Владимир Шитов - Собор без крестов

• Название: Собор без крестов
• Автор: Владимир Шитов
• Жанр: Детектив

---

Глава 59

В связи с тем, что дом-интернат для престарелых, где находилась Церлюкевич Софья Романовна, располагался в Подмосковье и туда Диспетчеру было трудно добраться, Душман дал автомобиль с водителем.

На другой день в десять часов Диспетчер был в спальне у Софьи Романовны, куда его привела дежурная по административному зданию. Поднимаясь на второй этаж, дежурная, средних лет непривлекательная женщина, поучающе сообщила посетителю:

— Вы знаете, как наш контингент обворован вниманием своих родственников? Поэтому каждое такое посещение, которое вы делаете, престарелому человеку является праздником.

Без стука открыв дверь в спальню и увидев там интересующее лицо, дежурная улыбаясь сообщила:

— Софья Романовна, к вам гость! — после чего пропустила Диспетчера в спальню, а сама ушла.

Диспетчер увидел перед собой пожилую седую женщину с гладко зачесанными назад волосами, ее худобу не мог скрыть цветной байковый халат. Она, облокотившись грудью на подоконник, смотрела в сад.

Услышав к себе обращение дежурной, она вяло повернула голову в сторону говорившей, лицо ее оставалось неподвижным. Потом на нем появилось осмысленное выражение в виде удивления, что выдали ее глаза чистой голубизны. Оттолкнувшись руками от подоконника, приняв вертикальное положение, она всем корпусом повернулась к Диспетчеру.

Поздоровавшись с ней, Диспетчер сообщил:

— Софья Романовна, я с письмом и подарками к вам от сына.

— Почему его с вами нет? — обеспокоенно поинтересовалась она.

— Вы все узнаете из письма, — вручая его ей, спокойно поведал Диспетчер.

Софья Романовна, взяв очки и сев на стул, углубилась в его чтение. В это время Диспетчер по-хозяйски, не спеша стал выкладывать из сумки на тумбочку подарки.

Прочитав письмо, Софья Романовна, окинув взглядом подарки, грустно улыбнувшись, заметила:

— О, что я вижу?! Кофе, лимоны, апельсины и даже конфеты в коробке, печенье…

Перебив ее, Диспетчер подчеркнул:

— Сразу видно, что подарки куплены близким человеком от сердца.

— Да, в этот раз сын постарался, как никогда, но было бы лучше, если он ко мне явился сам, с букетом цветов, без подарков.

— Болезнь — дело серьезное, — заступился за ее сына Диспетчер.

Окинув взглядом лежащие на тумбочке деликатесы, оживившись, поинтересовалась:

— Вы не спешите?

— Да вроде бы нет, — успокоил он ее.

— Давайте вдвоем чайком побалуемся, угостимся вареньем с малиной, поговорим. Так скучно в этой людьми забытой богадельне, — просительно предложила она.

Диспетчер специально ехал к ней для основательного разговора, а поэтому ее предложение принял с удовольствием, но вслух свое согласие выразил своеобразно:

— Ну если вы настаиваете, то придется согласиться.

Услышав его согласие, Софья Романовна благодарно улыбнулась, включила электрический чайник и стала сервировать стол, постоянно проявляя к Диспетчеру внимание. Видно было, что она была довольна его визитом.

Заглядывающим порой в ее комнату подружкам она с удовольствием, счастливо улыбаясь, сообщала, что она занята и гулять с ними пока пойти не может.

Не спеша попивая из блюдечка чай, смакуя его с вареньем, Софья Романовна выведала у Диспетчера все новости о сыне, а потом поинтересовалась:

— С чего вдруг мой Семочка заболел? Он на здоровье вроде никогда не жаловался.

Наконец-то они подошли к той теме разговора, из-за которой Диспетчер отправился к ней на свидание.

— Была на то, Софья Романовна, веская причина. У него из квартиры украли полотна знаменитых художников и другие ценности.

Сообщение Диспетчера Софья Романовна, к его удивлению, приняла совершенно спокойно. Поставив блюдечко на стол, она злорадно констатировала:

— Вот видите, как Бог наказывает детей за их грехи перед родителями. Сразу прислал вас ко мне с подарками, но все равно не унял своей гордыни, не сообщил мне о постигшем горе.

— Он мне поручил вам устно все передать. Разве в письме все напишешь.

— Да, это так, но все равно он ко мне не по-сыновьи относится, — задумавшись на миг, констатировала она.

— И на какую сумму у него украли картин?

— Если в долларах, то более чем на три миллиона будет.

— Ну и как, поймали вора?

— Пока еще нет, — с сожалением сообщил Диспетчер.

