Сьюзен Льюис - Месть

• Название: Месть
• Автор: Сьюзен Льюис
• Издательство: АСТ
• Жанр: Остросюжетные любовные романы
• Год: 1996
• ISBN: 5-88196-903-0

Владелица газетной империи Диллис Фишер, используя все доступные ей возможности, начинает травлю талантливого телережиссера Кирстен Мередит. А все потому, что именно этой молодой и красивой женщине завещал свое состояние недавно ушедшей из жизни муж Диллис. Очень скоро ловкая интриганка добивается того, что на Кирстен падает подозрение в убийстве…

---

— Ты постоянно твердишь это, — заметил Лоренс. — Давай вернемся к нашему разговору.

— Неужели ты снова попался на крючок к Куколке Кирсти?

Лоренс остолбенел от удивления.

— С чего такой неожиданный поворот?

— Просто подумала, а вдруг мне покажет это мой кокос? Не хочется, чтобы меня ждали какие-нибудь ужасные потрясения.

— Я смог бы предсказать тебе кое-что пострашнее, — засмеялся он. — Не суй нос в мои личные дела и давай…

— А-а, так ты этого не отрицаешь?

— Прошу тебя, не лезь в чужие дела.

Руби внимательно посмотрела на него своими водянистыми глазами.

— Она по-настоящему въелась тебе в печенки, Лоренс, — сказала она серьезно.

— Ничего подобного, но вообще мне не нравится этот разговор, так что давай сменим тему.

— Ах, какой обидчивый мальчик, — вздохнула Руби. — А она знает о нас с тобой?

— Никто не знает. Ты сама этого хотела, не правда ли?

— Этого хотел ты.

— Пусть так, но мы договорились, что об этом никто не узнает.

— Твой друг Дэрмот Кемпбел в курсе дела.

— Потому что я ему рассказал.

Руби посмотрела на него, и в глазах ее появилась нежность. Мгновение спустя Лоренс ответил ей таким же нежным взглядом, и они рассмеялись.

— Иногда я думаю, что мне делать с тобой, Руби? — сказал он. — А теперь вернемся к сценарию и подумаем, как поступить с языческими ритуалами.

Когда она начала подробно излагать теологические и магические основы язычества, рассказывать о его происхождении и о духах и божествах, Лоренс скорчил гримасу. Он слушал ее вполуха, потому что думал о Кирстен. Он не жалел ни о том, что произошло, ни о том, что Джейн с Томом так неожиданно вернулись, ни о том, что Руби захотелось поужинать с ним. Конечно, Кирстен должна была быть сейчас вместе с ними, но у нее возникли свои планы. Он подумал, правда ли, что она спит с Джейком, но это показалось ему маловероятным. Впрочем, в таком случае он мог бы не мучиться от угрызений совести. Они тогда совсем обезумели, но Лоренс признался себе, что был бы не прочь повторить, хотя и считал это неразумным. Он, возможно, сумел бы совладать с собой, но вот Кирстен едва ли. Теперь он не сомневался, что ей хочется поговорить о том, как быть дальше. У него упало сердце. Будь у него малейший шанс избежать этого, он бы его использовал, ибо это очень усложнило ситуацию. Отношения между ними были и так весьма непростыми, но теперь ему стало совершенно ясно — ни за что нельзя снова сближаться с Кирстен. Однажды он зашел с ней слишком далеко, но четыре с половиной года брака отрезвили его и теперь Лоренс хотел одного: оставить все, как есть, и наслаждаться свободой.

Руби находилась в крошечной неопрятной комнатушке в каком-то доме на окраине Нового Орлеана. Эта комната служила языческим храмом-оум'фор. Она сидела за шатким деревянным столом возле столба, раскрашенного во все цвета радуги. Столб поддерживал рифленую крышу, на столе лежала большая бумажная салфетка. Стул, на котором сидела Руби, был очень неудобным, а метод предсказания судьбы с помощью проклятого кокосового ореха — крайне нелепым.

По другую сторону стола восседала прорицательница этого храма, похожая на парижскую уличную девку, каковой она, очевидно, и была. Ее белокурые волосы, свисавшие прядями, освещало мерцающее пламя свечи, чувственные губы были полуоткрыты — она сосредоточила внимание на кокосовом молоке, которое растекалось по листу бумаги, и на молочно-белой мякоти ореха. Руби сама расколола этот орех: так она отождествляла этот дурацкий орех со своей личностью.

Встреча с прорицательницей была назначена неделю назад, но та попросила Руби отложить визит. Руби не спрашивала о причине, поскольку к этому времени почти утратила интерес к этой затее, но утром, когда члены съемочной группы собирались ехать в аэропорт, за ней зашел какой-то мальчик. До рейса оставалось время, и Руби пошла с ним.

