Феликс Юрлов - История Индии. XX век.

• Название: История Индии. XX век.
• Автор: Феликс Юрлов
• Издательство: Институт востоковедения РАН
• Жанр: История
• Год: 2010
• ISBN: 978-5-89292-434-7

Книга представляет собой исследование политической истории Индии в XX – начале XXI в. В ней рассматриваются вопросы национально-освободительной борьбы против британской власти в Индии, раздел страны на Индийский Союз и Пакистан, становление независимой Индии, проблемы ее внутренней и внешней политики. Работа основана на широкой документальной базе, научных результатах прошлых и новейших исследований. Она может быть интересной для широкого круга читателей, в том числе преподавателей гуманитарных дисциплин, аспирантов и студентов. Авторы книги – известные востоковеды, специалисты по истории и социально-политическим проблемам Индии. Им принадлежат многие научные публикации, в том числе крупные монографии.

---

Несмотря на конституционную отмену неприкасаемости и на законодательство, запрещавшее дискриминацию в общественных местах, и деятельность организаций, борющихся против неприкасаемости, эта проблема не получала своего решения. Время от времени поднимался вопрос о допуске далитов в некоторые древние индусские храмы. Знаковым событием во второй половине 1980-х годов стали попытки таких организаций, как «Хариджан севак сангх» и «Арья самадж», добиться для далитов права посещать древний индусский храм в г. Натхдвара (штат Раджастхан). В дело вмешались центральное правительство и Высокий суд штата, а для охраны далитов и соблюдения порядка было привлечено 2500 полицейских. Однако двухтысячная толпа из высококастовых индусов заблокировала храм. Около 25 далитов, вошедших в него, были избиты нанятыми для этой цели боевиками[952].

В конце 1980-х годов антидалитские настроения в стране заметно усилились. Это, в частности, нашло свое выражение в том, что в здании Высокого суда в Гуджарате была установлена статуя Ману – легендарного «автора» религиозных законов, освятивших бесправное положение неприкасаемых. Участились случаи осквернения памятников Б.Р. Амбедкару. Тогда же шанкарачарья[953] из г.Пури Ниранджан Дев Тиртх открыто выступил против допуска далитов в индусские храмы. Он заявил, что даже самый высокообразованный далит не может сравниться с необразованным брахманом, ибо неприкасаемость имеет религиозную санкцию, и неприкасаемый всегда останется неприкасаемым. Характерно, что правительство Конгресса никак не реагировало на эти действия консервативных сил. В свою очередь, традиционалисты и защитники привилегий высших каст восприняли это как отход властей от опеки зарегистрированных каст и усилили свой натиск на законные права далитов.

В этой связи президент Хариджан севак сангх Нирмала Дешпанде пояснила, что ее организация выступила против заявления шанкарачарьи, но избегала противостояния, учитывая глубокую религиозность индусов. Наоборот, она использовала традиционные методы в борьбе за права зарегистрированных каст. В феврале 1989 г. во время праздника индусов Кумбхмела активисты Хариджан севак сангха бойкотировали религиозно-общинную организацию Вишва хинду паришад и самого шанкарачарью из Пури. На выставку домотканых изделий – кхади, организованную на празднике, Дешпанде пригласила 200 уборщиков-бханги, которых ее сотрудники-брахманы усадили на стулья (по традиции неприкасаемый не может сидеть в присутствии члена высокой касты, тем более брахмана) и демонстративно омывали им ноги (омовение ног является одним из способов выражения наивысшего почтения в индуизме), а затем угощали их едой и беседовали с ними, что также противоречит традиции. Потом они подарили бханги теплые одеяла (традиция признавала одаривание брахманов, а не наоборот). Средства на приобретение одеял и других подарков поступили от шанкарачарьи из Канчи, человека прогрессивных взглядов, который поддерживал усилия Хариджан севак сангха в его работе по изживанию неприкасаемости.

Дешпанде подчеркивала, что народ в своей массе еще неграмотный, не читает газет, не знает своих прав, не ходит по судам. А во время таких религиозных праздников можно сделать очень многое. Об уважительном отношении к бханги-уборщикам узнают во всех концах страны. После праздника паломники вернутся в свои деревни и расскажут о том, что видели своими глазами или слышали от других. Такой способ борьбы с неприкасаемостью через наглядную агитацию среди простых людей является самым надежным и доходчивым, объяснила Дешпанде[954].

Одна из важнейших проблем улучшения жизни далитов была связана со снабжением их питьевой водой. Во многих местах далитов не допускали к общественным источникам воды. Среди индусов бытует суеверное представление о том, что прикосновение далита к воде оскверняет ее, и поэтому она становится непригодной для использования «чистыми» индусами, причем степень осквернения в этом случае даже выше, чем при непосредственном физическом контакте с ним. Такое отношение неодинаково в разных районах страны и зависит от степени их социально-экономического и культурного развития, специфики традиций и обычаев. С проблемой питьевой воды для далитских семей напрямую связано положение женщин. Поскольку в сельской местности доставка воды – исключительная обязанность женщин, улучшение снабжения водой далитских кварталов было одним из способов изменить к лучшему условия их жизни.