— Если после кражи картин прошло более двух месяцев, как вы сказали, то теперь милиция вряд ли их найдет.

— Понимая такую утрату, Семен Филиппович и слег.

— Скажите ему, пускай не валяется чурбаком, а оставшуюся коллекцию или продаст, или сдаст в какоенибудь государственное учреждение на ответственное хранение.

Пренебрежительно махнув рукой, она сообщила:

— А лучше всего, я ему все изложу в письме.

Слушая Софью Романовну, Диспетчер подумал: «Бабуля еще из ума не выжила, толково рассуждает и дает дельный совет». Вслух же заметил:

— Семен Филиппович не маленький, не любит, когда его учат, а потому сам сможет распорядиться по уму.

— Куда ему до моего опыта, моих знаний. Я дворянка в пятом поколении. Вы хоть знаете, что это такое и с чем это едят? — победоносно, уверенная в незнании ответа собеседником, задала она ему каверзный вопрос.

— Не знаю, — признался Диспетчер, удивленный таким вопросом.

— То-то же, я потомственная баронесса, и моими друзьями детства были потомственные дворяне, у которых было чему поучиться не только работникам культуры, но и нашей теперешней власти.

В старое время слово дворянина приравнивалось к векселю, а сейчас в высших эшелонах власти, вы видите, какая неразбериха и чехарда, что делается в промышленности, в сельском хозяйстве. И вся кутерьма происходит, я так считаю, из-за того, что современный руководитель стал не хозяином своего слова: обещает, а исполнять за него будут другие, такие же неисполнительные люди. Вы видите, к какой черте пришла наша страна…

«Вот это бабуля, ничего себе разошлась», — удивленно подумал Диспетчер.

— …Мой папа имел классный чин коллежского советника, а ему в семнадцатом году еще не было и тридцати лет. Вы представляете, какая у него была перспектива роста по службе? У нас в роду все были генералами, и только он успел дослужиться до полковника. Вот благодаря кому у моего сына была и есть такая богатая коллекция старины.

Он у меня рос среди пролетариев, и воспитание улицы так повлияло на него, что он не стал понимать свою родную мать. Его пещерные рассуждения последние годы я уже не могла слушать. Для меня такое было пыткой, вот почему я предпочла поменять муки с ним на одиночество в этой обители. Слава Богу, что он не преступник и не сидит в тюрьме. Скажу по секрету — он ждет от меня наследства, но я его уже отписала внуку Сереже. Он артиллерист и уже дослужился до капитана.

Когда она заговорила о внуке, в ней произошло преображение, как с верующим, говорящим о христианской святыне.

— …Он, моя ласточка, в каждый свой отпуск приезжает ко мне с женой и правнуком. Я могу умереть спокойно, зная, что на моем оболтусе сыне не завянет наше дворянское древо Церлюкевичей.

Открыв деревянную шкатулку, она, показывая ее содержимое, сообщила:

— Вот, видите, сколько от Сержа у меня писем, а от сына сегодня получила первое. — Задумавшись, она рассеянно произнесла: — И в кого он у нас такой уродился эгоист?..

Прерывая ее излияние, Диспетчер спросил:

— Софья Романовна, вы меня еще чаем не угостите? — Он показал ей свою пустую чашку.

— Сейчас, дорогой, только я чай подогрею, а то он уже, наверное, остыл.

— Не надо подогревать, и остывший пойдет.

Пока Софья Романовна не спеша исполняла просьбу Диспетчера, он взял один конверт, лежащий сверху в шкатулке, и спрятал в карман.

Исполнив его просьбу, она, опустившись на стул, поинтересовалась:

— О чем мы с тобой говорили?

— О жизни сына, внука и вашей.

— Старая кочерыжка, совсем забывчивая стала, — пожурила она себя беззлобно. — Какая у меня теперь жизнь, жду смерти, никому не нужная, а Бог смерти не дает. От скуки сошлась здесь с одним, тоже из дворян. Так хорошо мне с ним жилось, столько у нас с ним было общего, но пожили мы с ним мало. Бог призвал его к себе к ответу. Очень порядочный был человек, а теперь искать ухажера уже нечего, чувствую, как силы покидают меня.

— Может, перед смертью вернетесь домой, к Семену Филипповичу, чтобы смерть дома принять?

— Думала и я о такой возможности, даже ключ от квартиры берегла, а сейчас решила окончательно зубастенькую здесь дождаться. Если бы меня позвал жить к себе внучок, я бы с доброй душой согласилась, но у него цыганская жизнь. Его переводят из части в часть, то в одном военном городке живет, то в другом. Мне за ним уже не угнаться.