Дэн Абнетт - Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I

• Название: Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2014

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Гор отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Гор нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Гор готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга создана в Кузнице книг InterWorld'а.

http://interworldbookforge.blogspot.ru/. Следите за новинками!

---

Процессию замыкали несколько новых рыцарей и даже некоторые из претендентов, так что отряд представлял собой срез всех слоев Ордена.

— Странная группа для охоты в глуши, как ты считаешь? — спросил Немиэль.

— Согласен, — ответил Захариэль. — Вероятно, Лев захотел, чтобы в последней охоте приняли участие не только старшие рыцари, но и представители всех остальных рангов.

— Ты считаешь нас с тобой старшими рыцарями?

— Нет, — сказал Захариэль. — Я думаю, что мы — представители молодого поколения, которым предстоит внести свой вклад в развитие Ордена.

— Ты уже сделал это, юный Захариэль, — вмешался едущий во главе колонны Лев. — Не забывай, у меня очень тонкий слух. Ты здесь благодаря нашему с тобой братству.

— Да, мой лорд, — ответил Захариэль.

Вслед за Львом он выехал на просторную поляну перед скалой из ослепительно-белого камня, возвышавшейся с левой стороны от всадников. С вершины скалы широким каскадом падали струи воды и рассыпались по бурлящей поверхности широкого бассейна. Со всех сторон поляну окружала буйная растительность, и душа Захариэля наполнилась спокойствием, хотя до этого момента он и не подозревал, какая там зияла пустота.

— Да, это то самое место, — сказал Лев, по-прежнему оставаясь впереди всей процессии.

Он развернул коня — самого мощного из всех выращенных в конюшнях Калибана — и обратился к своим воинам, уже выехавшим на поляну перед водопадом:

— Вы все оказались здесь потому, что, как правильно предположил Захариэль, я решил: при окончании нашей грандиозной миссии должны присутствовать представители всех рангов Ордена.

От такой личной похвалы Захариэль не смог удержаться от смущенного румянца, окрасившего его щеки.

— Калибан принадлежит нам, — провозгласил Лев, и Захариэль вместе со всеми приветствовал это заявление гроссмейстера Ордена восторженными выкриками.

— Мы сражались и проливали кровь на протяжении долгих десяти лет, и каждому из нас довелось потерять на этом пути немало друзей и боевых товарищей, — продолжал Джонсон. — Но мы стоим на пороге величайшего триумфа. Мы достигли всего, за что боролись. Мы не допустили ошибок — и цель достигнута. Победа теперь наша.

Лев широко распростер руки:

— Братья мои, перед нами сверкает рассвет золотого века. Я видел его в своих мечтах — золотое время новых и удивительных свершений. Мы вот-вот вступим в новую эру и…

Удивленный нехарактерной для Льва заминкой, Захариэль обернулся к Немиэлю. А их предводитель смотрел поверх их голов куда-то влево, в сторону леса. Захариэль инстинктивно бросил руку к эфесу меча, предполагая засаду, хотя какой враг осмелился бы напасть на такого могущественного и отважного воина, как Лев?

В первый момент он решил, что последний из великих зверей сумел незаметно к ним подкрасться или один из рыцарей Волка, оставшийся в живых после поражения своего ордена, жаждал отмщения.

Хотя ни одной из этих угроз Захариэль не заметил, он не снял ладони с эфеса.

Он заметил, как на толстую ветвь дерева опустилась большая птица, блестевшая в солнечных лучах золотистым оперением.

Калибанский орел с ярким и безупречным хохолком на голове окидывал собравшихся воинов царственным взглядом и, похоже, ничуть не боялся людей. Эти птицы встречались довольно редко и не представляли угрозы, но суеверные обитатели Калибана считали их появление предзнаменованием значительных событий.

Воины отряда растерянно переводили взгляд с птицы на Льва, не зная, как реагировать на неожиданное вмешательство.

Под взглядом странных глаз птицы Захариэль ощутил, как по его спине пробежал холодок. Он тоже перевел взгляд на Льва и заметил на его лице выражение бесстрашного предчувствия, понимания и надежды, что он правильно понял предзнаменование.

— Я знал, — произнес Лев почти шепотом.

Едва он замолчал, поднялся необычный ветер, его сильный порыв принес едкий привкус, похожий на запах, распространяющийся вокруг оружейной кузницы.

Захариэль поднял голову. Над их головами с ревом пролетел темный массивный крылатый силуэт с голубыми огнями сзади. Потом еще один, и Захариэль невольно вскрикнул от накатившейся следом волны раскаленного воздуха.

Рыцари с трудом сдерживали испуганных коней, а Захариэль, увидев, что странные птицы снова ревут над поляной, обнажил меч.

