Евгений Разин - История военного искусства (Том 1)

• Название: История военного искусства (Том 1)
• Автор: Евгений Разин
• Жанр: История

---

Боевые порядки римской и карфагенской армий были одинаковы: впереди стояла легкая пехота, за ней, в две линии - тяжелая пехота; конница построилась на флангах. Римляне особенно усилили правый фланг своего боевого порядка, построив здесь 4-5 тысяч нумидийской конницы. Карфагеняне выдвинули слонов и легкую пехоту вперед, а вторую линию боевого порядка расположили в 200 м за первой. Для борьбы со слонами карфагенян Сципион назначил специальных метальщиков.

Ганнибал решил сначала отвлечь с поля сражения римскую конницу, а затем окружить римскую пехоту. В случае неудачи этого маневра он предполагал отвести карфагенскую армию в укрепленный лагерь.

Первый этап боя - завязка боя слонами карфагенской армии.

Бой начали карфагеняне, бросив в атаку слонов. Но в результате действий римских метальщиков, а также производимого римлянами сильного шума с помощью труб и рожков слоны повернули обратно и внесли замешательство в ряды карфагенской пехоты и особенно в ряды конницы.

Второй этап боя - бой конницы.

Конница римской армии атаковала карфагенскую конницу и преднамеренным отходом отвлекла ее с поля боя.

Третий этап боя - маневр карфагенской армии с целью охвата флангов римлян и контрманевр римской армии.

Видя неудачные действия боевых слонов и конницы, Ганнибал решил охватить фланги противника силами своей пехоты. С этой целью он приказал выдвинуть из-за флангов вторую линию боевого порядка карфагенской армии. В ответ на этот маневр римляне сделали то же самое, и бой принял характер фронтального столкновения.

Четвертый этап боя - удар римской конницы в тыл армии карфагенян.

Римская конница, возвратившаяся на поле боя после преследования карфагенской конницы, атаковала с тыла боевой порядок карфагенян. Этот удар решил исход боя. Карфагенская армия была разбита. Ее потери составляли 10 тысяч человек. Ганнибалу удалось спастись бегством. Римляне потеряли всего 1500 человек.

В бою при Заме Ганнибал пытался восполнить невыгодное соотношение сил маневрированием, но для этого нужна была сильная конница, а ее карфагенская армия уже не имела. Превосходство в коннице было на стороне римлян, что главным образом и привело карфагенян к поражению. Структура армий воюющих сторон определялась в данном случае политикой союзников: Карфаген лишился нумидийского союзника, а римляне приобрели его и усилили свою армию хорошей нумидийской конницей.

В бою при Заме впервые было осуществлено эшелонирование боевого порядка, увеличившее маневренные возможности армии. Вторая линия тяжелой пехоты, расположения за первой, получила возможность маневрировать с целью выигрыша фланга или отражения фланговых и тыловых атак противника. Вторая линия боевого порядка получила тактическое назначение. Возросла глубина боевого порядка, увеличились возможности тактических комбинаций.

Римляне показали умение маневрировать и управлять боем, чего у них не было в сражении при Каннах. На маневр карфагенян они ответили контрманевром. Римская и союзная конница ударом с тыла решила исход боя. Как и при Каннах, конница наносила главный удар.

Окончание и итоги второй Пунической войны. В 201 году до н. э. Карфаген на тяжелых условиях заключил с римлянами мир, по которому- лишился всех своих владений вне Африки, выдал римлянам, весь свой флот и обязался в течение 50 лет выплатить 10 тысяч эвбейских талантов (24 миллиона рублей золотом). Карфагенскому господству на Средиземном море был нанесен сокрушителыний удар. Социально-экономическая основа римского рабовладельческого государства по сравнению с Карфагеном оказалась более жизнеспособной, более устойчивой. Обострение противоречий в Карфагене ослабило его военную мощь. Вследствие этого карфагенская армия в Италии не получила необходимой поддержки со стороны Карфагена. Ее стратегические резервы своей роли не сыграли.

Вопрос о союзниках являлся коренным вопросом второй Пунической войны. В результате ряда побед над римской армией карфагенянам удалось объединить против Рима Галлию, Иллирию, Македонию, часть островов Средиземного моря и многие племена на Апеннинском полуострове. Но сохранить антиримскую коалицию карфагеняне не сумели.

Главным объектом действий карфагенской армии была живая сила противника, но уничтожение живой силы не определяло перелома в ходе войны. Даже победа под Каннами не дала стратегических результатов. Ганнибал переоценивал тактические успехи и полагал, что они обеспечат ему победоносный исход войны. Он не сделал ни одной попытки развить тактический успех и превратить его в успех стратегический. В этом отношении Ганнибал проявлял медлительность и нерешительность. Когда он, наконец, двинул карфагенскую армию на Рим, рассчитывать на успех было уже поздно.

Ганнибал создавал для карфагенской армии стратегические базы в Иберии, Галлии и Италии и обеспечивал их стратегическими резервами, но сохранить эти базы на длительный срок не удалось. Начиная с третьего периода войны, основной стратегической целью римлян была борьба за то, чтобы лишить карфагенскую армию стратегических баз, нанося ей удары в глубоком тылу в Иберии и тем самым лишая ее возможности получать подкрепления. Римляне уничтожили и стратегические резервы карфагенян, прорвавшиеся в Италию.

