Анна Белкина - Туристы. О путешествиях во времени.

• Название: Туристы. О путешествиях во времени.
• Автор: Анна Белкина
• Жанр: Научная Фантастика

О путешествиях во времени.

---

- Ч-чего аларм-частоту занял? - выдохнул Сенцов Репейнику и потянулся за пультом, чтобы переключить свой новый телевизор с канала "Интер" на игрек-спутник.

- А, так! - хохотнул Репейник. - Позвонишь тебе на простой - так ты и трубку не снимешь, спать будешь... в ботинках! Всё, брат, приятного просмотра!

Репейник сделал ручкою и исчез с горизонта, сделав видеотелефон тихим и тёмным. Как хорошо, когда он тих и тёмен! И сколько можно припоминать Сенцову сон в ботинках??? Небось, Репейник так не устаёт на работе пробойщика, как уставал Сенцов, будучи милицейским оперативником!

- Чёрт! - снова чертыхнулся Константин и прилепил на экран телефона жвачку - как раз в том месте, где минуту назад глаголил Репейник.

- На́ тебе! - усмехнулся Сенцов и уселся перед телевизором - смотреть, как находят его условный труп.

Константин увидал на экране своего игрек-телевизора уединённую тихую речку - узкую такую, заключённую в беспорядочные бетонные плиты давным-давно сломанной набережной. Тут не ходили люди, не тревожили одиночество здешней природы, и всё здесь было, есть и всегда будет таким уединённым, спокойным...

Мерно покачивались на несильном ветру высокие речные травы. Где-то там, среди них заливисто квакали лягушки, в воздухе проскакивали мелкие птички.

Константин отлично знал это место, заброшенное, дикое, даже зловещее: за шлюзом Кальмиусского водохранилища, где речка постепенно превращается в извилистый тонкий ручеёк. По берегам его произрастают дикие дебри, про которые в народе ходят пугающие легенды. Константин часто слышал от своей суеверной соседки тёти Нины, что там, в дебрях, бесследно теряются люди и бродят неведомые звери, которые, якобы, пролезают из параллельного мира через паранормальные ворота... Сам Сенцов, будучи оперативником не раз выезжал в эти места, когда тут находили чей-нибудь труп...

В этот солнечный день тут снова нашли труп - некий грибник, который выискивал в здешних зарослях грибы, которые и есть-то нельзя, случайно увидал в неглубоких мутных водах человеческое тело, и тут же позвонил в милицию. Константин Сенцов утопал в неприлично мягком диване и видел служебную машину, из которой грузно выбирались сонные Федор Федорович, Крольчихин, Овсянкин и сержант Казачук, таща за собою видеокамеру. Кроме них тут уже собралась небольшая толпа: местный участковый с помощниками, врачи и санитары, грибник этот топчется, показывая пальцем вниз, под свои ноги, закованные в высокие резиновые сапоги. Константин по инерции посмотрел туда, куда он показывает. А там, на мокром и грязном, покрытом тиною пологом бережке лежал человек с аккуратно простреленной дыркою прямо во лбу. На его неподвижном распластанном теле Константин сразу узнал свою одежду: свои любимые джинсы, свою красную футболку и свою же куртку, которую он обычно надевал, отправляясь на работу. На кануне он отдал их Звонящей: и джинсы, и куртку и футболку - а теперь они натащены на этого убиенного незнакомца, которого выловили из Кальмиуса, положили сюда, на бережок и обступили, разглядывая. Константин нажал кнопку "приближение", чтобы хорошенечко разглядеть лицо того, кого оп решил выдать за него, Сенцова. Так, причёска его - незнакомца даже успели постричь - точь-вточь так же, как был пострижен Сенцов. Константин даже удивился, настолько точно неизвестный парикмахер из опа скопировал его отросшую стрижку... Наконец-то Сенцов смог увидеть лицо. Нос, брови, уши... Константин даже испытал шок: на грязном берегу лежал не некто незнакомый, отдалённо похожий, а он сам, Константин Сенцов - застреленный, утопленный и уже посиневший! До боли знакомый криминалист Овсянкин дрожащими руками обыскивал карманы сенцовской куртки. Он что-то нашёл, извлёк на свет и показал в камеру, которую держал сержант Казачук. Через игрек-спутник Сенцов отлично видел, что в кармане условного трупа Овсянкин обнаружил его милицейское удостоверение, которое Константин тоже отдал Звонящей. Бисмарк подбросил убиенному это потрёпанное удостоверение, а Овсянкин повертел его перед камерой Казачука и положил в пакет для вещдоков. Другой рукою криминалист нащупал в промокшем кармане что-то ещё, и тоже вытащил, показывая в камеру. На этот раз Овсянкин обнаружил паспорт. Не какой-нибудь, а его, сенцовский паспорт, который Константин, ещё будучи подростком семнадцати лет, случайно облил напитком "Спрайт".

Федор Федорович перехватил у Овсянкина этот паспорт, приблизил к глазам, потом - протянул Крольчихину, который нервно топтался прямо над условным трупом с таким выражением на лице, из-за которого казалось, что он сейчас укусит локоть. Топчась, следователь не замечал, как по скользкому илу съезжает к воде, и спохватился только тогда, когда его правый ботинок окунулся так, что речная вода промочила ногу насквозь.

