Стефан Кларк - Боже, спаси Францию! Наблюдая за парижанами

• Название: Боже, спаси Францию! Наблюдая за парижанами
• Автор: Стефан Кларк
• Издательство: Рипол Классик
• Жанр: Путешествия и география
• Год: 2010
• ISBN: 978-5-386-01731-6

В ваших руках мировой бестселлер — ироничный и остроумный роман-травелог о годе жизни 27-летнего британца Пола Уэста в Париже. Приехав в Вечный город по контракту для открытия сети английских чайных, герой очень быстро понимает, что с ленивыми французскими служащими следует держать ухо востро. Впрочем, как и с девушками, которые не прочь научить его премудростям французской любви…

Книга наверняка придется по вкусу как франкофилам, так и франкофобам, тем более что во избежание возможных санкций (включая применение грубой физической силы со стороны кого-либо в костюме от Yves Saint Laurent и Christian Dior!) автор изменил имена всех действующих лиц!

---

Двумя минутами позже секретарша уже неслась обратно, бесшумно впиваясь своими высоченными каблуками в ворс.

— Мне очень жаль, но мэтр Рондекёр не может дать вам консультацию, — сказала она, сочувственно улыбаясь.

Она так и стояла, скрестив руки на животе, пока я не отступил к двери, признав свое поражение.

— Всего хорошего, — услышал я на прощание, что слегка противоречило происходящему, — только что мое финансовое благополучие было пущено под откос.

Я видел лишь один выход из всех свалившихся на меня юридических и прочих неприятностей. Для англичан старый как мир способ решить любую дилемму, требующую тщательного обдумывания и планирования, заключался в том, чтобы пойти и напиться до чертиков.

Как раз была суббота, канун Дня святого Валентина. Разве не самое подходящее время, чтобы вонзить алкогольный кинжал себе в сердце?

Я отправился в Оберкампф, заранее договорившись встретиться там с тремя ребятами из Англии. Мы познакомились в английском пабе недалеко от моей работы, сплотившись против невзгод, преследовавших Англию в ее отчаянной борьбе за очередную ничью с какой-то командой из Средней Азии. Эти парни, конечно, несколько отличались от тех, с кем я привык общаться или просто распивать пиво. Они более бурно и шумно выражали собственные эмоции, но мне нравилась их привычка обмениваться шутками и говорить о футболе, вместо того чтобы капать на мозги окружающим об отношении главы государства к конфликту на Ближнем Востоке. В Париже эти трое работали на одного из поставщиков телекоммуникационных услуг, занимаясь разработкой чего-то связанного с расчетными функциями. Я так и не смог до конца понять сути их работы даже после нескольких бокалов темного пива, обычно действующего на мои умственные способности как катализатор.

К тому времени как я добрался до бара на улице Оберкампф, они уже вовсю кутили. Бар представлял собой достаточно заурядное заведение, непонятно по какой причине облюбованное именно молодежью. А соседнее, подмигивающее прогуливающимся навороченной подсветкой, наоборот, пустовало.

— Пол! Твоя очередь угощать! — прокричал Боб, самый шумный из этой громогласной компании, завидев меня метра за два.

Блондин, выше меня ростом, он казался гигантом с практически бесцветными бровями. Вместе с остальными Боб стоял у стенки серовато-бежевого цвета, отделяющей вход от зала.

Я пробрался сквозь пелену дыма и, нащупав портмоне, сказал:

— Без вопросов. Что пьем?

Потом я по очереди поприветствовал рукопожатием Боба, Йена, преждевременно лысеющего йоркширца, и Дейва, лондонца, никогда не стирающего со своего смазливого личика улыбку.

— Всем по пиву, а дамам — что они предпочитают, — прогремел Боб.

— Дамы?

Боб чуть отпрянул, и моему взору предстали три девушки, каждой чуть за двадцать, до сего момента прятавшиеся за стеной из спин трех англичан.

— Леди, познакомьтесь — это Пол, — торжественно произнес Дейв.

Девушкам он предоставил возможность назвать себя самостоятельно. Думаю, он просто забыл их имена.

— Флоранс, — начала миниатюрная, но фигуристая девушка, наполовину индианка; у нее были длинные, отливавшие шелком волосы и соблазнительный пупок.

— Вивиан.

Так звали рослую блондинку с глазами коньячного цвета, в чьей внешности было что-то восточное.

— Мари, — представилась темнокожая девушка крепкого телосложения, но с тонкой талией.

Типичное для Парижа смешение наций. И, как типичные парижанки, все они по очереди наклонились, чтобы дать мне возможность чмокнуть их в обе щечки. Только Мари, скорее, поцеловала меня сама, чем просто подставила щеку для приветственного поцелуя.

— Эй, девчонки, не увлекайтесь Полом, — вмешался Дейв. Похоже, он положил глаз на Мари.

— Да нет же, он гей, наш Пол, — во всеуслышание заявил Иен, — живет в квартале Марэ!

Представители английской нации разразились хохотом, в ту же секунду прерванным Мари:

— Нет, хон не гей, ваш Поль. Йя спала с хим однажды. — Похоже, я один был ошарашен ее признанием.

