Фредерик Браун - Персона грата: Фантастические повести и рассказы

• Название: Персона грата: Фантастические повести и рассказы
• Автор: Фредерик Браун
• Издательство: Параллель
• Жанр: Научная Фантастика
• Год: 1994
• ISBN: 5-86067-027-3

Фредерик Браун (1906–1972) — выдающийся американский писатель-фантаст, лауреат премии им. Эдгара По. Блистательный юмор, парадоксальные повороты сюжета, острая сатирическая нацеленность произведений Фредерика Брауна заслуженно выдвинули его в число лидеров юмористической и сатирической фантастики.

В однотомник вошли впервые публикующиеся на русском языке повести «Марсиане, убирайтесь домой!», «Что за безумная Вселенная!», а также рассказы из различных авторских сборников.

---

— Это выглядит примерно так: во Вселенной, из которой меня принесло, я являюсь… был Кейтом Уинтоном. А здесь Кейт Уинтон — это он. Наши биографии сходны в общих чертах… до прошлой недели. Что касается моих рассказов… Порвите тот, который я оставил вам сегодня утром. Фактически это плагиат. Теперь о Мекки. Мне обязательно нужно с ним поговорить. Есть какая-то возможность связаться с ним?

Девушка покачала головой.

— Нет. Мекки сейчас вместе с флотом. Арктуриане… — Она умолкла.

— Арктуриане собираются атаковать, — сказал Кейт. — Мекки говорил мне, что положение критическое. И что арктуриане могут победить. — Он с горечью рассмеялся. — Но меня это как-то не волнует. Я не могу поверить в это настолько, чтобы взволноваться. Мне кажется, я не верю ничему, что вижу здесь, за исключением… Нет, я не верю даже в вас… в этой одежде. Что это такое? Вы все время носите ее?

— Разумеется.

— Почему? Ведь другие женщины…

Она удивленно посмотрела на него.

— Конечно, это носят не все, а только Девушки Космоса.

— Девушки Космоса?

— Ну да. Девушки, которые работают или работали на космических кораблях. Или невесты космонавтов. Став невестой Допелле, я получила право носить этот наряд, даже если бы ни разу не была в космосе.

— Но почему?.. — он совсем запутался. — Я хочу сказать… разве на космических кораблях так жарко, что необходим… такой наряд?

— Не понимаю, о чем вы. Разумеется, на кораблях вовсе не жарко. Обычно мы носим пластиковые комбинезоны с подогревом.

— Из прозрачного пластика?

— Естественно. Куда вы клоните, мистер Уинтон?

Он нервно провел рукой по волосам.

— Я бы и сам хотел знать. Эти наряды… Прозрачный пластик… Как на обложках «Поразительных Историй».

— Разумеется. А как иначе Девушки Космоса могли оказаться на обложках «Поразительных Историй», если бы не носили таких нарядов?

Кейт попытался найти на это какой-нибудь ответ и не смог.

Кроме того, он мог провести здесь всего несколько минут, а узнать нужно было очень много разного. Это в ближайшие двадцать четыре часа может решить буквально все.

Кейт решительно посмотрел на ее костюм, а не на то, чего он не закрывал. Это помогло, но не очень.

— Что Мекки рассказал вам обо мне? — спросил он.

Это была безопасная тема; кроме того, он должен был это знать.

— Он и сам немного знает, — ответила Бетти. — Ему не хватило времени глубже изучить ваш разум. Однако он узнал, что вы действительно прибыли… не отсюда. Мекки не знает, откуда и как вы сюда попали. Он сказал, что если бы вы попытались кому-то это объяснить, вас мигом сочли бы сумасшедшим, хотя это далеко не так. В этом он не сомневался. Он знал, что там, откуда явились, вы называли себя Кейтом Уинтоном и были редактором — хоть вы и не похожи на здешнего Кейта Уинтона, — и оказались достаточно хитры, чтобы придумать себе другую фамилию.

— Но не настолько, — добавил Кейт, — чтобы взять совершенно непохожую. И не настолько, чтобы не пытаться продать Кейту Уинтону его собственные рассказы. Однако продолжайте.

— Он сказал, что здесь вы в опасности, потому что не знаете нашего мира. Сказал, что вас застрелят, приняв за шпиона, если вы будете неосторожны. Еще он сказал, что предупредил вас.

Кейт чуть подался вперед.

— Кто такой этот Мекки? Это действительно всего лишь машина, робот? Или же… Допелле поместил в шар настоящий мозг?

— Это машина, а не настоящий мозг в том смысле, какой вы имеете в виду. Но каким-то образом Мекки стал большим, чем машина. Даже Допелле не знает, как ему это удалось, но у Мекки есть чувства. Даже чувство юмора.

Кейт отметил благоговение, с каким она произносила фамилию Допелле, и то, как она сказала «даже Допелле не знает». «Черт возьми, — подумал он, — она держит его за Бога».

На секунду он зажмурился, а когда снова открыл глаза, не стал смотреть на Бетти. Впрочем, из-за этого он думал о ней еще больше и почти не слышал, что она говорит ему, пока не понял, что девушка о чем-то спрашивает.

