Raptor - Хо

• Название: Хо
• Автор: Raptor
• Жанр: Научная Фантастика

---

Невозможно было сомкнуть веки, невозможно было отвернуться. Её словно парализовало. Как загипнотизированная, она стояла и смотрела на него. Сначала её взору предстали ужасные челюсти, с рядами острейших зубов, за которыми тускло мерцала кроваво-красная глотка. Следом обнажились чёрные щели ноздрей, потом маска поползла выше, и из-под неё сверкнуло какое-то зеленоватое свечение…

— Прощайся, прощайся, — донеслось откуда-то издалека.

Всё замерло, точно на объёмной фотографии, как будто кто-то нажал кнопку «пауза» на таинственном пульте, управляющем всей этой фантасмагорией. Застыл дёргающийся Сергей, застыло Хо, снявшее противогаз до половины лица, застыло пламя на факелах.

— Что? Что произошло? — удивилась Ольга.

На лоб ей капнуло что-то прохладное. Потом на щёку. Капли падали с потолка, сбегая по её лицу и волосам. Жар начал быстро спадать. Иссохшая кожа, наслаждаясь, впитывала влагу, с каждым новым мгновением становясь всё свежее.

— Вращайся, — повторил голос, став более отчётливым.

— Не-ет! Рано!!! — закричал кто-то другой, и изображение дёрнулось, застыв в несколько ином виде.

Теперь Хо уже не снимало противогаз, а держалось за голову обеими руками, распахнув пасть во всю ширь.

— Возвращайся. Возвращайся, — настойчиво повторял голос теперь уже понятные слова, заставляя изображение колебаться и содрогаться, подобно бултыхаемой воде.

— Гена? — измученная Ольга не верила собственному счастью. — В самый ответственный момент, Генка вытащил её из кошмара. Как же точно они всё рассчитали! Слава Генкиной пунктуальности!

Вскоре стало ясно, что это не изображение трясётся, а она сама сотрясается. Всё вокруг тускнело и теряло очертания, проясняясь и просветляясь, точно во время поднятия из глубины, на поверхность. Мозг лениво перенастраивался на восприятие реальности, словно паззл выкладывая по кусочкам фрагменты недавних воспоминаний того, что происходило с ней до погружения. И чем больше прояснялось сознание, тем светлее становилось вокруг. Она разорвала паутину кошмарного сна, и понеслась прочь из цепких лап сумеречной иллюзии, к реальности, к свободе, к пробуждению.

Сначала ей мерещилось, что над ней склонилась большая собака, облизывающая её лицо прохладным, слюнявым языком. Но когда мысли окончательно прояснились, и пелена сошла с глаз, она увидела Гену, сосредоточенно склонившегося над ней. Одной рукой капитан протирал её лицо влажной ваткой, а другой — потряхивал за плечо

— Всё хорошо, всё в порядке, — бормотал он. — Как ты?

— В норме. Теперь в норме. Спасибо, что вовремя вытащил меня оттуда. За этот час я успела повидать такое… Это было ужасно.

— Час? Хех! Ну, вообще-то прошло всего десять минут.

— Какие десять? Час. Должен был пройти ровно час.

— Прекрати мне голову морочить. Ты сама сказала, чтобы я разбудил тебя ровно в одиннадцать. На, погляди сама, — Гена сунул ей под нос свои часы. — Сколько там? Видишь?

— Одиннадцать…

— Тогда какие вопросы?

— Но ведь я отключилась ровно в десять.

— Нет, ты отключилась без десяти минут одиннадцать. Я точно засёк время. Надо сказать, если бы я знал, что ты собираешься отключаться на час, я бы вряд ли на это согласился. А десять минут меня вполне устроили.

— Не может такого быть, — покопавшись в вещах, Ольга нашла свои часы и, приглядевшись к циферблату, молча протянула их капитану. — А это что по-твоему?

— Ничего не понимаю. Десять минут одиннадцатого…

— Вот именно. Так чьи часы врут?

— Мои часы всегда показывали правильно. Наверное, это с твоими часами проблема.

Ольга покачала головой.

— Ну-ка, — Осипов подошёл к лежавшему на соседней койке Сергею, и поглядел на его часы.

Они тоже показывали десять минут одиннадцатого.

— Мистика какая-то. Как такое может быть? Мы с Серёгой сверяли часы прошлым вечером. Они шли одинаково. Как будто кто-то успел их перевести…

— Нет! Куда?! Рано! Рано! — бесновалось Хо, стуча кулаками по золотым черепам.

Сорвав с головы противогаз, оно отшвырнуло его в сторону, и завыло от бессильной ярости. Ольга улизнула в самый ответственный момент.

