Константин Мзареулов - Козырной король

• Название: Козырной король
• Автор: Константин Мзареулов
• Издательство: Армада, Альфа-книга
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2000
• ISBN: 5-93556-041-0

Для знатоков и тонких ценителей война сродни остроумной игре. В центре доски стоит Цитадель — довольно большой выдолбленный изнутри булыжник, напоминающий шахматную ладью. Внутри засела команда противника, обреченная проиграть, как бы ни развивались события. Гверфы приникли к бойницам, неуклюжие лапы сжимают туго натянутые луки, копья, дротики, пращи, палицы, короткие мечи и тому подобные рудименты минувшей эпохи. На стенах дымится в медных чанах кипящая смола, рабы-люди подбрасывают связки дров в разведенные под котлами костры. Запасы топлива в крепости на исходе, скоро в огонь отправится мебель. На площадках у ворот выстроились пехотные резервы, готовые ринуться на врага по первой команде.

---

Аудитория дико завизжала, демонстрируя бездну восторга и моральной поддержки. Фауст тоже похлопал, крикнул: «Поэзия маздай!» — и вернулся в коридор. Казалось, никто не заметил его ухода, как, впрочем, появления, но это было не так.

В коридоре нирванца угрожающе обступили три неопрятных существа, успешно маскировавших принадлежность к женскому полу. Бритые головы, болезненно-пористая серая кожа, желтые от дешевого табака пальцы с обкусанными ногтями. Даже покрытая жирными пятнами мешковатая одежда не могла скрыть дефектов телосложения.

Одна из дам вызывающе осведомилась:

— Вам понравилось, о чем говорят в той аудитории?

— Кое с чем можно согласиться, — признался Фауст, пытаясь протиснуться мимо малосимпатичных особ.

Однако они снова перекрыли дорогу и поинтересовались, как он относится к феминистской литературе. Вежливый ответ их не устроил, дамы настойчиво теснили герцога прочь от выбранного направления, поэтому Фауст вынужден был, смирившись, пуститься в объяснения.

— К феминисткам, — сказал он, — я отношусь примерно так же, как к гомосексуалистам — с отвращением и насмешкой. Удовлетворены?

— Нет! — взвизгнуло существо в грязной накидке, — Значит, по-вашему, если женщина не позволяет топтать свое достоинство, вытирать об себя ноги…

— Не надо демагогии, — поморщился Фауст, которому смертельно наскучил этот разговор. — Все феминистки, которых я знал, становились феминистками по одинаковому сценарию. Сначала они раз за разом посылали подальше нормальных мужчин и целеустремленно ложились только под альфонсов, жиголо и прочих ублюдков. А ближе к старости, когда теряли товарный вид и становились никому не нужны, принимались вопить: дескать, все мужчины — сволочи.

— Девочки, он — подлец, — мягко констатировала бритоголовая толстуха, а потом вдруг завизжала: — Убить мужчину!

Фауст успел увернуться от внезапно сверкнувших клинков. Три дурехи были вооружены столовыми ножами, поэтому герцог не принял их всерьез. Нирванец просто поймал за руку самую толстую и неуклюжую, а затем толкнул ее на двух других. Они упали, издавая обиженное верещание. Толпа студентов, мгновенно окружившая Фауста, разразилась овациями.

— Зря вы так, девочки, — укоризненно сказал Фауст. — Давайте расстанемся как добрые подружки. Если, конечно, сумеете отгадать простенькую загадку.

Ушибленная обладательница столового ножа мрачно буркнула:

— Конечно, отгадаем. Как известно, любая феминистка в десятки раз умнее любого мужика, озабоченного лишь размером собственных гениталий.

«Ах ты сука!» — подумал герцог и произнес благожелательным тоном:

— Прекрасно, слушайте загадку. На перекрестке Уоллстрит и Пятой авеню лежит стодолларовая купюра. С четырех сторон к ней приближаются Золушка, Супермен, Умная Феминистка и Глупая Феминистка. Все они движутся с одинаковой скоростью, все в момент начала движения находились на одинаковом расстоянии от банкноты. Кому достанется сотня баксов?

Не утруждая себя мыслительной работой, одна из дам прошептала:

— Девочки, тут какой-то прикол. Наверняка Уолл-стрит не пересекается с Шестой авеню.

— В загадке говорится о Пятой авеню, — отмахнулось другое существо. — Скорее всего, он хочет услышать, что Супермен окажется проворнее женщин.

— Наверное, это тест на математическую логику, — глубокомысленно предположила третья особа неопределенного пола. — Боюсь, придется интегрировать трансцендентные функции, причем решение все равно кроется в граничных условиях.

После этого они объявили, что задача не имеет логического решения. Фауст печально возразил:

— Увы, девочки, вы не правы. Решение есть, причем именно логическое. Купюру схватит Глупая Феминистка.

— Почему? — хором спросили все слушатели.

— Потому что остальные — вымышленные персонажи.

Помахав на прощание шляпой, он быстрым шагом ушел в боковые ответвления коридора, распугивая студентов и преподавателей — целующихся, совокупляющихся, а также распивающих спиртное без подобающей закуски.