- Чёрт бы всё это сожрал! Чёрт! Чёрт! - свирепо зарычал он, высоко подпрыгнув. - Туристы чёртовы!

Увидав, что Федор Федорович протягивает ему сенцовский паспорт, Крольчихин схватил его, полистал, вытаращив глаза, злобно чертыхнулся и затолкал паспорт в другой пакет. Со стороны, как если бы Константин смотрел кино, это могло бы показаться комичным, если бы не было так жутко... Даже для Сенцова, который по-настоящему жив... Всякие там околонаучные фантасты говорят, что душа наблюдает сверху за умершим телом - так и Константин наблюдал сейчас за своим условным трупом, испытывая почти что мистический ужас.

- Увозите! - громко распорядился Крольчихин и отошёл на низкий пригорок, к огромной толстой иве, чьи длинные ветви, усеянные узкими листочками, опускались к самой мутной воде. Опершись рукою о её толстый ствол, не так давно перетерпевший удар молнии, следователь отвернулся ото всех и принялся пустыми глазами смотреть, как тонкая речка, извиваясь, огибая упавшие деревья, несёт грязноватые свои волны в туманную неизвесноть...

Два санитара проворно погрузили якобы сенцовское тело на каталку, быстренько вкатили в салон микроавтобуса с красными крестами на боках и захлопнули дверцы. Всё, теперь Константин Сенцов официально отправился в морг. Скорее всего, он сделается пациентом врача Мышкина, а потом - ему выдадут свидетельство о смерти - не условное, а самое настоящее, последний документ, который навсегда вычеркнет Константина из списка живых...

- Ну, как, брат Старлей, понравилось? - весёлым голосом осведомился Репейник, возникнув на экране сенцовского "супертелика", как только его условный труп повезли в морг.

- Аг-га... - кивнул Сенцов, слегка ошарашенный увиденным. - Э-э-э, Репейник, ты можешь сказать, кто это был?

- У меня от родни нет секретов! - хохотнул Репейник, уплетая пирожок. - Это маньяк. Вернее, был маньяк, задушил сорок две торговки с рынка. Водился в городе Серпухов, Российская Федерация, официально работал мусорщиком, в две тысячи пятом году пойман опом! Тридцать лет, ФИО - Кусков Иван Иваныч, кличка - Хлам. Понравился?

- Поразительно... - выдавил из себя Сенцов. - Меня от него мать родная не отличит...

- Мы старались! - с гордостью заявил Репейник. - Ты видал, Старлей, как чисто получилось: мы никого "лишнего" не законопатили, а нашли тебе маньяка! Круто?

- Круто! - согласился Сенцов, а на душе у него отлегло: как хорошо, что из-за него не пострадал невинный человек, а маньяка того Сенцов бы сам задушил. Но облегчение быстро сменилось гнётом депрессии: теперь, когда нашли труп этого Кускова-"Хлама" - он перестал быть привычным для себя Константином Сенцовым, перестал принадлежать своему привычному миру и навсегда выпал из Катиной жизни... Привычный мир и жизнь по-сенцовски особо не жалко: а что он сделал, живя по-сенцовски? Ничего, только спал в ботинках... Жалко только Катю... На миг в голове Сенцова родилось видение: Катя не признаёт в Хламе Сенцова... Но это невозможно: Хлам похож на него, как две капли воды, сам Сенцов узнал бы в нём себя...

- Старлей! - Сенцов так погряз в своих мыслях, что голос Репейника показался ему громогласным рыком хищного зверя.

- Ай! Ой! - взвизгнул Константин, вздрогнув так, будто бы на него действительно, скачками нёсся лев.

- Ты чего? - удивился Репейник. - Не рад, что ли?

- Рад... специфичеки... - выжал из спёртой груди Сенцов. - Просто... я не каждый день умираю...

- Бывает! - согласился Репейник и весело подмигнул Сенцову левым глазом. - Ну, что, брат, спи спокойно, теперь тебя искать никто не будет!

Глава 98.

Закат "Звезды".

Внутри здесь всё было так, как написал в своём отчёте покойный Сенцов. Крольчихин поглазел немного на исторические фотографии и глупые плакаты, которые теперь могли служить лишь сувенирами, и генеральским шагом продвинулся вперёд, туда, где под табличкой "Книга регистрации" лежала на столике общая тетрадь. Схватив её, следователь быстро перелистал страницы, обнаружил одни лишь дурацкие клички и со злостью швырнул терадку назад.

- Вон он сидит! - негромко произнёс Крольчихин, кивнув головою в ту сторону, где в тесной комнатке сидел за столом тип в кепке болотного цвета, надвинутой на самый нос. Из-за громкой военной музыки, которая лилась из колонок старого музыкального центра этот тип не слышал, что к нему пожаловали гости. Он торчал из-за стола и раскладывал перед собою какие-то потемневшие от времени медали, записывая каждую из них в амбарную книгу.