Петушки" вся соткана из их безумств. Но это не были модные нынче перформансы и акции, это были камерные, личные выступления, за пределы компании не вылезавшие. Они давали оперу: Борис Сорокин пел Ильича, Авдиев пел Горького, Дзержинского, Сталина и партию съезда коммунистической партии(!). Они играли в "фанечку", или в "капланчики" - все делились на плохих и хороших. Плохими были: Брежнев, Гомулка, Вера Засулич, Максимилиан Робеспьер, бодливая коза тещи, сама теща, контролер, Жан-Поль Сартр, Ильич. Хорошая всегда была одна: маленькая девочка из бедной еврейской семьи Фаня Каплан. Судя по тому, что здесь фигурируют члены Вениной семьи я имею смелость предположить, что все эти безумства исходили из него. Ерофеевские поступки того времени вообще часто не поддаются объяснению. Седакова рассказывала*, что однажды зимой он остался у них ночевать. Веня лег последним, а ночью все проснулись от страшного холода. Разрешилось просто - Веня не потрудился закрыть дверь на балкон. Когда Седакова спросила его, почему он это сделал, Веня сказал, что он думал - у них так принято, проветривать помещение ночью. Что это издевательство или невиданная скромность? Вряд ли издевательство, поскольку сам Веня лежал прямо около этой самой раскрытой балконной двери. Скромность? Но сколько раз Веня приходил в гости, брал у хозяев последние деньги и отправлялся за вином. Несчастные хозяева напрасно дожидались гонца - он пропивал все деньги один. Он одновременно читал запоем огромное количество книг - а с другой мог прервать какую-нибудь захватывающую дискуссию и сказать: "Это все ерунда, а вот у меня есть идея..." Идея была всегда одна - пойти в магазин.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка"

Книги похожие на "Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Максим Кононенко

Максим Кононенко - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Максим Кононенко - Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка"

Отзывы читателей о книге "Буква Ю как последняя вспышка русского национального сознания, или Что хотел сказать Веничка", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.