Последняя неделя оказалась весьма продуктивной, хотя Руби так и не удалось попасть на какое-нибудь полуночное ритуальное сборище ведьм и колдунов, и все упорно убеждали ее, что таких сборищ уже не бывает. Однако она выудила у полицейских несколько историй о жертвах самозваных колдунов, об уличных фокусниках и профессиональных игроках, промышляющих в барах. Этого было достаточно, чтобы у Куколки Кирсти волосы встали дыбом от страха. Собранный материал открывал большие возможности, и хотя Руби сама не верила и половине этих историй, милашка Кирсти перепугалась бы насмерть. Руби улыбнулась своим мыслям. Ей нравилась Кирстен, отчасти она ею даже восхищалась. Кирсти было непросто работать, чувствуя неприязнь и надменность многих членов съемочной группы, имевших за плечами опыт работы с полнометражными фильмами, но она, судя по всему, вполне успешно с этим справлялась. И все же, как понимала Руби, с неприятностями им еще придется столкнуться, но если Кирстен удастся отстоять свои принципы, у них может получиться великолепный фильм. Ей нравилась Кирстен еще и потому, что та ни на кого не давила, пользуясь своим положением, а работала не покладая рук, стараясь заслужить всеобщее уважение. Очень умный ход с ее стороны, думала Руби. Да, эта Куколка Кирсти неглупа, и пока она держится подальше от Лоренса, они могут ладить.

Руби прикрыла рот, чтобы подавить зевок. Эта девица-прорицательница слишком долго возилась с этим занюханным кокосом, пытаясь выудить из него информацию, Руби это начало утомлять. Она немного проголодалась, но решила, что узнать собственную судьбу важнее, чем поесть. Она обвела взглядом стены, запоминая страшные маски с пристальным взглядом красных глаз, высовывающимися языками и волчьими клыками.

Тошнотворно сладкий аромат фимиама витал в воздухе. Руби слышала монотонные, гипнотизирующие звуки свирели, видела тотемные столбы, мистические картины и жуткую коллекцию заговоренных кукол. В углу находились старые железные врата с ухмыляющимися черепами, насаженными на пики решетки. На алтаре горели несколько свечей и стояли статуэтки святых и богов, а между ними висели связки чеснока и мешочки с хмелем. Руби не отличалась религиозностью, но от вида раскрытой Библии, лежавшей на чем-то вроде рамы для сушки белья, ей стало не по себе. Не понравился ей и питон, лениво ползавший в стеклянном резервуаре.

Руби снова зевнула.

— Ах, извините, дорогая, — произнесла она, когда прорицательница вскинула на нее глаза. — Здесь жарковато, не так ли?

Девица взглянула на нее холодными прозрачными глазами. Когда Руби пришла сюда, девица выглядела совсем иначе и казалась довольной жизнью… Черт возьми, что за историю она вычитала в этом проклятом кокосе?

— У вас много неприятностей, — сказала прорицательница, грассируя.

— Расскажите подробнее, — попросила Руби.

— Чанго, бог войны, говорит мне о вас. Вы ведете трудную битву, он это понимает, но не одобряет того, что вы делаете.

— Неужели? — удивилась Руби. — Может, скажете старому Чанго, что если… — Увидев, что девица подняла руку, она замолчала.

— Обманывать нехорошо, — заметила девица. — Вы обманываете — и вас обманут…

Руби не возразила. Утверждение показалось ей слишком банальным — чтобы постичь эту истину, необязательно прибегать к услугам бога колдунов, потрясающего копьем. Она и сама это знала. Конечно, в свое время она обманула многих, но кто не делает этого?

— Обман принесет вам много горя, размолвку… Он причинит боль человеку, которого вы любите. — Девица подняла голову. — Эрзули, наша богиня любви, говорит, что вы ищете утешения для своего сердца. Я вижу младенца, — сказала она. — Легба, наш верховный бог, показывает мне младенца.

Одутловатые щеки Руби слегка побледнели.

— Та-ак, и что же это за младенец?

— Вы держите его на руках.

— Не вижу никакого младенца.

— Он у вас на руках, Легба показывает мне его. Он — в ваших воспоминаниях. Вы их лелеете, но вам следует освободиться от них. Легба говорит, что вы должны выбросить их из головы.

— Но у меня нет младенца, — сказала Руби.

Прорицательница взглянула на нее отсутствующим взглядом, и Руби поняла, что она не слышит ее.

— Вас окружают слова и люди, — вещала девица. — В вас сильно развито творческое начало. Вы обладаете большим талантом. Он повредит тем, кто связан с вами. Вот еще один младенец. Он неподвижен. С этим младенцем я вижу ребенка. Я вижу другие воспоминания… Они сосредоточены в альбоме.

Руби подумала об альбоме с фотографиями: в них была запечатлена вся радость ее молодости. Она промолчала.

— Вы хотите стать матерью, но этого не может быть. Вы одержимы этим желанием, и вас окружают женщины, одержимые таким же желанием. Вы все делали ошибки и совершали поступки, о которых потом глубоко сожалели, но этот ребенок — он для всех вас… Я вижу ребенка и младенца…