Дэн Абнетт - Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II

• Название: Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2014

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Хорус отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Хорус нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Хорус готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга создана в Кузнице книг InterWorld'а.

http://interworldbookforge.blogspot.ru/. Следите за новинками!

---

– Мои многочисленные аугментации говорят об обратном?

– Об обратном говорит твой сарказм.

– У всех нас свои механизмы адаптации, брат-капитан.

– У Леодракка, видимо, эту роль играет ярость, – заметил Нумеон, наблюдая за Саламандром, уносящимся с автостоянки на улицу.

– Не у него одного.

– Да, Домад, мне это слишком хорошо известно.

– Так давай используем этих воинов по назначению. Пергеллен сообщил, что мы снимаемся с лагеря.

Нумеон кивнул.

– Да, Несущие Слово знают, что мы здесь, и скоро будут. К их приходу нас тут быть не должно.

– Ааа, – догадался Домад. – Так вот отчего разгорелся гнев Леодракка.

– Увы.

– Сколько у нас времени?

– Десять минут. Пергеллен считает, что за ним и Шен'рой кто-то увязался. Я не хочу рисковать.

– В таком случае нам придется ограничиться легким снаряжением. Запасные боеприпасы, гранаты – только то, что не составит проблем унести. Однако потребуется и что-нибудь мощное.

– Возьми тяжелый болтер, суспензоры достаточно уменьшат его вес, чтобы не терять в скорости.

– По правде говоря, капитан, его я и не думал оставлять. Тем более что он может доставить предателям много замечательных проблем.

Нумеон позволил себе иронично улыбнуться, заметив в глазах Домада отблеск веселья.

– Да уж, квартирмейстер, может. Ко всему прочему подведи детонирующие шнуры. Оружие, которое мы оставим, не должно попасть в руки врагов.

– Или же мы могли бы спрятать лишнее где-нибудь неподалеку, – предложил Домад. – В условиях численного превосходства врага склад боеприпасов может оказаться полезен. Напасть и исчезнуть, пополнить запасы, а потом повторить?

– Разумная тактика, но нет. Это займет слишком много времени. Выведи все лишнее из строя.

– Очень хорошо, – согласно кивнул квартирмейстер. – Хотите, чтобы я сообщил остальным?

– Нет, я сам.

Нумеон забрался на ящик. Часть легионеров уже успела повернуться к нему, когда он начал.

– Подойдите сюда... – разнесся по автостоянке сильный, властный голос Нумеона, привлекая всеобщее внимание. Легионеры приблизились. – Братья, Несущие Слово стягивают в эту часть города значительные силы. Очевидно, что мы не готовы к бою с целой армией. Если они обнаружат это место, нас разгромят, поэтому мы уходим. Сейчас же.

Некоторые зашептались, услышав его объявление, но возражать никто не стал.

– Домад перераспределит оружие и снаряжение. Никакой тяжелой техники, если только она не на суспензорах. Берем только то, что можно унести. Винтовки, пистолеты, мечи, гранаты. Все остальное оставляем. Наша миссия не изменилась. Главная цель – убить вражеского клирика. Вторичная – нанести как можно больше ущерба, а потом покинуть планету, – он поднял кулак. – За кровь наших павших братьев.

– Мы помним о них и о принесенной ими жертве, – ответил двадцать один легионер, повторив жест Нумеона.

– И о мести за лорда Мануса, – добавил Домад, ударив кулаком по груди. – Тебе надо поговорить с Шен'рой, – он махнул рукой в конец автостоянки.

Нумеон подозрительно взглянул на Железнорукого, спускаясь с ящика.

– Какие-то проблемы?

– Пока нет. Но будут, – ответил Домад, после чего направился в противоположную сторону, чтобы приступить к выполнению приказов. – Но ты его командир, так что тебя он вряд ли станет бить.

Нумеон глубоко вдохнул, собираясь с духом.

– Вулкан, дай мне сил, – пробормотал он, направляясь к технодесантнику.

Когда Нумеон подошел к Шен'ре, тот стоял над длинным прямоугольным ящиком и изучал его содержимое. На металлически-серой коробке красовался штемпель Муниторум. Шен'ра, как и его братья, носил изумрудно-зеленые доспехи, только правый наплечник был выкрашен в красный и отмечен Шестерней Механикум – символом его служения Марсу. Шлема на нем не было: к левой стороне его лысой головы крепилась пластина, препятствовавшая синхронизации с броней. Над левым плечом висел обрубок серворуки, сломанной во время резни. Несколько инструментов в нижнем сегменте еще работало, поэтому Шен'ра пока ее не демонтировал.

Боль этой потери не отпускала его до сих пор. Порой она вырывала его из медитаций, оставляя после себя остаточные образы кошмаров. Его осаждали фантомы: ощущение отрываемой серворуки и картины братоубийства, происходящего на его глазах.

– Знаешь, что в этом ящике? – спросил Шен'ра, когда Нумеон встал за его спиной.

