Виктория Холт - Дочь регента

• Название: Дочь регента
• Автор: Виктория Холт
• Издательство: Сантакс-Пресс
• Жанр: Исторические любовные романы
• Год: 1995
• ISBN: 5-87455-060-7

Трагическая судьба юной английской принцессы Шарлотты — дочери принца-регента Георга Уэльского и немецкой принцессы Каролины Брауншвейгской, — мечтавшей стать королевой Англии, но по существу отвергнутой и отцом и матерью, не может не взволновать. После долгих страданий Шарлотта, казалось бы, обретает счастье в любви к немецкому принцу, красавцу Леопольду Саксен-Кобургскому, прибывшему в Лондон в свите русского царя Александра, но она не успевает насладиться этой любовью. Рок, витавший над принцессой с самого рождения, настигает ее в момент наивысшего счастья...

---

Шарлотта, в общем-то, была довольна. Она обожала дядю Фреда, а его жена, особа весьма эксцентричная, всегда ее интересовала.

Жизнь в Отлендсе была, конечно, очень странной, и скучать Шарлотте не приходилось; до определенной степени она разделяла любовь герцогини к животным, но лишь до определенной степени, ибо герцогиня относилась к ним просто фанатично. И все же немного побыть в Отлендсе — это удовольствие, решила девочка.

Весельчак дядя Фред привез Шарлотту к себе и оставил с женой, а сам отправился к своей новой любовнице. Впрочем, тетю Фредерику это нисколько не расстраивало.

— Каждый из нас живет своей жизнью, — сказала она Шарлотте, обращаясь с ней как со взрослой, чем привела принцессу в восторг. — Мудрые люди со временем обычно приходят к такому решению.

Герцогиня оказалась хорошей не только на словах, но и на Деле, поскольку она и Шарлотте разрешила делать все, что ей вздумается. Отлендс больше напоминал зоопарк, а не королевский дворец, и Фредерику волновало только одно — чтобы животные были довольны. Проснувшись утром, Шарлотта не раз обнаруживала, что на пологе ее кровати раскачивается обезьянка. Собак была просто тьма, ибо Шарлотта собирала бродячих псов со всей округи. Еще здесь обитали кролики, зайцы и птички; увидев, что какое-нибудь животное не в состоянии само о себе позаботиться, Фредерика непременно привозила его в Отлендс, выхаживала и либо выпускала на волю, либо оставляла у себя. Она никого не прогоняла: кошки, собаки, обезьянки, кролики и белки жили кто в парке, а кто во дворце — кому где больше нравилось.

А поскольку животные полюбили Шарлотту, а она — их, Фредерика была от принцессы в восторге.

Шарлотта отдыхала здесь душой — вдали от вечно раздраженной бабушки, которая все время делала ей замечания, вдали от людей, разрушивших ее дружбу с миссис Фитцгерберт. Шарлотта понимала, что и отец не будет наведываться в Отлендс: он недолюбливал невестку, а запах животных оскорблял его утонченный нюх. Так что опасаться каких-то неожиданностей было нечего. В Отлендсе можно было вести спокойную жизнь: немного позаниматься с кротким доктором Ноттом, а потом гулять с собаками, кататься верхом на лошадях и беседовать с герцогиней.

Выяснилось, что беседы с герцогиней нравятся Шарлотте не меньше, чем игра с животными. Девочке хотелось найти какую-то замену миссис Фитцгерберт, и хотя тетя Фредерика была довольно странной личностью и о том, чтобы она вступилась за Шарлотту перед принцем Уэльским, не могло быть и речи, тетя все же относилась к девочке с сочувствием и, похоже, понимала, что ей хочется немного пожить спокойной, простой жизнью.

Отлендс сам по себе был весьма интересным местом. Дворец находился на берегу Темзы; Генрих VIII построил его для всяких увеселений. Потом там жила королева Елизавета. Шарлотту это приводило в восторг... правда, к сожалению, подлинное жилище королевы Елизаветы не сохранилось: то здание сгорело больше десяти лет назад. Герцогиня рассказала девочке про пожар.

— Герцог, твой дядя, сражался тогда во Фландрии. Меня разбудили слуги. Я почувствовала запах дыма... а потом услышала, как потрескивает огонь. Удивительно, как мы все не сгорели заживо во сне!

Шарлотта слушала ее и представляла себе пылающую сторожку у ворот и объятые огнем башни замка. Она видела изображения Отлендса эпохи королевы Елизаветы. Там было два квадратных двора, по углам большого находились башенки с бойницами; еще там были великолепные эркеры... королева Елизавета устроила специальную площадку, где стреляла из арбалета. Как жаль, что все это спалил пожар и дяде Фреду пришлось построить на месте старого замка новый дворец!

— Увы, — вздохнула Шарлотта, — он уже не тот, что прежде.

— Большую часть зверюшек мне удалось спасти, — сказала герцогиня. — Как они перепугались, милые!

Шарлотта улыбнулась и подумала о том, что в ту ужасную ночь герцогиня прежде всего волновалась не за свои драгоценности и даже не за слуг, а за собачек, кошечек и обезьянок.

