Алексей Дуров - Мерцающая мгла

• Название: Мерцающая мгла
• Автор: Алексей Дуров
• Жанр: Научная Фантастика

Аннотация:

Началось все с рассказа о параллельном мире, написанного в 1995. У рассказа был открытый финал, некоторым читателям захотелось продолжения. Я и написал.

---

Устройство подводной части корабля далеко не примитивное, просчитанное.

Подобрался к самому корпусу. Поверхность — гладкая, не поймешь, из чего сделана. Вроде бы не металл, судя по стуку, хотя под водой звуки искажены.

Само наличие турбин говорит о высоких технологиях. А у телре даже посуды приличной не было, даже одежда выглядит домотканой. Впрочем, не все такое примитивное — есть ружья, хотя и непонятно, несколько сложной системы. Нож и фляга — аккуратные, как будто фабричной работы. И зажигалка была, и хорошо отполированная линза. Так что, есть у телре промышленность или, по крайней мере, развитое ремесло, просто сейчас Михаил находится на периферии цивилизации. На Планете Земля в разных глухоманях можно увидеть картинку: пашет крестьянин деревянной сохой, при этом болтает по мобильному телефону.

Однако турбины — это гораздо серьезнее, чем кажется на первый взгляд, это не только промышленность, но и наука. И маловероятно, что телре смогли развить свою промышленность до уровня производства турбин. Кто будет этим заниматься, если все телре по профессии воины? Рабы турбины проектируют? Даже если рабы смогут работать на станках, ни ученых, ни инженеров из них не выйдет, образования не хватит.

Очень хотелось посмотреть надводную часть корабля. Не просто любопытство заедало, казалось важным вынырнуть. И одновременно — не хотелось, присутствовала опаска, слишком запуганными и обозленными изобразила островитян Рянц.

И ведь какое-то одно из этих двух побуждений навеивается чутьем, а другое является нелепым случайным противодействием чутью.

Поплавал под кораблем еще, стараясь разобраться, какое из побуждений правильное. Корабль узкий и длинный, видимо — быстрый. Маловероятно, что рыбалкой здесь островитяне заняты, небольшие быстрые корабли идеально подходят для темных дел. Для разведки. А разведчики идут впереди остальных сил, может быть, островитяне воспользовались своим преимуществом в технологии, настроили линкоров и вот, готовят десант. Стирание телре с лица мира Ду.

Или, может, корабль обеспечивает диверсию. А может это разведка не перед вторжением, а, так сказать, оборонная, с целью выяснить, чего нового телре замышляют против островитян.

Очень хотелось выяснить, что тут корабль делает. Подозрительно сильно хотелось — чутье? Но и выныривать тоже страшновато. Если островитяне настолько не доверяют чужакам, как рассказывала Рянц… Тут Михаил запоздало поймал хранительницу лаза на нелогичности: по ее словам, рабы, сбежавшие от телре, направляются к островам. И если островитяне принимают беглецов, значит, не такие уж они недоверчивые. Конечно, от спецслужб приходится ожидать любой подлости, но если островитяне действительно противостоят телре, их местное КГБ должно сосредоточиться на борьбе с реальным врагом, а не объявлять честных людей шпионами только чтобы оправдать свое существование. Беглый раб для такой спецслужбы в первую очередь — источник информации. Конечно, любой из этих беглых может оказаться шпионом, даже диверсантом, на первый взгляд кажется логичным выяснить у него все по максимуму, а потом — ликвидировать, как потенциальную угрозу. Но только кажется: умная спецслужба предпочтет беглого отпустить, поселить где-нибудь в сторонке от объектов возможных диверсий, и присматривать за ним. Если отпущенный все-таки будет агентом врага, то его переход к активным действиям — сбор разведданных или подготовку к диверсии — заметят. И даже после этого не станут сразу убивать или арестовывать, а усилят слежку. Хотя бы получить информацию о методах вражеской спецслужбы — уже немало, а можно еще дезинформацию врагу подсунуть, можно вообще шпиона на свою сторону переманить.

Кроме того, какой уважающий себя телре согласится изображать раба, пусть даже беглого? А ведь в море лезть придется, что для телре тоже немыслимо. Разве что готовить шпионов и диверсантов из настоящих рабов, но это крайне ненадежно. Шпион-диверсант — существо независимое, а у рабов не та психология. Можно найти парочку рабов с той психологией, но едва такой, с позволения сказать, раб окажется далеко от телре и близко к островитянам — немедленно переметнется.

В общем, у островитян нет особых причин не доверять беглым рабам. Вот если на каком-либо острове неизвестно откуда появляется чужак, тогда действительно можно заподозрить в нем «длинную руку телре». А точнее — диверсанта, засланного колодцы травить или дороги минировать. Этого чужака просто необходимо обезвредить, пока не выполнил задание. Выстрелом в спину, телре ведь очень хорошие воины, один стоит сотни островитян, как Рянц говорила, брать чужака живым — зря рисковать людьми.