Перенеся войну на территорию противника, карфагенская армия захватила стратегическую инициативу, но не смогла долго ее удерживать: уже в период, когда римской армией командовал Фабий Кунктатор, римляне вырвали стратегическую инициативу из рук карфагенской армии. Начиная с этого времени, карфагеняне вынуждены были подчинять свои действия воле римского командования. Даже решение на бой под Каннами исходило от римлян, а не от Ганнибала. Сципион же добился перемещения главного театра военных действий в Африку.

Стратегия римлян в первые периоды войны характерна отсутствием целеустремленности. Они наметили одновременно решить две задачи (в Африке и в Иберии), что привело к распылению сил и дало возможность карфагенской армии уничтожать римскую армию по частям (Треббия, Тразименское озеро, Каины). В решительном бою под Каннами римляне оставили в лагере 10 тысяч человек, которые должны были напасть на карфагенский лагерь. Такой способ действий снижал численное превосходство римлян над противником, которое они имели в бою под Каинами.

Во второй Пунической войне выявились преимущества системы римских вооруженных сил. Взамен неоднократно уничтожавшихся больших армий римляне быстро создавали новые и продолжали борьбу. Вооружение и организация римской армии оказались на уровне требований того времени.

Вторая Пуническая война была важным этапом в развитии тактики. В бою при Левктрах удар наносился одним наиболее сильным флангом; под Каннами средством окружения противника были оба фланга, усиленные за счет ослабления центра боевого порядка. Конница хорошо маневрировала и взаимодействовала с пехотой. Впервые в этой войне возникла тактическая глубина боевого порядка (бой при Заме): вторая линия тяжелой пехоты получила тактическое назначение. Средством маневра теперь была не только конница, но и эшелонированная в глубину пехота.

Оценивая вторую Пуническую войну, Дельбрюк извратил ее роль в развитии военного искусства, сведя все к тактике. "В крупных сражениях второй Пунической войны, - пишет он, - эта тактика ("специфически римская, манипулярная тактика") проявилась в последний раз в наибольшем масштабе, оказалась несостоятельной и недолговечной; и тогда произошел переход к новым формам тактики, стяжавшей Риму, благодаря ее высокому техническому совершенству, на протяжении двух поколений владычество над всем миром"{152}. Подобные умозаключения по меньшей мере несостоятельны. Разве могла даже самая совершенная тактика обеспечить Риму политическое господство? Дельбрюк все свел к тактическим формам, которые он рассматривает лишь с внешней стороны, не понимая их сущности. Истоками побед древнего Рима являлась не тактика, а экономика и политика.

Дельбрюк утверждал, что "стратегией Ганнибала руководил тактический момент - уверенность в победе над римлянами в открытом поле"{153}. Ганнибал понимал, что коренным вопросом войны был вопрос о союзниках. Оценивая истоки могущества Рима, он говорил: "Могущество Рима состоит не в его военной мощи, а в его способности разъединять противников". Не понял этого Дельбрюк и извратил связь стратегии и тактики, подчинив первую последней.

Пытаясь выяснить стратегическое содержание второй Пунической войны, Дельбрюк навязывал Ганнибалу свою схему стратегии измора. "Не будучи в силах совершенно разбить римлян и фазу же уничтожить их могущество, он (Ганнибал) повел войну так, чтобы взять их измором, расслабить их до того, что они добровольно примут предложенные условия мира. Стратегия становится политикой, а политика - стратегией"{154}. По словам Дельбрюка "Ганнибал не менял своей стратегии; он с самого начала был стратегом измора и остался им до конца"{155}. Ганнибал действительно не менял своей стратегии, но содержанием ее была борьба за союзников, а целью - победа над Римом. Извращает историю Дельбрюк и когда утверждает, что "подобно стратегии Фридриха стратегия Ганнибала была хотя и двухполюсной, но никогда не имела своей целью полное военное сокрушение неприятеля, как мы это видим у Наполеона и у Александра". Дельбрюк оторвал стратегию карфагенян от политической обстановки и поэтому не видел ее развития. В первый период войны карфагенская армия уклонялась от боя, и главное внимание Ганнибала было сосредоточено на создании промежуточной базы в Галлии. Во второй период карфагеняне стали наносить римлянам одно поражение за другим, что укрепляло их политическое положение и способствовало расширению антиримского союза. Но эти удары не сломили силу сопротивления рабовладельческой Римской республики. Римляне начали откалывать от карфагенян одного союзника за другим и в конце концов перенесли театр военных действий в Африку. Карфаген лишился последних своих союзников. Так изменялась стратегия в ходе войны, и эти изменения определялись изменением внутренней и внешней политической обстановки воюющих сторон. Дельбрюк же пытался втиснуть стратегию второй Пунической войны в свою убогую схему стратегии сокрушения и стратегии измора, игнорируя изменения политической обстановки в ходе войны, не понимая коренного вопроса войны, подчиняя стратегию тактике.