Пётр Волкодав - Булава скифского царя

• Название: Булава скифского царя
• Автор: Пётр Волкодав
• Жанр: Фэнтези

---

— И вот что: пусть приберутся в клетке у себя, а потом накорми. Кто тронет их — останется без головы, — договорить ему не дал всадник. Он остановил коня, поклонился и, торопясь, доложил: — Прибыли послы Атоная, скоро они будут в твоём лагере. Каковы будут приказы.

— Наконец-то — Лизимах потёр щеку и, задумавшись ответил: — Моих полководцев пригласить ко мне в шатёр, немедленно. Остальные действия, по моему плану…

Греки с любопытством провожали послов. Два конных скифа следовали за проводниками. К уздам их лошадей привязали верёвки и вели по послов лагерю. На груди старшего посланника Атоная красовались округлая золотая бляшка, представляющая свернувшуюся в кольцо змею. У другого — лось с семью ветвистыми рогами. Лиц скифов, как не было интересно солдатам, увидеть не удалось. На головы послов надеты мешки плотной тёмной ткани. Там, где лицо — кусок воловьей шкуры. Этой своеобразной процессии освободили проход. Греки показывали пальцами и смеялись с незадачливых гостей. Стуки топоров и редкая ругань не прекращалась. Когда послы приблизились к катапульте, один из солдат произнёс тихо, но так, что это услышал один из послов, с бляшкой "лося". Грек сказал соседу. — Ну и уроды. Правильно о них говорят — варвары и дикари — сосед согласился и ответил так же тихо. — Да, Петр — варвары. Жаль что у нас всего 26 тысяч. Переговоры затеяли с этими скотами. Наш Лиси… — договорить ему не дал, стоящий рядом офицер. Он злобно выругался и переменил тему. — Пошевелись, нужно ещё опробовать механизм. — Послы проследовали мимо. Офицер кивнул солдату. У раба — фракийца, стоящего на коленях со связанными руками, вырвали из рта кляп. Фракиец шумно выдохнул и застонал. Солдат ударил его палкой. Вскрикнуть больше ему не дали, офицер, стоящий позади, взмахнул мечом и вонзил. Тело приподняли и швырнули наземь. Офицер Лисимаха посмотрел вслед послам. — Наёмник заболтался и получил своё… Так будет всем, кто сболтнёт лишнее, понятно — сказал он негромко, но достаточно, чтобы услышали послы. Солдаты ухмыльнулись, но промолчали. Последний из скифов, с "лосём", вздрогнул и, это не укрылось от офицера. Он облегчённо выдохнул, сдерживая себя, и вытер испарину. — Всё по плану. Уберите тело. — Двое рабов, испуганных и одновременно счастливых тем, что сами остались живы, взяли за ноги и поволокли тело несчастного к реке. Солдат вопросительно посмотрел на офицера. Когда послы отъехали, командир удовлетворённый исполненным долгом, ответил солдату. — Второй посол услышал, а говорили мы ведь очень тихо.

— Мой командир, и я заметил это. Этот раб всё равно бы сдох. Какой от него прок. И много таких несчастных будет по пути следования. — Офицер пожал плечами. — Это не моё и не твоё дело. Не суйся, куда не следует. Я давно на войне и знаю — хитрость нужна до сражения. Во время битвы она не имеет значения. Лисимах — умный полководец и вряд ли будет делать лишнее. Иногда к его советам прислушивался сам Александр. — Продолжать офицер не стал. Он поправил доспехи на груди и скомандовал. — Сотников ко мне. Объявить построение моего батальона. Наша очередь дежурить в передовом дозорном отряде.

— Можно спросить, мой командир? — Офицер обернулся к говорящему.

— А тебе, что надо? — рявкнул он. Солдат слегка поёжился, но спросил: — А почему услышал только один посол, а тот — другой не шевельнулся?

— Хороший вопрос солдат. Ты разве не заметил, что главный посол стар, а у стариков слух не такой уж острый. Неужели и это нужно объяснять.

— Да, я знаю об этом мой командир, но мой старый дед почему-то слышит лучше меня, но очень редко признаётся в этом. — Офицер с интересом поглядел в сторону воина. — Молодец парень! Коня! Коня мне и побыстрее! — Он разволновался. В голове звенели последние слова воина. Офицер мигом вскочил в седло и быстро поскакал на опережение к главному шатру…

Четыре полководца наместника недоумевали. Аристарх, старший по званию и возрасту в греческой армии сжал губы и процедил. — Возможно, что офицер прав. Что ты предлагаешь Лисимах? Я ценю твой ум и воинское искусство, но из слов офицера следует, что мы переусердствовали.

— Именно это. В случае отрицательного ответа Атоная, на обратном пути следования послов нужно дезориентировать их. Чем больше информации получат они, тем лучше для нас. — Пожилой македонец утвердительно кивнул. — Я согласен. Нам пора выслушать послов Лисимах. Где они?

