Ирина Якимова - Carere morte: Лишённые смерти

• Название: Carere morte: Лишённые смерти
• Автор: Ирина Якимова
• Жанр: Фэнтези

Carere morte — что это? Это значит: быть бессмертным, отказавшимся от смерти, лишённым смерти… Вампиром. Carere morte — господа Земли Страха, страны, возникшей и существующей, благодаря проклятию вампиризма. Её смертные жители свыклись с таким положением дел, даже охотники на вампиров не верят в возможность полного избавления от владычества carere morte. Мир Земли Страха кажется незыблемым, но появляется человек, обладающий странным Даром исцелять вампиров, — и всё меняется. Споры о Даре раскалывают и вампирскую цитадель, и оплот Ордена охотников. У Избранного — обладателя Дара, появляется защитница — вампирша, а его главной противницей оказывается ревностная охотница. Прежние противники объединяются в союзы, отчаявшиеся бросаются за помощью к злейшим врагам. Но Владыка вампиров уверен, что победа, как всегда, достанется ему…

Исправленный и окончательный вариант (по крайней мере, окончательный на ближайшие годы). По 1-му 2-му тому есть новые сцены.

---

Наступил вечер. Вампир покинул своё убежище, и тень его крыльев слилась с ночью, стала ночью. Он нёсся над городом, гонимый не голодом, но мыслями, трепещущий перед необходимостью принять судьбоносное решение, сгибающийся под тяжестью новых вопросов, которые оно несло.

Чёрным вихрем он пронёсся над брошенным жилищем вампирши Вако. Он задумал всю авантюру с Избранным не в последнюю очередь из-за Миры, из-за того взгляда, тёплого и затуманенного мечтой, которым она одаривала лишь одного — своего Винсента. Как смешно! Теперь Мира не имела власти над его сердцем. Убив Патрика, он думал убить и вампиршу, но остановился, представив, как её глаза наполнятся болью, когда он уничтожит её Драгоценного… Это стоило того, чтобы сохранить Мире жизнь ещё на одну ночь! Её предательство, конечно, было неожиданностью, но большей неожиданностью стало предательство Латэ. А Конор клялся ему, что крепко держит главу охотников в узде!

"Теперь Орден — помеха, а не подспорье на пути к Избранному. Пусть же основатели укажут Латэ его место!"

Гектор понимал, что, возможно, он опоздает или не сумеет отнять у них Избранного, но он предпочёл бы видеть Избранного мёртвым, чем видеть исцелённую им Миру. Даже сознание того, что этим он навеки погубит великий Дар, не останавливало его!

"Ты торопишься, слишком торопишься!" — мелькнула мысль и пропала.

Голод вампира меж тем разрастался, и движения Гектора стали нервными, рваными. Он жадно искал добычу, зная, что скоро придёт Страх… Улицы были пусты, а близ стоянки извозчиков его спугнули охотники. И вот он уже не искал, а просто бежал в ночь — от Страха, тенью преследующего его.

Гектор проклинал обмен кровью, когда-то связавший его и владыку Низших. Частица Конора, что была в нём, погибла вместе со своим хозяином и подарила Гектору незабываемое ощущение смерти. Пустой, бессмысленной и окончательной смерти carere morte. Если б он был слаб, он погиб бы тогда вместе с Валерием — от страха.

Он выдержал, но страх смерти теперь навсегда был с ним. В полночь, когда Высший пил чужую жизнь, Страх маятником качался над его головой, Страх пульсировал, словно ещё одно огромное сердце внутри. Небытие. Пустое, бессмысленное, окончательное. Пустота. Пустота-а-а…

Совсем отчаявшись, он поспешил в Карду. День в купе поезда Гектор провёл в тяжелом забытьи, которое сложно было назвать сном. В уме он перебирал возможные варианты действий, но возвращался всё к той же единственной дороге…

В Карде опять шли дожди. Серые камни мостовой металлически блестели. Гектор, пролетая над городом, посматривал в сторону замка Дэви, но на высокой башне пока не трепетало знамя с огненно-красным львом.

"Время есть… Есть!"

Он снизился над зданием театра, ступил на мостовую и скинул мокрую тень. Под косыми струями дождя ему полчаса пришлось ожидать окончания вечернего представления, но вот извозчики за его спиной заволновались, а двери театра впереди распахнулись. Показалась публика. Скоро Гектор оказался в центре богато разодетой толпы. Он озирался, ища знакомую усмешку и маленькие подпиленные острые клыки.

— Либитина! — потеряв терпение, крикнул он. — Где ты?! Покажись!

От него отшатнулись, как от сумасшедшего… Но в безликой толпе вампиру померещился знакомый блеск глаз Северного Кукловода. Да, та самая дама — мумия в изящной фарфоровой оболочке, улыбалась ему из толпы! Гектор бросился к ней, а марионетка Либитины уже скрылась, её расшитый золотом лёгкий плащ вздулся парусом и исчез. Вампир вздёрнул голову, ища крылатую тень в небе, но твари Либитины не было. Только большая чёрная птица на козырьке крыши театра склонила голову набок, насмешливо оглядела Гектора озорным чёрным глазом и хрипло каркнула.

"Она!"

Гектор преобразился. Он прекрасно помнил, как строго Дэви наказывает тех, кто пренебрегает в Карде простейшими правилами поведения, но Либитина не ждала: птица снялась с места и полетела куда-то к Патенсу.