— Кто это? — крикнул он, с трудом перекрывая затопивший поляну гул.

— Не знаю, — закричал в ответ Немиэль. — Великие звери!

— Не может быть! Они все мертвы!

— Видимо, нет! — воскликнул Немиэль.

Захариэль еще раз взглянул на Льва, пытаясь уловить намек, что происходящее было спланировано заранее, но его командир просто сидел на лошади и смотрел на летающих чудовищ.

Лютер что-то кричал Льву, однако его слова терялись в пронзительном вое гигантских птиц, заслонявших солнце. Их ужасный голос едва не лишил Захариэля чувств, а едкий запах горячих газов казался непереносимым. Мощные потоки воздуха срывали с деревьев листву и пригибали ветви к самой земле.

Орел поднялся на крыло и спланировал над озером к основанию водопада; брызги воды оросили его, и оперение засверкало, словно кованое золото.

Захариэль проводил взглядом птицу, а затем снова посмотрел вверх, прикрывая глаза от ослепительных струй голубого огня, бьющего из брюха зависшего над головой чудовища.

— Опустить оружие! — закричал подскакавший к ним Лютер. — Вложить мечи в ножны! Это приказ Льва!

Захариэль отвел взгляд от воющего и смердящего чудовища. Он не мог поверить своим ушам. Как можно поставить себя в столь невыгодное положение?

— Сар Лютер! — закричал он. — Ты хочешь, чтобы мы остались безоружными?

— Выполнять! — приказал Лютер. — Быстро!

Хотя приказ противоречил всему, чему его учили, Захариэль воздержался от дальнейших вопросов и, подчиняясь власти Лютера, убрал меч в ножны.

— Что бы ни произошло, — продолжал кричать Лютер, чтобы его услышали в налетевшем урагане, — ничего не предпринимайте, пока Лев не подаст знак! Понятно?!

Захариэль неохотно кивнул и услышал сверху странные звуки, напоминавшие отдаленные крики.

Потом во всей этой суматохе он заметил, как от чудовищ отделились темные силуэты.

Черные фигуры, одетые в доспехи, спускались на крыльях огня.

Рядом с ним Лютер прикрыл рукой глаза и произнес:

— И Ангелы Тьмы снизошли на крылах пламени и света… Великие и ужасные Темные Ангелы.

Захариэль узнал эти слова — он не раз слышал легенду о древних временах, когда отважные Темные Ангелы, таинственные защитники справедливости, первыми начали борьбу против великих зверей Калибана в самом начале существования этого мира.

Его сердце беспокойно дрогнуло, когда первый из огненных ангелов коснулся земли. Фигура в броне оказалась огромной, но детально рассмотреть ее было невозможно из-за дыма, окутавшего место приземления. Рядом с ним спустились остальные, и вот уже перед отрядом Льва встали десять массивных гигантов. Несомненное сходство между их доспехами и его собственной броней сразу же бросилось в глаза Захариэлю.

А когда первый из гигантов сделал шаг вперед, стало заметно, что его фигура очень напоминает фигуру Льва. Несмотря на то что Лев все же превосходил ростом каждого из них, строение тела и пропорции были очень похожи.

Мощная струя газов огромного летающего существа быстро развеяла дым, появившийся после приземления гигантов, а само чудовище, доставив свой груз, унеслось. На поляне неожиданно стало очень тихо, остался только звук падающей со скалы воды.

Гиганты явно обладали неимоверной силой, но, несмотря на их воинскую мощь, в них было заметно нечто вроде благоговейного восторга, словно они обнаружили драгоценный дар, на который не смели надеяться.

Первый гигант поднял руки к шлему, и тогда Захариэль увидел, что он вооружен мечом и пистолетом, похожими на его собственное оружие, хотя каждый предмет был несколько крупнее тех, что применяли воины Ордена.

Поворот защелки вызвал свист выходящего воздуха, и гигант снял свой шлем, к всеобщему удивлению открыв вполне человеческое лицо, хотя его черты были более крупными, чем у любого из жителей Калибана.

Лицо оказалось привлекательным, а при взгляде на Лиона Эль-Джонсона на нем появилась неуверенная улыбка. Как ни странно, Захариэль не испытывал страха, все его опасения рассеялись при виде открытого лица гиганта.

— Кто ты? — спросил Лев.

— Я — Мидрис, — невероятно низким и раскатистым голосом ответил гигант. Затем он обернулся к своим спутникам. — Мы — воины Первого Легиона.

— Первого Легиона? — переспросил Лютер. — Чей это Легион?

Мидрис снова повернулся к Лютеру.