— Их возят по лагерю, чтобы запутать их мысли. Скоро они будут здесь. — В подтверждение слов, в просторный шатёр вошёл офицер охраны. Лисимах сделал приглашающее движение кистью руки, сел в удобное кресло и принял важный и строгий вид.

Послам сняли наголовники. Варвары — бородачи несколько прищурились и осмотрелись в просторном шатре. Старший из них, старик лет пятидесяти пяти, сделал шаг и застыл в поклоне. Молодой, с "оленем" повторил движение старика. Лисимах выждал необходимую в таких случаях паузу и ледяным тоном спросил. — Как здоровье царя всех скифов — Атоная? — последнее далось с трудом. Стоящий рядом, спартанец поморщился. Ему захотелось разом закончить эту комедию, однако он сдержался. Старший посол поднял голову и ответил. — Великий Лисимах. — при этих словах наместник насупился. Похвала была некстати. Ничем великим он пока не прославился. Посол продолжил. — Царь всех скифов хорошем здоровья и желает тебе великий Лисимах того же. — наместник уже догадался, об сути ответа, но виду не подал. Спартанец понимающе поглядел в его сторону и прервал посла. — Говори раб. Каков ответ? — Посол снова поклонился и передал Лисимаху изящный в незамысловатых рисунках животных мешочек из тончайшей кожи, расшитый серебряными и золотыми нитями. Лисимах несколько растерялся, но виду не подал. Солдат охраны принял мешочек и передал в руки наместнику. — Развяжи и подай, что там — приказал он воину. Солдат с некоторой опаской развязал узел и заглянул внутрь. На его лице заиграла малозаметная улыбка. Непроницаемые полководцы Лисимаха напряглись. Солдат достал из мешочка чашу и подал Лисимаху. Тот пока ничего не понимал, как и его генералы. Обыкновенная чаша, изящной работы, с серебряной подставкой в виде четырёх змей. По верхнему ободу, также отделана серебром. Он внимательно осмотрел её и побледнел от догадки. Спартанец схватился за меч, но Лисимах остановил военачальника. С некоторой брезгливостью он поставил чашу на стол и грозно посмотрел на послов. Те не выдержали взгляда и опустились на колени.

— Это — ответ Атоная?! Что это значит? — разъярился Лисимах.

— Это ответ — подтвердил напуганный старший посол и произнёс дрожащим голосом. — Мы ведь послы, не гневайся на нас, наместник.

— Хорошо, я не трону вас. Моих послов Атонай не тронул, а всячески оказал мне уважение. Дар я принимаю, а теперь — ответ на словах. Но сначала я, — наместник геллеспонта, хочу знать — что это за чаша. Ведь она не нова.

— Ты прав. — Посол закивал в ответ, не поднимая головы.

— Так что же это!? Говори? — не выдержал Лисимах…

Старик, не поднимая головы, ответил. — Мой царь — Атонай сказал, что эта чаша была раньше, — Лисимах затаил дыхание, как его полководцы и охрана и внезапно вспылил.

— Из чьей головы изготовлена чаша, говори старик или клянусь Зевсом!!..

Старик рухнул на колени, одновременно со вторым послом не поднимая головы, проронил.

— Мы — послы. Что приказано то и принесли… Это, это было раньше головой великого Зопириона.

Лисимаху показалось — его сейчас хватит удар. Он едва остановил меч, занесённый над головой посла.

— Убей их обоих! — закричал спартанский полководец. Вслед и не сдержались другие. — Убить их! - но Лисимах был непреклонен, хотя лицо налилось кровью и перекосилось от злобы, ведь Зопириона он знал очень хорошо… Послы замерли, в ожидании неизбежности скорой смерти. Лисимах наконец овладел собой и приказал:

— Поднимитесь рабы, я оставлю вам жизнь, но не по доброте своей. Передайте Атонаю, что я сотру в порошок всю его армию и сотру с лица земли вашу вонючую страну! Атонай оскорбил не меня, а всех греков… Ещё, передай, — пленных я брать, не намерен, и что голова Атоная украсит колонны моего дома. А теперь — вон!…

гл 7.

Круг:

Колесницы Атоная.

Лагерь царя всех скифов раскинулся в низине, у притока Тиры — небольшой речушки Альтиры, где поблизости, в многочисленных балках — красные глины пригодные искусству гончаров.

Верховые передового дозора обрадовались появлению давно ожидаемых гостей; поклонились и

поприветствовали царя Ассея:

— Ассее, — царь Меотиды пусть Табити пошлёт здоровье твоему сыну… Атонай ожидает тебя!

Царь севера Меотиды приостановился рядом со старшим дозора и покосился на повязку на ноге.

— Цела?

— Цела, царе Ассее, — обрадовался сторожевой, оказанному вниманию, — две луны не мог ходить.