» » » » Владимир Маяковский - Стихотворения (1926)
Авторские права

Владимир Маяковский - Стихотворения (1926)

Здесь можно скачать бесплатно "Владимир Маяковский - Стихотворения (1926)" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Поэзия, издательство Правда, год 1978. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Владимир Маяковский - Стихотворения (1926)
Рейтинг:
Название:
Стихотворения (1926)
Издательство:
Правда
Жанр:
Год:
1978
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Стихотворения (1926)"

Описание и краткое содержание "Стихотворения (1926)" читать бесплатно онлайн.








Владимир Маяковский

СТИХОТВОРЕНИЯ

1926

КРАСНОДАР

Северяне вам наврали
о свирепости февральей:
про метели,
                   про заносы,
про мороз розовоносый.
Солнце жжет Краснодар,
словно щек краснота.
Красота!
Вымыл все февраль
                                 и вымел —
не февраль,
                   а прачка,
и гуляет
              мостовыми
разная собачка.
Подпрыгивают фоксы —
показывают фокусы.
Кроме лапок,
                    вся, как вакса,
низко пузом стелется,
волочит
             вразвалку
                             такса
длинненькое тельце.
Бегут,
          трусят дворняжечки —
мохнатенькие ляжечки.
Лайка
          лает,
                  взвивши нос,
на прохожих Ванечек;
пес такой
                уже не пес,
это —
          одуванчик.
Легаши,
             сетера́,
мопсики, этцетера́.
Даже
        если
                пара луж,
в лужах
             сотня солнц юли́тся.
Это ж
          не собачья глушь,
а собачкина столица.

СТРОГО ВОСПРЕЩАЕТСЯ

Погода такая,
                     что маю впору.
Май —
            ерунда.
                        Настоящее лето.
Радуешься всему:
                              носильщику,
                                                  контролеру
билетов.
Руку
       само
               подымает перо,
и сердце
              вскипает
                            песенным даром.
В рай
         готов
                  расписать перрон
Краснодара.
Тут бы
           запеть
                      соловью-трелёру.
Настроение —
                        китайская чайница!
И вдруг
             на стене:
                           — Задавать вопросы
                                                         контролеру
строго воспрещается! —
И сразу
             сердце за удила́,
Соловьев
                камнями с ветки.
А хочется спросить:
                                — Ну, как дела?
Как здоровьице?
                           Как детки? —
Прошел я,
                 глаза
                           к земле низя́,
только подхихикнул,
                                 ища покровительства.
И хочется задать вопрос,
                                        а нельзя —
еще обидятся:
                       правительство!

СЕРГЕЮ ЕСЕНИНУ

Вы ушли,
               как говорится,
                                      в мир иной.
Пустота…
                 Летите,
                              в звезды врезываясь.
Ни тебе аванса,
                          ни пивной.
Трезвость.
Нет, Есенин,
                    это
                          не насмешка,—
в горле
            горе комом,
                               не смешок.
Вижу —
             взрезанной рукой помешкав,
собственных
                     костей
                                качаете мешок.
— Прекратите!
                        Бросьте!
                                      Вы в своем уме ли?
Дать,
         чтоб щеки
                          заливал
                                        смертельный мел?!
Вы ж
        такое
                загибать умели,
что другой
                 на свете
                               не умел.
Почему?
              Зачем?
                          Недоуменье смяло.
Критики бормочут:
                              — Этому вина
то
    да сё,
              а главное,
                              что смычки мало,
в результате
                     много пива и вина.—
Дескать,
              заменить бы вам
                                          богему
                                                      классом,
класс влиял на вас,
                                и было б не до драк.
Ну, а класс-то
                       жажду
                                 заливает квасом?
Класс — он тоже
                           выпить не дурак.
Дескать,
             к вам приставить бы
                                              кого из напосто́в —
стали б
             содержанием
                                   премного одарённей:
Вы бы
          в день
                    писали
                                строк по сто́,
утомительно
                     и длинно,
                                    как Доронин.
А по-моему,
                   осуществись
                                        такая бредь,
на себя бы
                  раньше наложили руки.
Лучше уж
                от водки умереть,
чем от скуки!
Не откроют
                  нам
                        причин потери
ни петля,
               ни ножик перочинный.
Может,
           окажись
                        чернила в «Англетере»,
вены
        резать
                   не было б причины.
Подражатели обрадовались:
                                              бис!
Над собою
                 чуть не взвод
                                       расправу учинил.
Почему же
                 увеличивать
                                      число самоубийств?
Лучше
           увеличь
                         изготовление чернил!
Навсегда
               теперь
                          язык
                                  в зубах затворится.
Тяжело
            и неуместно
                                разводить мистерии.
У народа,
               у языкотворца,
умер
        звонкий
                     забулдыга подмастерье.
И несут
            стихов заупокойный лом,
с прошлых
                  с похорон
                                  не переделавши почти.
В холм
            тупые рифмы
                                   загонять колом —
разве так
               поэта
                        надо бы почтить?
Вам
       и памятник еще не слит, —
где он,
           бронзы звон
                               или гранита грань? —
а к решеткам памяти
                                 уже
                                       понанесли
посвящений
                    и воспоминаний дрянь.
Ваше имя
                в платочки рассоплено,
ваше слово
                   слюнявит Собинов
и выводит
                 под березкой дохлой —
«Ни слова,
                 о дру-уг мой,
                                      ни вздо-о-о-о-ха».
Эх,
     поговорить бы и́наче
с этим самым
                      с Леонидом Лоэнгринычем!
Встать бы здесь
                          гремящим скандалистом:
— Не позволю
                       мямлить стих
                                              и мять! —
Оглушить бы
                      их
                           трехпалым свистом
в бабушку
                 и в бога душу мать!
Чтобы разнеслась
                             бездарнейшая по́гань,
раздувая
              темь
                      пиджачных парусов,
чтобы
          врассыпную
                              разбежался Коган,
встреченных
                    увеча
                             пиками усов.
Дрянь
          пока что
                       мало поредела.
Дела много —
                       только поспевать.
Надо
        жизнь
                  сначала переделать,
переделав —
                     можно воспевать.
Это время —
                     трудновато для пера,
но скажите
                 вы,
                      калеки и калекши,
где,
      когда,
               какой великий выбирал
путь,
        чтобы протоптанней
                                        и легше?
Слово —
               полководец
                                  человечьей силы.
Марш!
          Чтоб время
                             сзади
                                      ядрами рвалось.
К старым дням
                        чтоб ветром
                                            относило
только
           путаницу волос.
Для веселия
                    планета наша
                                          мало оборудована.
Надо
        вырвать
                     радость
                                  у грядущих дней.
В этой жизни
                     помереть
                                    не трудно.
Сделать жизнь
                        значительно трудней.

МАРКСИЗМ — ОРУЖИЕ, ОГНЕСТРЕЛЬНЫЙ МЕТОД


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Стихотворения (1926)"

Книги похожие на "Стихотворения (1926)" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Владимир Маяковский

Владимир Маяковский - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Владимир Маяковский - Стихотворения (1926)"

Отзывы читателей о книге "Стихотворения (1926)", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.