Карен Монинг - В оковах льда

• Название: В оковах льда
• Автор: Карен Монинг
• Жанр: Фэнтези

Первый год ППС. После Падения Стен. Эльфы на свободе и охотятся на нас. Теперь здесь зона военных действий, и ни один день не похож на другой. Я Дэни О'Мелли, полные хаоса улицы — мой дом, и нет места, которое устроило бы меня больше.

Обладая редкими талантами и всесильным Мечом Света, Дэни более чем подготовлена к этой задаче. На самом деле, она — одна из немногих смертных, кто способен защитить себя от Невидимых — Темных Фейри. Но теперь, в этом столпотворении, ее величайшие таланты обернулись серьезными неприятностями.

Бывшая лучшая подруга Дэни — МакКайла Лейн, желает ей смерти; внушающие ужас Принцы Невидимых назначили награду за ее голову, а инспектор Джейни, глава полиции, нацелился на ее меч и не остановится ни перед чем, чтобы его заполучить. Вдобавок, по всему городу таинственным образом обнаруживаются заживо замороженные люди, застигнутые на месте сверхнизкой температурой, превратившей их в живые скульптурные изваяния изо льда.

Когда часть самого новомодного дублинского клуба покрывается льдом, Дэни оказывается во власти Риодана, его безжалостного бессмертного владельца. Ему нужен ее острый ум и исключительная способность определять, что именно замораживает людей и Фейри, по оставленным после себя следам. И Риодан идет на все, чтобы добиться ее сотрудничества.

Уворачиваясь от пуль, клыков и кулаков, Дэни вынуждена заключить сомнительную сделку и вступить в отчаянный союз, чтобы спасти ее драгоценный Дублин, прежде чем все и вся окончательно превратится в лед.

Отступление от команды переводчиков:

Так как главной героине в этой книге всего 14, и по тому немногому, что нам удалось о ней узнать из предыдущих книг, мы сочли целесообразным обогатить ее речь всевозможными «словечками» нашего великого и могучего русского языка, тем самым подчеркнув жизнерадостность, дерзкий нрав и неистощимую энергетику этой юной особы, чтобы в дальнейшем (в следующих книгах от лица Дэни) вы четче смогли прочувствовать ее взросление и становление, как личности в целом. Надеемся, мы не слишком переусердствовали.

Предупреждение:

Ну, помимо всего вышесказанного, в тексте могут присутствовать какие-то корявости или неточности и ошибки, особенно пунктуационного характера. Так что извиняйте. Так же в книге присутствуют иллюстрации, но это всего лишь примерные изображения того, как то или иное может выглядеть на самом деле, поэтому сильно не критикуйте.

Приятного чтения!

С любовью команда переводчиков сайта www.laurellhamilton.ru

---

В шесть часов утра, Риодан заканчивает свою писанину и объявляет:

— Сегодня вечером, в восемь, Дэни.

Кинув на него убийственный взгляд, я подрываюсь к двери. Она не открыта. Я сверлю ее взглядом. Вся ночь насмарку. Секунда проносится за секундой, а я все жду, когда мой тюремщик соизволит выпустить меня на свободу.

Мой список недопустимых преступлений короток. Не длиннее списка смертных грехов.

Но вверху обоих стоит: бесполезная трата времени. Веселиться, отмочить что-то ништячное, рубиться на компе в игрухи, трудиться, если испытываешь в этом потребность — но делать хоть что-то. Убивать время — равносильно аборту, словно ты никогда и не жил, тебя нет, ты просто исчез. Клетка с ошейником слишком много загубили моего времени.

Когда я уже готова орать, он что-то делает и дверь втягивается в гладкую стеклянную стену.

Но когда я слышу, как он говорит:

— Ты потратила мое время, Дэни. Я потратил — твое. — Я тут же взрываюсь.

Развернувшись к нему, я упираю руки в бока.

—  Что за бред! Сравнил жопу с пальцем, это — не одно и то же!

— И никогда не будет.

— Каких-то тридцать жалких, сраных минут стоили мне девяти с половиной часов?