… Длинный коридор без окон напоминает бункер ракетного командования или очередной уровень компьютерной бродилки. Вдоль потолка полыхают голубизной газосветные трубки. Бесконечным пунктиром тянутся бронированные двери. Иногда путь преграждают люки, украшенные большими красными стрелками, но и они открываются, если нажать в нужном месте.

Гораздо хуже, когда распахиваются боковые проходы. Обычно из них выбегают странного вида существа, которые пытаются броситься на пришельца. Нирванец не может с уверенностью утверждать, что ему хотят сделать что-нибудь плохое. Возможно, эти твари намерены повиснуть на шее герцога, крепко обнять, расцеловать, пожелать счастья и дать полтинник на дорогу. Однако слишком уж сильное впечатление производят их оскаленные клыки, кривые сабли когтей. Поэтому Фауст держит в левой руке автомат, а в правой — Рубильник. Обе руки работают без перерыва, и путь его отмечен грудами обгорелых трупов.

Расстреляв все патроны в автомате, он не тратит времени на смену магазина, а просто вешает оружие на плечо и выхватывает из кобуры пистолет. Снова поскрипывают двери, и на него бросаются сразу три аборигена. Фауст едва успевает разглядеть козлов, поставленных на задние копыта и украшенных декоративными крылышками. Верхние — или передние, кто их разберет — лапы заканчиваются трехпалыми ладонями, в которых зажаты тяжелые топоры. Разносится мерзкий запах грязной влажной шерсти. Фауст навскидку стреляет в двоих и рубит голову третьему. Затем герцог резко оборачивается, чтобы расправиться с парочкой жуков-гигантов, подкравшихся сзади. Из ран противников хлещет пламя, что не оставляет сомнений в их происхождении. Фауст прорывается через следующий отрезок коридора, на ходу меняя параметры Отражения…

… Древний замок. Сырые стены. Кто-то сверкает желтыми глазами из-за вековых наслоений паутины. В нишах корчатся в неудобных позах скелеты непонятных существ. Из темноты, завывая, выскакивают воины в латах, летят стрелы и дротики. Фауст идет напролом, уклоняясь от ударов, расчищая путь огнем и мечом. Теперь за спиной тянется кровавый след — на сей раз сраженные враги не горят, но истекают кипящим желе красновато-бурой окраски. Герцог понимает: кто-то уводит его с правильного маршрута, поэтому нужно решительно корректировать расположение Теней…

… Фауст идет по руслу реки, сбивая со следа погнавшихся за ним солдат. Речная вода, омывая сапоги, приятно холодит обернутые портянками ступни. Подошвы твердо давят усыпавшие дно камушки. Нирванец экономно стреляет по наседающим автоматчикам. Позади слышны стоны раненых, лай овчарки, доносятся крики: хальт, ахтунг, предъяви документы. Это даже не смешно. Кто-то всерьез решил подпортить ему путешествие. Не выйдет. Затаившись позади большого камня, Фауст ждет, пока преследователи подойдут поближе, а затем швыряет в них плотный комок жадно трепещущего пламени. Он долго любуется результатом и, лишь когда перестает шевелиться последний догорающий труп, ныряет в темную пещеру…

… Тоннель под горой тянется на многие мили. Под ногами хлюпает вода, нестерпим запах испарений серы. Наверное, здесь можно было бы открыть курорт с минеральными источниками. Шуршат крысы, звенят цепями призраки. Кажется, у организаторов этого шоу начинает иссякать фантазия. Магическое зрение предупреждает о вот-вот готовом обвалиться своде, а также о выползающей навстречу гигантской кобре и засаде людоедов. Зарубив змею, Фауст невольно представляет, как будет сокрушаться Меф, узнав, что испорчена такая роскошная шкура. Хохоча во все горло, герцог заносит меч, чтобы броситься на людоедов…

… Снова тоннель, и по дну снова течет грязный поток, но только теперь в воздухе стоит запах нефтепродуктов. Это — метро. Фауст вовремя прячется в нише, уворачиваясь от пролетающих на бешеной скорости поездов. Перебежками — от укрытия к укрытию — он добирается до станции. Здесь малолюдно, да и люд какой-то странный. Сплошные меньшинства — этнические и сексуальные. На герцога, одетого в камзол и плащ, поглядывают с ненавистью и вожделением, но габариты нирванца удерживают темпераментных аборигенов от неблагоразумных выходок. Потом к нему приближаются двое — черный и белый. У обоих серьги в ушах и ножи в руках. Схватив задир за шкирки, Фауст легонько бьет их головами. Вокруг сразу присмирели. Тут наконец-то подходит поезд, Фауст садится, но в этот момент на перрон выбегает куча ублюдков, стреляющих по окнам из револьверов солидного калибра. Приходится угостить их длинной очередью. Лишь после этого поезд набирает скорость, углубляясь в тоннель…

… Меняются поезда, меняются пассажиры, меняются Отражения. На очередной остановке в вагон подземки вваливается толпа вооруженных ножами подонков. Какому-то моряку вздумалось заступиться за раздеваемую девицу, и он тут же получает финку в печень. Потом подонки требуют, чтобы Фауст стал на четвереньки и покукарекал. Герцог охотно подыгрывает веселым ребятишкам, ловко отделяя их головы от туловищ. Пассажиры в шоке. Девица, которую так и не изнасиловали, истерично визжит, призывая на помощь полицию…