Нагнать маленькую тварь вампиру всё не удавалось — птица Либитины была сверхъестественно быстра и бросалась то вниз, то вверх, ловко играя с ветром. А Гектор пару раз чуть не расшибся о стены домов. "Куда она ведёт его? Может быть, в ловушку?" — эта мысль мелькнула и пропала. Главным сейчас было — догнать.

Птица ринулась вниз и у самой земли растаяла в тени дома. Исчезла. Из тьмы вынырнуло новое воплощение Нефандуса — кукла-подросток. Новый этап погони — бег по улицам. Иногда кукла оборачивалась и заливисто смеялась над неловким преследователем. Она была также сверхъестественно быстра и ловка. Гектор несколько раз протягивал руку, но ухватить развевающийся черный плащ не успевал. Редкие прохожие шарахались в стороны, жались к стенам домов, завидя их, а уже через десять минут соглашались считать двух странных существ сном, ночной иллюзией… — сильны чары вампирской цитадели!

Они выбежали к Нижнему мосту. Кукла, очертя голову, ринулась с моста в реку, Гектор — за ней, едва успев на ходу накинуть крылатое обличье. Но из-под арки моста вылетела уже другая тварь Нефандуса: снова птица, невесть, как попавшая в северный город, чайка…

Патенс — и снова смена облика: теперь стая бродячих собак. Они неслись страшными, фантастическими, невозможными скачками, лапы едва касались земли. Гектор начал отставать.

— Либитина! — крикнул он измученно. Твари не останавливались.

"Чего она добивается? Она? Она! Да, несомненно, она! Северный Кукловод всё-таки женщина, узнаю! Вероломство, хитроумие, бесконечные капризы и какая-то потрясающая бессмысленность действий…"

Вампир уставал. Он чувствовал, скоро ему понадобится чужая жизнь. Возможно, целиком… Он жадно прислушивался к биению чужих сердец вокруг — в домах, на улицах, в подвалах, в кронах деревьев. Стая собак неслась трущобами Сальтуса. Гектор на бегу перехватил крысу с мусорной кучи, не побрезговав, выпил до капли, но этого так мало для Высшего вампира! Он сунулся было к бездомному, не упуская из виду стаю, и отшатнулся, вскрикнув. Это нищий был куклой Нефандуса, он смеялся над вампиром, показывая маленькие подпиленные клыки. И в тусклое окно ближайшего дома застучала какая-то тварь, лишь смутно похожая на человека. Она хохотала и показывала ему язык. Это также была кукла Нефандуса…

"Весь город мой — это ты хочешь показать?!"

Стая скрылась за поворотом… Гектор не побежал за тварями Кукловода. Довольно! Он не позволит делать себя марионеткой! Он показал твари в окне язык и засмеялся, но смех тут же оборвался. Из тьмы грязного переулка выступила высокая фигура в плаще охотника, молнией сверкнул серебряный меч. Гектор не успел преобразиться. Лезвие меча рассекло тонкую тень чудовищного обличья, прежде чем крылья вампира обрели окончательную форму. Серебро разрезало и одежду, и глубоко погрузилось в грудь. Потом охотник изменил направление удара: лезвие меча прошило Гектора насквозь и вошло в расщелину между кирпичами ближайшего дома, пригвоздив вампира к стене.

Страх парализовал вампира прежде серебра в сердце. В странном оцепенении Гектор смотрел, как охотник достаёт из ножен кинжал, маленькой серебристой рыбкой сверкающий в лунном свете. Страх смерти, преследующий его с ночи гибели Конора, восстал огромным призраком и заслонил собой весь мир. Если б охотник ударил сейчас, вампир истлел бы в мгновение ока, Гектору казалось, он уже ощущает жжение проклятия, текущего по его жилам… Но охотник почему-то медлил. Он снова спрятал кинжал, приблизился к вампиру, проницательно поглядел глаза в глаза и, увидев его лик — лик своей смерти, Гектор вскрикнул: крик не ужаса — удивления. Этот охотник был ему знаком. Но… вампир убил его, много лет назад, его мечом он снёс голову Патрику… Откуда он здесь?..

— Кукла! — крикнул он и захохотал. — Ну, Либитина, это была твоя лучшая шутка!

Охотник отступил, выдернул меч из тела вампира. Гектор теперь даже не почувствовал боли. Страх ушёл, он весь был — удивление.

— Хорошо же ты меня знаешь, — проговорил он, изучая Либитину, представшую ему в обличье охотника. — Но откуда? Кто рассказал?

— Я знаю о тебе больше, чем ты сам, — кратко сказала кукла.

— Тот же голос, интонация… Ты великолепный подражатель!

— Хозяину полагается знать всё о своих куклах, — охотник ловко подцепил кончиком меча ещё одну крысу и швырнул её вампиру. — Подкрепись, тебе нужно восстановиться.

— В таком случае… ты знаешь и о моей столичной кампании?

К его неудовольствию, кукла не ответила, только покачала головой:

— Как сильно ты боишься, Гектор Долус! Страх погубит тебя…

Гектор глубоко вздохнул. Страх ушёл, но воспоминание о нём по-прежнему обжигало стенки сосудов изнутри. Проклятие carere morte — грязь и залог их вечности… Как избавиться от него, оставшись бессмертным?

— Мне нужно не пророчество, а совет, — он постарался спокойно смотреть кукле в глаза. — Дэви возвращается, а у меня нет оружия против него. Я хочу забрать Избранного себе, но для этого…