— Как ты относишься ко мне, так и я буду относиться к тебе. Поскольку я больше и старше, думаю, счет всегда будет идти в мою пользу.

— О-о, сейчас ты получишь свое соразмерно. Если  собираешься быть настолько же мудаком, насколько ты большой и старый, чувак, то это — еще то мудачество выйдет. Где справедливость? Ты не можешь сделать какую-нибудь невозможную, несоизмеримую ни с чем херню в одну минуту, а в следующую — твердить мне свое quid pro quo[32] и устанавливать, какой тебе вздумается, размер ответной платы с моей стороны.

— Я могу делать все, что хочу.

— О, а это еще из какого сраного комикса? — возмущаюсь я. — Это моя фишка!

Он смеется, и его лицо преображается. От чего начинает казаться, что он не так уж и стар. Он выглядит довольным. Беззаботным. Совершенно другим. Я вижу морщинки от смеха вокруг его глаз, которых никогда раньше не замечала. В моей голове мелькает воспоминание о четвертом уровне, и я снова  вижу его с той женщиной, он то стонет, как делал это той ночью, то смеется, и чувствую тошноту от этих воспоминаний. Понятия не имею, чего это вдруг со мной. Хрена лысого я хотела бы когда-нибудь оказаться на этом долбаном четвертом уровне! Я стояла там и таращилась на него.

Дверь сдвигается перед моим носом.

— Ты рано.

Я бросаю на него пренебрежительный взгляд. Конечно, он думает, что я специально пораньше. Как бы не так. Прошлым вечером Мак была в «Честере» в восемь. Думается мне, она приходила за мной. Поскольку не могу опоздать, чтобы ее избежать, я вынуждена припереться раньше обычного.

— Разбила часы. Думала, что я вовремя.

— У тебя нет часов.

— Видишь? Как я и сказала, у меня с этим проблемы. Я просто смотаюсь и надыбаю себе новые. Вернусь завтра. Вовремя. — Ювелирные изделия — это те вещи, на которые я соглашаюсь с боем. Единственную уступку я сделала для браслета, который дал мне Танцор, и тот пришелся мне как раз по руке. Кроме того, без него стоящего над душой, и раздающего указания, может, мне на самом деле удастся добиться некоторого прогресса в расследовании.

— Даже не думай об этом.

Я падаю в офисное кресло, и сижу, болтая ногами.

— Какая на сегодня программа. — Я говорю так же, как он. Никакой интонации на конце.

— Ах, Дэни, если бы ты только все поручения воспринимала так, как сейчас.

— То ты бы сдох от скуки.

— Не раньше тебя. В Дублине существует еще три обледеневших места.

—Три! — Я выпрямляюсь в своем кресле. — И все твои?

— Так, не имеющие ко мне никакого отношения, местные клубы.

Черт, моя теория о том, что мишень — это он пошла в задницу, и туда же летит надежда на то, что «Честер» умрет медленной смертью.

— Потери?

— В районе пятидесяти во всех трех.

— Люди или Фейри?

— Люди.

— Все люди?!

Он кивает.

Я тихонько фигею, присвистывая. Погибло еще пятьдесят человек. Человеческую расу просто продолжали выбивать удар за ударом.

— Тогда с чего это тебя колышет? Это случилось даже не на твоей территории. Ничто из твоего не повреждено или разрушено.

— У меня другие причины желать это остановить.

— И какие же? Ты двигаешься быстрее меня. Тебя ничто не обгонит. Тебе под силу стащить куда больше вещей, на замену тем, что подо льдом. Так в чем же дело? — Какие у него мотивы, если они вообще у него есть.

— Стены между нашими мирами были уничтожены на Хэллоуин. С тех пор многое переменилось. Человеческие законы физики больше не законы, они выдают желаемое за действительное. Возможно, фрагменты реальности Фейри проявляются спонтанно, просачиваясь сквозь разломы в нашу реальность. Возможно, это происходит случайно, мгновенно и без предупреждения. Я не заметил удивления ни на чьих лицах, ни в одном из принадлежащих мне мест. Оценивая общую картину в целом — не только у людей, но даже у тех, кто способен на такую же скорость передвижения, как ты или я.