— Что я могу сделать? Мекки сказал мне: возможно, что вы обратитесь ко мне за помощью, если окажетесь в безнадежной ситуации. Еще он сказал, что я должна вам помочь, если в этом не будет для меня никакого риска.

— Я бы этого не допустил, — сказал Кейт. — Я не пришел бы сюда, если бы за мной следили, или если бы предполагал, что кто-то может вас заподозрить. Но мне надо узнать, как связаться с Мекки. Моя маскировка расползлась по швам, и у меня нет никаких правдоподобных ответов на вопросы, которые может задать мне полиция… если они дадут себе труд задать их. Я надеялся, Мекки сумеет сделать что-нибудь.

— Связаться с ним нет никакой возможности… разве что вы найдете флот.

— А где он находится?

Девушка поколебалась, но потом сказала:

— Думаю, вам можно сказать. Это известно немногим. Флот находится возле Сатурна, однако вам туда не добраться. Придется подождать возвращения Мекки. У вас есть деньги?

— Нет, но… Кстати, могли бы вы объяснить мне еще кое-что? Я узнал бы это завтра в библиотеке, но если вы расскажете, это сэкономит мне время. Что тут у вас произошло с монетами?

— С монетами? Их в ходу нет с тысяча девятьсот тридцать пятого года. Все монеты изъяли из обращения во время перехода с долларов и центов на кредитки.

— Почему?

— Почему перешли на кредитки? Чтобы ввести всемирную денежную систему. Все страны сделали это одновременно, чтобы военные расходы…

— Я не о том, — перебил ее Кейт. — Я хочу знать, почему нет металлических монет.

— Арктуриане подделывали их, и едва не сокрушили нашу экономику. Банкноты они тоже подделывали. Узнали, что на Земле капиталистическое хозяйство…

— На всей Земле? А как же Россия?

— Конечно, на всей. Почему вы спрашиваете о России?

— Это неважно, — сказал Кейт. — Продолжайте.

— Они делали фальшивые деньги, их невозможно было отличить от настоящих. Даже эксперты не могли. Это привело к инфляции, которая едва не прикончила всю мировую экономику. Поэтому военный совет государств обратился к ученым и те придумали банкноты, которых арктуриане не могли подделать. Я не знаю тайны этих денег, ее не знает никто, кроме нескольких специалистов на монетных дворах.

— А почему их нельзя подделать? — спросил Кейт.

— Все дело в бумаге. Какой-то секретный технологический процесс, а не компонент, который арктуриане могли бы обнаружить, придаст банкнотам специфическое желтоватое свечение, заметнее в темноте. Теперь любой может обнаружить фальшивый банкнот — достаточно взглянуть на него в темном месте. И ни один фальшивомонетчик не в состоянии сделать такую бумагу, даже арктуриане.

Кейт кивнул.

— И поэтому доллары заменили кредитками?

— Да. Когда изобрели новую бумагу, новые деньги ввели во всех странах одновременно. Каждое государство печатает свои банкноты, но денежная единица везде кредитка, а паритет обмена делает ее мировой валютой.

— А старые деньги изъяли и запретили хранить?

— Да. За их хранение грозит очень высокий штраф, а в некоторых странах даже тюремное заключение. Однако есть коллекционеры, они охотно рискуют. А из-за того, что монеты можно купить только на черном рынке, цены на них очень высоки. Коллекционировать монеты опасно, но большинство людей не считают это серьезным преступлением.

— Как выпивка во времена сухого закона?

— Как что? — удивилась Бетти.

— Неважно, — ответил Кейт.

Он вынул из кармана сверток — монеты и банкноты — развернул его и осмотрел сначала бумажные, потом металлические деньги.

— У меня здесь пять монет и два банкнота, они выпущены до тысяча девятьсот тридцать пятого года. Сколько, по-вашему, это может стоить?

Он подал их Бетти, и девушка осмотрела их при свете свечей.

— Я не в курсе цен черного рынка, — сказала она, — знаю только, что они зависят от датировки и состояния монет. Очень приблизительно я могу оценить их в десять тысяч кредиток… это тысяча долларов по-старому.

— Всего-то? — спросил Кейт. — Аптекарь в Гринвилле дал мне две тысячи кредиток за четвертак и сказал, что она стоит больше.

Бетти вернула ему деньги.

— Может, на ней была редкая дата. Одна из этих тоже может оказаться редкой. Я назвала вам приблизительную цену, полагая, что это среднеценные экземпляры. Может, какая-то из них одна стоит тысяч десять — если была выпущена в определенный год. А что это за деньги, которые вы отделили от остальных?

— Те, что могут принести только неприятности — выпущенные после тысяча девятьсот тридцать пятого.

— Значит, они фальшивые, арктурианские. Лучше избавьтесь от них, чтобы их при вас не нашли.

— Вот этого я и не понимаю, — сказал Кейт. — Именно эти деньги не могли быть сделаны арктурианами, но скажите бога ради, зачем они выпускали монеты, датированные теми годами, когда правительства Земли перестали чеканить монету?