– Гусеничная орудийная установка.

Шен'ра выпрямился и провел рукой по стволу лежащей внутри пушки.

– Это полугусеничная полуавтоматическая тяжелая орудийная платформа типа «Рапира» с усиленной броней, встроенной системой наведения и собственными генераторами, – он бросил на Нумеона короткий взгляд через плечо. – Конкретно на ней стоит лазерный уничтожитель. Это одно из самых разрушительных самоходных орудий во всем арсенале Легионес Астартес. Она в нашем распоряжении, и ты хочешь, чтобы я ее тут оставил?

Технодесантник развернулся, чтобы взглянуть Нумеону в глаза, и сервоприводы брони зарычали, доступным механизму способом показывая, что доспех разделяет чувства владельца.

Шен'ра был ноктюрнцем, уроженцем города-святыни Фемиды – огромным, широкоплечим, на голову выше Нумеона. Но грозный вид технодесантника не поколебал решимости капитана.

– Мы снимаемся с лагеря. Все вещи крупнее болтера остаются тут, в неподдающемся ремонту состоянии. Враги не обратят против нас наше собственное оружие.

– Оглянись, Нумеон, – Шен'ра обвел рукой автостоянку.

Воины вешали на себя бандольеры с гранатами, набивали поясные подсумки запасными патронами. Они были полны решимости и хорошо вооружены, но немногочисленны и к тому же измотаны.

– Это не легион, однако если Пергеллен прав, легионом являются те, кто против нас выступают, – тихо сказал он.

– Ты ведь не предлагаешь покинуть эту планету? – угрожающе спросил Нумеон.

– Я оскорблен, что тебе это вообще в голову пришло, – ответил Шен'ра.

– Приношу свои извинения, технодесантник.

– Мне потребуется меньше тринадцати минут, чтобы собрать и зарядить «Рапиру». Позволь мне взять ее. Полугусеничник легко разовьет ту же скорость, с какой перемещаемся мы, а если мы хотим выполнить эту миссию, без его огневой мощи не обойтись.

– Шен, Ранос – настоящий лабиринт. А если она застрянет в обломках? Может, она и быстрая, но есть места, куда мы попасть можем, а орудийная платформа – нет.

– Это будет уже моей проблемой. Если потребуется ее оставить, я оставлю. Сломаю ее сам, и никаких проблем. Нумеон, у нас есть только то, что мы взяли с транспортника.

– У нас только мы сами, Шен.

– Согласен, – ответил технодесантник. – Тем нужнее нам поддержка пушки на гусеничном ходу.

Нумеон покачал головой. Ему оставалось лишь гадать, что убьет его первым – вспыльчивость Леодракка или упрямство технодесантника.

– У тебя есть десять минут, – сказал он и ушел помогать Домаду с организацией сборов.

– Они уходят, – прошипел по воксу Дагон.

Нарек наблюдал за автостоянкой через прицел. Как он и подозревал, в смерти четырех его братьев были повинны остатки трех легионов, в уничтожении которых они принимали участие на Исстване-V.

От улицы автостоянку, лишенную крыши, но окруженную стенами, отделяли армированные ворота. За ней располагался внешний двор – бетонированная площадка, на которой раньше регистрировали прибывающий и убывающий транспорт. Ее тоже окружала стена, но высотой та была по пояс, а поверху была натянута проволочная сетка, которая не остановит даже стрелу, не говоря уже о масс-реактивном снаряде.

На его глазах из ворот вылетел один Саламандр. Выглядел он не очень радостно.

– Обстановка накаляется, – пробормотал он под нос, после чего ответил Дагону: – Должно быть, кто-то заметил нас рядом с западней и догадался, что мы пойдем по следам.

Нарек вспомнил градирню и ощущение чужого взгляда на себе. Теперь он понял, что инстинкты его не обманывали. Возможно, его навыки притупились не так уж и сильно.

– Атакуем? – спросил Дагон.

– Пока нет. Я подберусь к ним, рассмотрю поближе. Оставайся наверху и следи за обстановкой.

Нарек вновь закрепил прицел на винтовке, закинул ее за плечо и направился к улице. Прежде чем выйти, он бросил взгляд на дымоход высоко над головой, у которого расположился Дагон, и только после этого двинулся вперед.

Низко пригнувшись, Нарек побежал, стараясь держаться в тени. Враг мог выставить часовых, или легионер, заметивший их ранее, мог все еще наблюдать за улицей. Преодолев двести метров вверх по дороге, он нырнул в переулок, а оттуда, тихо взломав заднюю дверь, – в жилой дом.

Внутри лежали тела. Стены покрывала засохшая кровь, темная и глянцевая. Разбитые лампы не горели. Мебель была перевернута. Пожилого мужчину и молодую женщину выпотрошили, и их внутренности блестели в мягком свете, льющемся с улицы через выбитое окно с погнутыми, сломанными ставнями, раньше его прикрывавшими.