Боб заржал, заметив мою растерянность:

— Да ладно, Пол, давай расскажи нам все, как было, — настойчиво требовал он.

Я поднял руки вверх, не зная, что сказать.

— Я… э… — Ровно столько мне было известно самому.

— Пачему ты сбежал дем утром, Поль? Ты не аанглиский джентльмен, да? — Мари шепнула что-то своим подружкам на ухо, и они засмеялись.

До меня дошло. Раскрыв от удивления рот, я взглянул на ее волосы, теперь черные как уголь, а не осветленные дальше некуда, какими они были в то утро, что я проснулся в ее кровати несколькими месяцами раньше.

— Сделал свое дело и смылся, так? — Дейв покровительственно дотронулся рукой до накачанного предплечья Мари.

— Сделал дело? Ага! Десят менуут, а потом спать.

Теперь надо мной ржали все шестеро, а мне хотелось напиться пуще прежнего.

— Да, мне жаль, Мари. Это было… было…

— Тогда ты так спишил, что сейчас даже не узнавал меня.

— Да уж, тогда я и правда не особо всматривался в твое лицо.

Девушки в ужасе ахнули, а парни продолжали ржать.

— Ну, ты понимаешь, о чем я, — сказал я.

— О да! Служебный вход, так, Пол? — улюлюкая, вставил Боб.

— Наклонись и дотронься до кончиков пальцев, — добавил Дейв.

Я решил, что пора идти за выпивкой. Пробираясь к барной стойке, я размышлял, что за суицидальный инстинкт движет мной. Мне хотелось напиться до состояния, близкого к тому, что повлекло за собой роковую ошибку, в самом начале испортившую отношения с Алексой.

— Все французские мужики слегка женоподобны, — во все горло орал Боб, когда я возвращался к столику с подносом, уставленным бокалами: пиво для мужчин, вино для Флоранс, джин-тоник для Вивиан и — о ужас! — двойная порция рома для Мари.

Физические данные Боба позволяли ему такие вольности — он мог не переживать, если кто-то из примерно двадцати присутствующих французских мужчин поймет его. Как раз парочка из них, в крутых рэперских прикидах, похоже, жутко обиделась, но Боб заговорил только громче, желая поддразнить.

— Некоторые из них даже носят сумочки.

— Des sacs à main[130] — нахмурившись, спросила Мари. Девушки принялись обсуждать, что Боб имеет в виду.

— Да, что-то типа маленьких кожаных чемоданчиков с ручкой и ремешком. Такого размера, чтобы можно было положить туда удостоверение личности, немного сыра и пачку сигарет.

— Ну, такие обычно носят люди в возрасте, — вставил я. — За пределами Парижа. Я видел таких в маленьких провинциальных городках.

— Oui! — Флоранс поняла, о чем это мы, и объяснила подружкам, что речь идет о сумочках величиной с кошелек.

— Да, эдо пожилые мужчины, — согласилась Мари. — Эдо значит не женоподобны, эдо значит, они старые. У старых аангличан грууди, как у меня, но они не женственны, каак я. — Она приподняла свои и без того пышные груди и повернулась в мою сторону.

Из вежливости я отвел взгляд. В моих планах далеко не значилось вновь проснуться в ее постели, и я обрадовался, заметив, как взор Дейва постепенно ползет вверх, стремясь к вожделенной встрече с выступавшими из-под футболки сосками.

Стоило Бобу оторваться от бокала пива, наполовину опорожнив его, он тут же поспешил вернуться на свою импровизированную трибуну:

— Ну а что вы скажете насчет их имен? У них имена похожи на женские. Например, Мишель и… и… как зовут твоего босса, Пол?

— Жан-Мари.

— Да уж… парня зовут Мари! Чудаки, или кто они?

— Ага, — согласно кивнул Дейв. — Ты никогда не встретишь британца с наполовину женским именем. Боба здесь назвали бы Бобби-Джейн.

— Бобби-Сью, — предложил свой вариант Иен, заливаясь смехом от сущей нелепости — волосатый, здоровенный бугай носит женское имя. Но девушек, похоже, начинало доставать, что какие-то иностранцы так рьяно критикуют местных конкурентов.

— Имена, говорите? Ха! Каак Шон Коннери? По-французски его фамилия значит «ерунда»,[131] — решила вставить свое слово Мари.

— А мой бывший… хон далек от женственности, — присоединилась Вивиан. — Огроманая проблема у нехо была. Всегда по две-дри девушки.

— Да, французы, они видят женщину, она улыбается ему, он сразу хочет отыметь ее, але оп! — покорным голосом добавила Флоранс.

— Да, ребята, самое главное то, что французские женщины куда более женственны, чем французские мужчины, — сказал я, намекая, что в их же интересах сменить тему разговора.

Мой комплимент предназначался для Флоранс, но отреагировала на него Мари:

— О! Enfin![132] Хоть один из вас сказал что-то приятнае. — Она схватила меня за руку и чуть ли не повалила с ног, желая обнять в знак благодарности. — Пол, хон знает, чут-чут лести — и француженка пакарена.