Я вскакиваю, словно громом пораженная.

— Хочешь сказать, если это произойдет в том месте, где я нахожусь, то в один миг я жива, а в следующий — уже мертва. Даже не поняв, что случилось. Я бы просто ушла! — Мои руки сжимаются в кулаки. Я так взвинчена, и хочу знать прямо сейчас.

— Точно. Мгновенная смерть. Без предупреждения. Без объяснения. Не знаю, как тебя, но меня это оскорбляет, и подозреваю, что меня где-то по крупному наебали.

Не в сиянии славы, не в эпической битве! Я умру, совершенно бессмысленной смертью. Хуже того, я даже не пойму, когда это случится. Сколько еще всего не испытано, сколького еще не случилось в моей жизни, а теперь меня ждет смерть, и потом я даже не пойму, что произошло? Мне представлялось, что Смерть — как финальный уровень видеоигры. И если то, что говорит Риодан правда, и я просто покроюсь льдом, то мне никогда не дойти до победного финиша. Я не перейду с пройденного уровня на второй, третий, и так — до последнего. Я хочу пройти финальный уровень, когда придет время. Я хочу ощутить его на вкус — все, даже смерть.

Я вдруг решаю выложиться на сто десять процентов в решении этой загадки. На полсотни больше умерших людей в сочетании с возможностью абсолютно бесславной кончины — мощная мотивация знаете ли. Великие дела совершаются не ради странички с твоим именем в учебнике по истории. Я перевариваю эту мысль и озвучиваю ее:

— Ну, во-первых, люди в твоем подклубе были немного заняты такими вещами, как их собственные пытки с последующими убийствами, так что не мудрено, если они не заметили, что стоят на пороге смерти — пусть даже неким иным неожиданным и странным способом — и, во-вторых, не могу сказать наверняка, как выглядит удивление на рылах Невидимых, но у меня отличная идея: давай я сгоняю вниз и замочу парочку прямо сейчас, тогда опытным путем мы сможем собрать какие-никакие данные для анализа. — Я не утруждаюсь упомянуть, что уже охотилась и прикончила с полдюжины разношерстных сегодня с утреца по дороге от сюда, и все равно не решила, как классифицировать выражения их физиономий в тот момент. Их мимика далека от нашей.

Когда он не утруждает себя ответом на мою глубокомысленную тираду, я повторяю:

— Три новых места? — Что, если «протечка» лишь разрастается? Там могли уже образоваться десятки новых очагов обледенения. И если так, то как, черт возьми, мы собираемся это предотвратить?

— Все три покрылись льдом прошлой ночью в пределах нескольких часов. Два из них уже взорвались.

Я вскакиваю на ноги:

— Нам пулей надо в третий, пока тот еще цел!

ДВЕНАДЦАТЬ Жизнь – это шоссе, Я хочу гнать по нему всю ночь[33]

Я в темпе улитки ползу по Лиффи-мосту.[34]

Ничего нового в последней «выставке ледяных скульптур» нам выяснить так и не удалось. Как и со всеми остальными, вскоре после нашего появления это место взлетело на воздух. Я едва оттуда стоп-кадром унесла ноги в сопровождении шрапнели из частей тел, по моим прикидкам состоящих из пальцев и лиц тех, кого я безуспешно пыталась спасти.

Новые скованные льдом очаги не имели ничего общего, за что можно было бы зацепиться. Двое из этих мест оказались, одними из множеств по всему городу, подпольными пабами, и фитнес-центр, в котором, посреди занятия йогой в центре множества хрустальных чаш, застыли три человека. Не, ну нормально? Кто сейчас заниматься йогой, в такое-то время!

И так, на сегодняшний день мы имеем: темницу в «Честере», склад на окраине города, два в черте города небольших паба и фитнес-центр. Люди, Невидимые, Королевские Стражники — где все сразу, где нет, поэтому, независимо от того, что происходит, очевидно, это не адресовано кому-то конкретно, например Риодану, или кому из остальных жертв. В каждом осмотренном мною месте, происходит, скорее, случайное, спонтанное событие.