Эти рассуждения казались очень логичными, а контраргументы — неубедительными. Чутье, все-таки, советует всплывать? Однако впечатление от рассказа Рянц про запуганно-обозленных островитян тоже не желало притупляться.

Перенапрягать чутье моделированием разных ситуаций не хотелось, да и непонятно, что представлять по поводу экипажа корабля. Ведь даже неизвестно, сколько на корабле людей.

Михаил принял решение вынырнуть потихоньку, осмотреться, а там видно будет — непосредственная опасность при таком поведении явно не грозила.

Выплюнул зачем-то висюльку яасена и осторожно всплыл к поверхности.

Однако, едва Михаил высунулся из воды, не успел проморгаться — раздался крик. Нечто вроде: «Тага-а!!!». Интонация крика была не испуганной, не командной, а вроде как просто сигнал.

Кто-то из героев О. Генри, помнится, уразумел приказание убираться на классическом китайском языке, потому что оно сопровождалось наставленным мушкетом. Вот и Михаил умудрился понять, что кричали: «Человек за бортом!!!» — вот, что означает «тага-а».

Чувство опасности молчало, как жираф, потому Михаил не стал сразу нырять. Решил, что нырнуть еще успеет.

Глянул вверх, над планширом уже показался с десяток весьма заинтересованных лиц, а перед Михаилом плюхнулся в воду спасательный круг на веревке. С корабля доброжелательно закричали, вероятно, инструктировали, как пользоваться кругом. Один вообще полез через планшир, хотел прыгнуть в воду, чтобы помочь человеку за бортом. Но Михаил уже вдел себя в круг, который оказался мягким, гнулся.

Плавным рывком выдернули из воды, подхватили, поставили на палубу. Загомонили, радостно улыбаясь, на лицах — доброжелательное любопытство. Никаких следов запуганности с обозленностью, Рянц явно что-то напутала.

Кто-то подал сухою одежду и полотенце. И что теперь, на глазах у всех переодеваться? Придется, а то еще обидятся, что не ценит гостеприимство. Предрассудки насчет голого тела есть далеко не у каждого народа, у этих, наверное, отсутствуют, так что стыдиться нет смысла.

Моряки наперебой что-то спрашивали, и Михаил ответил: «Не понимаю», — на языке телре. Вспомнил таки эту фразу. Все моряки сразу понимающе кивнули, и двое из них сами заговорили на языке телре. Пришлось повторить, что не понимает. У моряков завязалась дискуссия на пониженных тонах. Действительно, что это такое они из моря выудили — ни языка островитян не понимает, ни языка их врагов.

Михаил тем временем переодевался в сухой комбинезон и осматривался.

Вокруг столпились девять человек — восемь мужчин и одна женщина средних лет. Большинство похожи на полинезийцев, но есть один белокурый и сероглазый, и есть другой, с внешностью араба. Почему-то бросилось в глаза, что моряки босые. Все «полинезийцы» одеты в комбинезоны, но разного цвета и покроя, у женщины лоб повязан белой ленточкой с изображением глаза над переносицей. Белокурый моряк — в шортах и майке со смешным карманом на животе. А вот «араб» вырядился пиратом: зеленые шаровары, ярко-синяя свободная рубаха, широченный красный кушак, за который заткнут большой кривой нож в ножнах, на голове — пестрая бандана. Есть даже шкиперская бородка и кольцо в ухе. Вот только «пиратское» впечатление портили очки в тонкой оправе на носу. Не просто портили — отметали. Очки — неравноценная замена черной повязке на глазу, очень неравноценная.

Разная одежда и внешность моряков должны что-то значить. Скорее всего — команда корабля состоит из представителей разных народов. «Полинезийцы» относятся к одному народу, «араб» — к другому, белокурый — к третьему. Стало быть, расизм у островитян не приветствуется. Это хорошо.

Моряки, хоть и собрались рядом, проявляли любопытство не только к Михаилу, поглядывали на утесы и на воду. Предпочитают не терять бдительности, а может — чего-то ждут, знака какого-то.

Ну а корабль выглядел… обыкновенно. Обтекаемые надстройки с круглыми окнами-иллюминаторами, гладкая палуба, какие-то загадочные механизмы, некоторые из них похожи на пушки или крупнокалиберные пулеметы. Мачта подозрительно высокая, и внизу — свернутый парус. Вернее, не свернутый, а как бы собранный в гармошку. Ну что ж, если корабль достаточно легкий, то можно и парус поставить. У парусников тоже есть преимущества — экономичность, бесшумность. А двигателем можно пользоваться в штиль, или в шторм, или чтобы уйти от погони.