Виктор Степаков - Русские диверсанты против «кукушек»

• Название: Русские диверсанты против «кукушек»
• Автор: Виктор Степаков
• Издательство: ООО «Издательство «Яуза»
• Жанр: История
• Год: 2004
• ISBN: 5-87849-160-5

В этой книге на основе ранее недоступных документов описывается история противостояния специальных диверсионных подразделений СССР и Финляндии в годы «зимней» и Великой Отечественной войны. Рейды советских командос вглубь финской территории, подрыв мостов и складов с оружием, похищения важных финских «шишек». Ответные карательные рейды финских спецназовцев на русскую землю. Это неизвестная страница войны, бушевавшей в карельских лесах и заполярной тундре.

В книге впервые публикуются уникальные фотографии из архивов России, Финляндии, личных коллекций.

---

При беседе с Мякшиным выяснить, согласен ли он на выполнение наших заданий в тылу противника.

Если Мякшин для выполнения наших заданий в тылу противника подойдет как боец партизанского отряда, содержите его в Вельской тюрьме до нашего распоряжения. По выяснению указанных выше вопросов в отношении Мякшина просим сообщить нам об этом срочно.

Зам. Начальника 4 отдела УНКВД АО Ст. лейтенант госбезопасности Руднев Начальник 2 отделения 4 отдела УНКВД АО Мл. лейтенант госбезопасности Гагарин»[282].

Просьбу отправить на передовую И. Н. Мякшин вручил тюремному начальству 2 ноября 1941 года. Однако судьбе было все-таки угодно, чтобы ему не дали досидеть в Вельске, а отправили в Севдвинлаг через неделю после заявления. На бланке письма начальнику Вельского РО НКВД есть надпись: «Отправлен в Севдвинлаг 11 ноября 1941 г.» и еще одна: «Запрошен 2-й отдел этаперов»[283]. Если «этаперы» подтвердили, что Мякшина отправили именно в Севдвинлаг, то это значит, что в лагере с ним работали оперативники совместно с руководством районного отдела НКВД по проверке на пригодность к партизанскому отряду или в диверсанты.

Вот еще один социально близкий заключенный — А. П. Игнатюк, который отбывает свой срок в Ягринлаге, что на острове Ягры в черте нынешнего города Северодвинска. Он отсиживает 3-летний срок, полученный по приговору народного суда, с августа 1941 года. Статья УК РСФСР, по которой его посадили, не очень солидная: осужден за склонение к сожительству женщин-заключенных в бытность свою вольнонаемным начальником участка в лагерях.

Отбывая срок, Игнатюк подает заявление с просьбой отправить его на фронт[284]. Заявление оперативная часть пересылает в НКВД, где решают использовать «зэка» Игнатюка на диверсионной и партизанской стезе. 4-й отдел Архангельского управления запрашивает материалы суда.

«Приговор

6 августа 1941 года судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в г. Архангельске в составе председательствующего Соколова, народных заседателей…, с участием прокурора Шульги и защитника Любарского рассмотрела в открытом судебном заседании дело по обвинению Игнатюка Александра Петровича.

Обвиняется по ст. 154 УК РСФСР

Материалами дела, предварительным и судебным следствием установлено, что Игнатюк Александр Петрович работал начальником участка с марта месяца 1939 по февраль 1941 года на трех участках 14, 5, и 18, пользовавшись зависимостью по службе заключенных женщин, систематически последних принуждал к половому сожительству, приглашал к себе на квартиру, в кабинет. В сентябре месяце 1939 года Игнатюк в лагере… заключенную Владимирову использовал, как женщину и ряд других заключенных, как (далее идут пять фамилий. — Авт.), которых понуждал вступить в половую связь, но, не добившись цели, снова законвоировывал и отправлял на другую подкомандировку.

Допрошенный обвиняемый Игнатюк виновным себя не признал, но пояснил, что заключенных женщин к половому сожительству не склонял, а обнимал и целовал и использовал последних по их согласию.

Судебная коллегия считает, что действия Игнатюка попадают под признаки статьи 154 УК, так как Игнатюк, будучи начальником участка, использовал заключенных женщин, материально и по службе зависимых, поэтому, руководствуясь 309 и 320 статьями УПК судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Игнатюка Александра Петровича по статье 154 УК РСФСР к трем годам лишения свободы, без поражения в правах в последующем. Зачесть предварительное заключение. Срок отбытия заключения считается с 22 мая 1941 года. Мера пресечения на кассационный срок остается содержание под стражей.

Приговор может быть обжалован в судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда в течение 72 часов с момента вручения копии приговора осужденному»[285].

