Владимир Игнатов - Доносчики в истории России и СССР

• Название: Доносчики в истории России и СССР
• Автор: Владимир Игнатов
• Издательство: Вече
• Жанр: История
• Год: 2014
• ISBN: 978-5-4444-1632-7

Такое специфическое и неоднозначное явление как доносительство было известно с библейских времён и дошло до наших дней. Доносы часто приводили к трагическим последствиям, и это сформировало в обществе негативный образ доносчик!.. В новой книге В.Д. Игнатова изложены история, типология и проявления доносительства на разных этапах развития государства. Показаны причины, особенности и последствия доносительства в постреволюционной России и СССР.

---

Дополнительная проверка граждан, вернувшихся к месту жительства, осуществлялась проверочно-фильтрационными комиссиями (ПФК), созданными в районах, подвергшихся фашистской оккупации, при всех райотделах, в других регионах страны — при областных управлениях НКВД (с 1946 г. — МВД). В районные ПФК входили оперативные работники милиции и госбезопасности. Возглавлял комиссию начальник отдела НКВД-МВД. Лишь после подписание им заключения о результатах фильтрации проверка считалась завершенной, а репатриант получал постоянный паспорт{257}.

Основную информацию о «фильтруемых» работники контрразведки получали во время допросов «контингента» и из донесений осведомителей, вербуемых в лагере. Агенты ловили каждое слово «фильтруемых» и доносили до сведения оперуполномоченных. В качестве примера приведем несколько высказываний, зафиксированных осведомителями в проверочно-фильтрационном лагере НКВД СССР № 0308 в Тульской области при одной из угольных шахт.

Работавший при оккупации сторожем склада в лесхозе уроженец Курской области Мартынцев на требование подписаться на заем сказал: «При советской власти, когда проводят подписку на заем, то берут за горло. Когда проводят собрание, а ты будешь голосовать против, то тебя сразу заберут в НКВД. При немцах ничего этого не было».

Двое «фильтруемых», не выполнившие нормы на рытье котлована, «там же в группе других рабочих из спецконтингента заявили: «У немцев легче было работать за 100 г хлеба, чем в Советском Союзе за 600 г»..

«Латышев Александр Васильевич, 1919 года рождения, уроженец Воронежской области, сержант, 5 классов образования, сказал: “Скоро мы пойдем на мясорубку, уже с Косой Горы 24 л/отд. взяли 200 человек, вот так и нас заберут, переоденут, винтовку в зубы и на фронт, на передовую, в запечатанных вагонах, а там известно, как с “нашим братом” поступят, заставят штурмовать, идти прямо в огонь, а сзади будут контролировать, попробуешь отстать — пулю в лоб получишь!”»

«30.05.44 года бывший военнослужащий Горбачев Петр во время чтения газеты “Правда”, где была опубликована сводка Совинформбюро о взятии нашими войсками больших трофеев, говорил, что это все неправда и наша печать врет и преувеличивает настоящее количество».

Бывший военнослужащий Ильин заявил: «Нам разъяснили, что в плен сдаваться нельзя, а надо стреляться, а сами повыдвигались. Генерал армии Малиновский, это я хорошо знаю, под Харьковом в 1941 году около 85 тысяч нашего “брата” сдал немцам, а сейчас, видишь, командующий армией. А нас дураков сюда собрали и держат за проволокой, сказали бы, в чем мы виноваты…»{258} Кроме агентов-осведомителей, для разоблачения фашистских пособников использовались агенты-опознаватели, которые вербовались из числа разоблаченных или явившихся с повинной вражеских разведчиков и диверсантов, хорошо знавших в лицо готовившихся к переброске или уже действовавших в советском тылу немецких агентов, а также карателей и пособников из фашистских концлагерей. Агенты-опознаватели в сопровождении контрразведчиков посещали фильтрационные лагеря и другие местах скопления людей: вокзалы, рынки, столовые, театры и т.п. Им также показывали фотографии в паспортных столах милиции и в отделах кадров различных предприятий и учреждений.

АГЕНТУРА В НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКОМ ПОДПОЛЬЕ (НА ПРИМЕРЕ ЗАПАДНОЙ УКРАИНЫ)

Когда весной 1944 года Красная Армия освободила часть Западной Украины, советские власти сразу же столкнулись с многочисленными и хорошо вооруженными формированиями организации украинских националистов (ОУН). Хотя Украинская повстанческая армия (УПА) официально объявила войну и большевикам, и немцам, тем не менее немцы с августа 1943 по сентябрь 1944 года передали УПА 700 орудий и минометов, около 10 000 пулеметов, 26 000 автоматов, 72 000 винтовок, 22 000 пистолетов, 100 000 гранат, свыше 12 000 000 патронов и много другого имущества{259}.

Четыре группы в составе УПА — северная, южная, восточная и западная, имели в своем составе от 3—4 до 5—6 куреней (батальонов) каждая, насчитывающих до 300—400 человек. Курень делился на сотни до 130 человек в каждой, сотни на «четы» (взводы) по 40 человек, а каждая чета — на три роя (отделения) по 10— 15 человек, а каждый рой — на два звена. Общая численность обученных формирований УПА на 1944 год оценивалась немцами в 100—200 тысяч человек. По заявлениям самих украинских националистов она доходила до 400 000 и даже до 1 000 000 человек{260}.