Герцогиню окружали очень приятные люди, и Шарлотта быстро с ними подружилась. Тетя Фредерика вела однообразную жизнь, и это было очень даже удобно, поскольку Шарлотта всегда знала, где можно застать тетю в тот или иной час. Большую часть дня герцогиня проводила со своими зверюшками, однако она также любила шить, поэтому в хорошую погоду садилась с шитьем во дворе и, не отрываясь от работы, отдавала приказания слугам. Герцогиня принимала живейшее участие в судьбе местных бедняков; заботы о них, шитье и уход за животными — вот что служило наполнением ее жизни.

Герцогиня сказала Шарлотте, что одна из главных обязанностей человека — это заботиться о бедных. Конечно, и молиться о них тоже важно и надо это делать, однако подчас гораздо больше проку бывает от какой-то практической помощи, поэтому Шарлотте следует раздавать часть своих денег беднякам и стараться всегда облегчать участь страждущих.

По приказу герцогини в окрестностях дворца были построены домики, где она поселила людей, которые заботились о рождавшихся щенятах — а им не было числа.

Шарлотта любила сидеть с ней рядом и расспрашивать тетю Фредерику о ее жизни: девочка обожала слушать рассказы о судьбах принцесс. По ее убеждению, на свете не было ничего ужасней их участи, ведь тебя не только заставляют покинуть родной дом и выйти замуж за незнакомца, но и отсылают в чужую, неведомую страну!

— Мне повезло, — заметила однажды Шарлотта. — Я всегда буду жить в Англии, потому что мне суждено стать королевой. А раз мне суждено стать королевой, то я смогу сама выбрать себе мужа.

— Да, это действительно счастье, — согласилась Фредерика. Она говорила с немецким акцентом, и Шарлотте было бы трудно ее понимать, если бы она с раннего детства не привыкла к произношению своей матери. Да и бабушка говорила с небольшим немецким акцентом.

— Ах, я прекрасно помню тот день, когда мне сказали, что я выйду замуж за герцога Йоркского.

— Вы были разочарованы, что это не принц Уэльский, да?

— Я была дочерью прусского монарха и, естественно, мечтала выйти замуж за короля или за принца, который когда-нибудь станет королем.

— Дядя Фред очень хороший.

Фредерика погрустнела. Шарлотту это не удивило. Дядя Фред был не очень-то примерным супругом... хотя обращался с Фредерикой намного лучше, чем отец Шарлотты — с ее матерью.

Шарлотта внимательно вгляделась в лицо тетки. Красотой та не блистала. Слишком уж она малорослая... правда, глаза у нее голубые, а волосы светлые, как и положено немецкой принцессе, однако кожа изрыта оспой, да и зубы гнилые.

Фредерика быстро-быстро заговорила по-французски, и Шарлотте пришлось напряженно вслушиваться, чтобы ее понять. Впрочем, это оказалось не труднее, чем понимать ужасный английский тети Фредерики. Она рассказывала девочке о том, как вышла замуж за герцога и поехала с ним в Англию.

— Это было в тысяча семьсот девяносто первом году, а ты же помнишь, что творилось в то время во Франции. Ах, как жестоко обошелся французский народ с королем и королевой! Толпа порой бывает ужасной силой.

Шарлотта кивнула, вспомнив, как люди окружили ее карету и принялись кричать:

— Нет папизму!

А потом из-за них ей запретили дружить с миссис Фитцгерберт!

— Люди столпились возле нашей кареты, и я испугалась, что нас сейчас убьют, — продолжала герцогиня. — Однако герцог не растерялся. Он обратился к толпе и сказал, что в наших жилах действительно течет королевская кровь, но мы не французы. Такое мужество обезоружило толпу, и нас пропустили. И все-таки мне еще долго казалось, что мой конец близок. Герцог сам сел на козлы — он хотел показать черни, что у него нет королевских замашек.

— А что вы подумали об Англии, когда приехали сюда? Герцогиня улыбнулась.

— Действительность всегда оказывается другой, не такой, как ты себе ее представляешь. Прием у короля... Разве это можно забыть?! Мне сделали высокую прическу... закололи волосы вот здесь и украсили их крепом и перьями, так что голова стала очень увесистой. Я была в серебристо-белом платье с атласными рукавами, на которых сверкали бриллианты. О, оно было таким тяжелым, я умирала от жары! Я вся была серебристо-белой, и на корсаже тоже сияли бриллианты. Я боялась упасть в обморок — так мне было жарко.

— Бедная тетя Фредерика! Но вам ведь понравилось в Англии, правда?

— Здесь холоднее, чем в Пруссии. Однако здесь сразу начались неприятности.

— Вы встретили моего отца.

— О да...

— И...

Однако герцогине не хотелось рассказывать об этой встрече. Она отказалась воздать Марии Фитцгерберт почести, полагающиеся принцессе Уэльской, и принц оскорбился. Она же была тогда очень несчастна из-за измен мужа; он ненавидел ее зверюшек, она ненавидела его любовниц. Вскоре стало ясно, что она не сможет дать ему наследников, ради которых он, собственно говоря, и женился. О нет, в первые годы жизни в Англии она не была счастлива.