Также как и Мякшина, А. П. Игнатюка опрашивает лагерный чекист и сообщает в областное управление НКВД, что Игнатюк к партизанской жизни готов. Естественно, что делает он этот вывод, основываясь не только на личном впечатлении, а также и на основании донесений лагерных осведомителей, которые «щупали» кандидата в диверсанты на верность Родине и делу партии во время общения в производственной и жилой зонах лагеря. Работа осведомителя была подтверждена следующим агентурным донесением:

«Агентурное донесение

Сов. Секретно.

4 отдел управления НКВД

Осведомитель Пантелеев.

Об осужденном Александре Петровиче Игнатюке (служил в Кр. Армии, все время работал на руководящей партийной работе), работал начальником участка Ягринлага, осужденном в августе 1941 года по ст. 154 УК к трем годам лишения свободы. Показал себя исключительно с положительной стороны. Со дня прибытия работает комендантом сплавучастка, к работе относится добросовестно, к решению хозяйственных вопросов подходит продуманно, энергично, не имеет никаких замечаний по работе. Принимает активное участие в работе КВЧ»[286].

Осужденные по «пятьдесят восьмой» также подавали заявления, причем неоднократно, но в документах НКВД подробных запросов о них нет, из чего можно сделать вывод, что не жаловали «контрреволюционеров» в диверсионных кругах.

Вот, например, заключенный А. Я. Тощенко, осужденный по ст. 58 УК РСФСР, пишет заявление начальнику УНКВД по Архангельской области майору госбезопасности Малькову с просьбой отправить его на фронт. В заявлении указывает, что он кадровый чекист, что боролся с контрреволюцией в разных должностях, вплоть до заместителя начальника УНКВД по Мурманской области. В заключение бывший полковник писал, что физически здоров и надеется искупить свою вину на фронте.

Заявление Тощенко рассматривалось долго. Возможно, местные органы НКВД согласовывали свои действия с Москвой. В результате кадровый чекист Тощенко так и не дождался ответа. В архивном деле, в ответе на запрос в Няндомский лагерь, стоит пометка «Умер 13 января 1942 года»[287]. Так что не пришлось опытному контрразведчику идти в тыл врага, где бы, конечно, он со своим опытом принес большую пользу «и смыл бы кровью свою вину перед партией и Родиной».

Наивно было бы думать, что такой важный аспект войны, формирование партизанских и диверсионных групп из числа гулаговских заключенных — строилось только на добровольной основе, по заявлению самих заключенных и их велению души. Кадровый отбор НКВД вело в основной массе собственными силами, с использованием лагерных оперативных частей, районных отделов и отделений НКВД, на чьей территории располагались лагеря и лагерные пункты.

4-й отдел Архангельского управления НКВД направил во все лагеря бумаги с приказом отобрать кандидатов в диверсанты, а в некоторые лагеря для отбора выехали работники диверсионного отдела. На руках они имели совершенно секретные предписания следующего содержания:

«Предлагаю вам выехать в Ягринский ИТЛ УНKBД. Отобрать совместно с нач. оперотдела лагеря 15–20 человек из числа заключенных осужденных за незначительные бытовые и воинские преступления для зачисления в партизанский отряд»[288].

Одновременно уполномоченные 4-х отделов НКВД выезжали в районы для отбора кандидатов из числа эвакуированных граждан и заключенных на роль проводников для партизанских и диверсионных целей.

«Предписание

Предлагаю вам выехать в Онежский ИТЛ УНКВД и подобрать из числа указанных начальником оперативного отдела заключенных проводника для партизанского отряда. Подбираемая вами кандидатура должна хорошо знать ряд районов Карело-Финской АССР, говорить на карельском или финском языке, иметь положительные отзывы администрации, быть агентурно проверенным оперативным отделом лагеря.

Предписание

Оперуполномоченному 1 отделения 4 отдела УНКВД АО тов…

Копия: начальнику Плесецкого РО НКВД АО лейтенанту госбезопасности тов….

Предлагаем вам выехать в Плесецкий район и вместе с начальником РО подобрать из числа эвакуированных из Карело-финской АССР проводников для партизанских отрядов»[289].

Вполне возможно, что большинство кандидатов для работы в тылу, выбранных в лагерях, чекисты немедленно вербовали в агенты и осведомители на патриотической основе, испытывали их оперативные способности на «освещении» лагерной жизни. Это была обычная практика. Агенты и осведомители органов госбезопасности и милиции составляли значительную часть будущих кадров партизанских отрядов и диверсионных групп, направляемых в Карелию в тылы финской армии.

«Начальнику (неразборчиво. — Авт.) УНКВД АО лейтенанту госбезопасности тов. Менлихеру.

Начальнику КРО УНКВД АО капитану госбезопасности тов. Шихмину.