Советские источники называли численность повстанцев в 90—100 тыс. чел. Некоторые исследователи считают число 90 тыс. сильно заниженным, что подтверждают недавно обнародованные секретные советские документы. Поданным НКВД УССР, за период с февраля 1944 по 01.01.1946 в результате борьбы с УПА 103 313 «бандитов» было убито, ПО 785 — задержано, 15 959 — арестовано и 50 000 пришло «с повинной», что в сумме составляет около 280 тыс. чел. Даже с учетом того, что в это число попали люди, не причастные к деятельности УПА, все равно ее численность значительно превышала 90 тыс. человек.

Одной из главных форм борьбы ОУН был террор как в отношении военнослужащих и представителей власти, так и местных жителей, поддерживающих власть. После освобождения Ровенской, Волынской и Тернопольской областей отряды УПА стали нападать на обозы и отдельные группы военнослужащих Красной Армии, совершать террористические акты против советских работников и противодействовать мероприятиям органов власти. Так бандеровцами из групп «Олег» и «Черноморец» 29 февраля 1944 года было совершено нападение на командующего 1-м Украинским фронтом Н.Ф. Ватутина, который 15 апреля скончался от полученных ран.

Для борьбы с вооруженными формированиями украинских националистов НКВД были приняты экстренные меры.

В дополнение к имевшимся 4 бригадам внутренних войск НКВД (10 000 чел.) и 4 пограничным полкам по охране тыла (4000 чел.) в Ровенскую и Волынскую области были направлены 2 дивизии, 4 бригады, 1 кавалерийский полк и 1 танковый батальон войск НКВД общей численностью 28 000 человек.

Для организации чекистско-оперативных мероприятий на Украину прибыли заместители наркома внутренних дел С.Н. Круглов и И.А. Серов с группой квалифицированных работников НКВД-НКГБ СССР. Было создано 7 оперативных войсковых групп в городах Луцк, Ровно, Сарны, Гоща, Костополь, Острог и Домбровица.

Дальнейшее обострение борьбы с национальным подпольем произошло после того, как Красная Армия освободила остальные области Западной Украины: Львовскую, Дрогобычскую, Станиславскую и Черновицкую.

В составе формирований УПА кроме украинцев воевали и бывшие военнопленные других национальностей. Так, в донесении наркома внутренних дел УССР B.C. Рясного о ликвидации 27 ноября в Тернопольской области остатков куреней «Романа» и «Ястреба» сообщалось: «Среди убитых много казахов, узбеков и русских»{261}.

Одним из мероприятий по ликвидации базы националистического подполья была мобилизация молодежи призывного возраста в Красную Армию. На этот период и пришелся пик вооруженных антисоветских выступлений. С 10 августа по 5 сентября 1944 года было проведено 853 чекистско-войсковых операции. Во всех районах Львовской области и прикарпатских районах Станиславской, Дрогобычской и Тернопольской областей была проведена сплошная проверка населенных пунктов и прочесывание лесных массивов. Операции проводились силами внутренних и пограничных войск НКВД, войск НКВД по охране тыла 1-го и 4-го Украинских фронтов, милиции и оперативного состава НКВД. О масштабах проводимых мероприятий можно судить по операции по очистке Рава-Русского, Угновского, Магеровского, Немировского и Яворовского районов Львовской области. В этой операции с 22 по 27 августа участвовали шесть пограничных полков войск по охране тыла 1-го Украинского фронта, пять пограничных отрядов войск Украинского пограничного округа и три полка (два стрелковых и один кавалерийский) Красной Армии, специально выведенные на период операции с передовой{262}.

В результате проведенных операций было убито 11 076 и захвачено живыми 10 892 человека (в числе убитых и раненых оказалось 126 немцев), задержано 9304 человека, уклоняющихся от призыва в Красную Армию.

Другим действенным средством лишить повстанцев поддержки населения было выселение их семей и всех сочувствующих. 14 марта 1944 года нарком внутренних дел СССР Л.П. Берия писал в ГКО: «Семьи оуновцев, находящихся на нелегальном положении или участвующих в бандах, а также осужденных за активную антисоветскую работу, берутся на учет для выселения их в восточные районы СССР. Также будут выселены жители тех населенных пунктов, из которых большая часть мужского населения находится в бандах, а жители этих населенных пунктов оказывают бандитам помощь продовольствием и укрывают их». Большое количество арестованных привело к переполнению тюрем в западных областях Украины и Белоруссии. Для решения этой проблемы заместитель наркома внутренних дел СССР С.Н. Круглов и заместитель наркома государственной безопасности СССР Б.З. Кобулов подписали 15 марта 1945 года совместную директиву № 40/42сс. В ней говорилось: «В целях разгрузки тюрем УССР, БССР часть следственных, арестованных органами НКВД/НКГБ указанных республик из числа бывших немецких ставленников, полицейских, помещиков, участников националистических организаций, лиц, уклоняющихся от службы в Красной Армии и других антисоветских элементов, направляется в лагеря НКВД, расположенные на территории Коми АССР, Архангельской, Свердловской, Кировской и Куйбышевской областей. Окончание следствия по делам этих арестованных возлагается на НКВД/НКГБ, УНКВД/УНКГБ по месту расположения лагерей». Следствие было предписано закончить в двухмесячный срок с момента прибытия арестованных в лагерь, а законченные дела направлять в Особое совещание при НКВД СССР.