Оглушительный грохот сотряс мрачное помещение громовыми раскатами, и своды тронного зала, треснув, раскололись, разверзлись, и обрушились вниз тяжёлыми каменными обломками. Слепящий солнечный свет густыми снопами ударил из огромного отверстия, образовавшегося в куполе, и вместе с падающими на пол кусками потолка, в зал спустилась сияющая Хранительница. Сродни необычным инопланетным крыльям, из её спины тянулось множество лучистых, вьющихся, безмерно длинных щупальцеобразных отростков, которыми она опиралась на пол, и цеплялась за стены, точно волшебными ходулями. Бесконечные электрические разряды то и дело мелькали между этими невероятными крыльями-лучами, и искры разлетались во все стороны в тех местах, где они соприкасались с поверхностью. Пламенный нимб короны сиял, переливаясь радугой. Ничто не могло сравниться с надменным и беспринципным холодом её огромных голубых глаз, сверлящих съёжившегося на троне сумеречника, пытавшегося закрыться от этого всепоглощающего света.

— Я пришла за обещанным, — прозвенел голос Лиши.

— Не честно. Ты исполнила обещание не в полной мере, — всё ещё пыталось сопротивляться Хо.

— Здесь кто-то говорит о честности? — Хранительница с размаху вонзила пару своих лучей по обе стороны от Хо.

Свет вспыхнул так ярко, что сумеречник скорчился на своём троне, поджав ноги и хвост.

— Полегче!

— Что с тобой, охотник? Не любишь яркие вспышки? А знаешь, что я не люблю? Когда меня пытаются обвести вокруг пальца.

— Не обвиняй меня в том, в чём повинна сама! Ты нарушила не только наш уговор, но и Высшее Предписание! Воспользовалась своим вышестоящим положением, чтобы вытащить Ольгу раньше положенного срока.

— Единственный нарушитель здесь — это ты. А я — подстраховалась, заранее зная, что ты собираешься предпринять. В данной ситуации ты склонно к предсказуемости. Я прекрасно знала, что ты не вытерпишь, и попытаешься заарканить Ольгу. Слишком велик был соблазн. Именно предугадывая этот расклад, я заранее позаботилась о безопасности моей подопечной. Видишь ли, любезное Хо, для того, чтобы спасти попавшего в беду человека, вовсе не обязательно нарушать Высшее Предписание. Да, такие как я не могут вмешиваться в жизнь людей непосредственно, но косвенно влиять на них отнюдь не возбраняется, а даже напротив — приветствуется. Поэтому, ничто не помешало мне слегка подкорректировать время на их часах. В отличие от Ольги, я-то знаю, как можно растягивать время в иллюзорном мире, подгоняя его под собственные нужды. Здесь может пройти целый день, в то время как там утечёт лишь одна минута. А уж за час можно наделать столько пакостей, что хуже не придумаешь. К счастью, на настоящие пакости тебе бы потребовалось реальное, а не иллюзорное время. Поэтому я приняла решение лишить тебя этого времени. Ты пыталось обмануть меня, но я обмануло тебя раньше. Смирись, Хо, я всегда буду на шаг впереди тебя. Это моя работа.

— Прозорлива как всегда. Этого у тебя не отнять. Не могу сказать, что я сполна удовлетворено нашей сделкой, но кое-чего добиться мне всё-таки удалось. Покамест довольствуюсь этим. А там — посмотрим.

— Делаю вывод, что твои претензии ко мне на этом исчерпаны?

— Ну что ты, Лиша, какие претензии? Ступай себе с миром…

— Я непременно уйду. Тем более, что твой подвальный вкус мне совсем не по душе, — Лиша отвела лучи в сторону.

Хо облегчённо вздохнуло, убирая ладони от лица, и слеповато щурясь.

— Я покидаю тебя. Оставляю наедине с твоей любимой темнотой. Но прежде заберу то, что мне причитается, — Хранительница подошла к Сергею.

— Ты его не заслужила.

— Значит, всё-таки, претензии ко мне у тебя есть?

— Делай что хочешь, только оставь меня в покое поскорей! — в сердцах отмахнулся сумеречник.

— Вот и славно. Не забывай, Хо, я буду наблюдать за тобой, — Лиша обошла систему, в которую был вживлён Сергей, и покачала головой. — Бедное, бедное дитя.

Она подняла лицо Сергея за подбородок, и с нежностью взглянув на него, произнесла.

— Твои муки подошли к концу.

Протянув руки, она подхватила его, и с лёгкостью вытащила из системы. Шланги и иглы выскользнули из его тела, но кровь не пошла. Все раны и повреждения моментально затянулись, а непрекращающаяся боль моментально оставила его.

Открыв единственный уцелевший глаз, он увидел склонившуюся над ним прекрасную девушку с развивающимися серебряными волосами и трепещущим огненным венцом. Не смотря на свою кажущуюся хрупкость и невесомость, она с лёгкостью держала его на руках, точно ребёнка. На смену исчезнувшей боли пришло чувство неземного наслаждения, точно его погрузили в тёплую колыбель. Взгляд незнакомки наполнял душу светом, очищая её от кошмаров и терзаний.