И все же главным препятствием на пути развития равноправных отношений в деревне, в том числе и в вопросе допуска далитов к общественному источнику воды, были экономические факторы. В условиях, когда проблема воды, особенно питьевой, стала даже более острой, чем проблема земли, имущие слои были заинтересованы в сохранении своей власти и контроля над ее распределением[955].

К началу 1980-х годов в отношениях между далитами и «чистыми» кастами в деревне произошли заметные изменения. В результате проведения аграрных реформ, несмотря на их ограниченность и социальную ущербность, ослабли позиции крупных землевладельцев из высших каст и одновременно усилились зажиточные крестьяне из земледельческих каст. Выступления далитов – сельскохозяйственных рабочих – с требованиями повышения оплаты труда в ряде районов северных штатов вызывали ответную реакцию землевладельческой верхушки крестьянства как высших, так и средних каст, интересы которых во многом совпадали. Как никогда ранее они стали сплачиваться в борьбе против деревенской бедноты. В то же время сельскохозяйственные рабочие и маргинальные землевладельцы из низких каст и далитов по своему этническому, религиозному и кастовому составу были значительно более разнородны. Это облегчало деревенским верхам возможность использовать кастеизм для разъединения низов. Процесс консолидации имущего крестьянства на этой основе привел к дальнейшему усилению зависимости от него сельскохозяйственных рабочих, в том числе в общественно-политической жизни[956].

Одновременно продолжалась пауперизация и пролетаризация деревенских низов. Внедрение механизации и современных методов агротехники в сельском хозяйстве сопровождались ростом безработицы среди деревенской бедноты, в первую очередь среди далитов. А поскольку они уже не хотели жить как прежде и начали активно выступать в защиту своих прав и интересов, то это приводило к столкновениям между ними и зажиточными «чистыми» кастами. Как правило, жертвами были именно далиты. Причины насилия над далитами были многообразными: их требование повысить оплату труда или вернуть им отнятый у них клочок земли; попытка далита выдвинуть свою кандидатуру на выборах в местные органы власти; случаи, когда далитские женщины осмеливались брать воду из колодца, которым традиционно пользовались только «чистые» касты; это и знаки внимания со стороны молодого далита в отношении девушки из «чистых» каст и т.п.

Случаи жестокого обращения с далитами неоднократно обсуждались в правительстве и парламенте, принимались меры по обеспечению их безопасности. С этой целью был принят Закон о пресечении жестокости в отношении зарегистрированных каст (Scheduled Castes Atrocities Prevention Act, 1989 г.). Он был направлен на устранение этого зла. Однако после его принятия в северных штатах страны стал наблюдаться рост столкновений между хозяевами деревни и далитами, которые начали более активно защищать свои гражданские права. В 1995 г. парламент принял «Правила пресечения жестокостей в отношении зарегистрированных каст и зарегистрированных племен», в соответствии с которыми, в частности, штаты должны были учредить специальные суды в каждом дистрикте и назначить общественных обвинителей для рассмотрения дел, попадающих под закон 1989 г.[957]

Рост столкновений между верхами и низами деревни был связан с тем, что верхи не хотели уступать свои экономические, социальные и политические позиции, а низы почувствовали возможность и силу отстаивать свои права при поддержке государства.

Директор департамента социологии в Мадрасском университете профессор Д. Сундарам полагал, что в прошлом жестокие расправы над далитами случались редко, «поскольку они знали свое место. Но в наше время они уже не хотят мириться со своим приниженным положением. Это провоцирует гнев так называемых чистых каст, которые не привыкли к такому поведению бывших неприкасаемых. Но главное – далиты претендуют на то, о чем раньше и думать не могли. Прежде всего, это земля, образование и более квалифицированная и престижная работа, чем та, что была положена им по их кастовому статусу»[958]. Эту же мысль высказал обозреватель журнала Mainstream Нарендра Шарма: «Далиты посягают на то, что веками считалось священным: на образование, духовную жизнь и на землю»[959].

Самые большие изменения произошли в социальном поведении и психологии далитов. Они стали активно участвовать в общественной и политической жизни, настойчивее добиваться своих законных прав и, как отмечалось в индийской прессе, «заметно осмелели». Так, после принятия Закона о защите гражданских прав (1976 г.) число жалоб на дискриминацию, поданных далитами в суды, выросло с 6 тыс. в 1977 г. до 11 тыс. в 1980 г. В дальнейшем количество таких жалоб увеличилось многократно. Так, в 2000 г. только в Уттар-Прадеше в судах находилось 70 тыс. подобных дел.