Александр Абердин - Герой по принуждению. Трилогия (СИ)

• Название: Герой по принуждению. Трилогия (СИ)
• Автор: Александр Абердин
• Издательство: (СИ)
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2014

Попал так попал, мало того, что чужой мир, так еще и статус в этом мир подобающий. Как быть и что делать? Остается лишь нести земной прогресс в этот райский мир.

---

‑ Кого это ты костеришь, Михалыч?

‑ Да, все того же идиота Карпинуса, Ури. Вот ведь кретин, из‑за своей зависти не дал организоваться русскому государству на тысячу лет раньше, бык невенчанный!

Ангел расхохотался:

‑ Это нужно записать, Михалыч. Бык невенчанный, это же надо такое придумать, вот ведь сказал.

Ухмыльнувшись, я привел Уриэлю свою полную классификацию быков, куда входили быки стропальные, тряпочные, комолые и картонные. Еще я сказал, что магу Карпинусу подходит так же следующие определения: гадюка семихвостая, она же семибатюшная и осел с ременными ушами. Для мага Карпинуса у меня вообще находилось очень много определений, так как этот злобный интриган своими подлостями обрек на мучения не один десяток народов, о чем я и сказал Уриэлю:

‑ Понимаешь, Ури, если бы этот придурок не упек князя Добрыню в застенок и Создатель не обрушил свой гнев на посковичей, то до Америки первыми бы добрались русские, а не испанцы и португальцы. Тогда бы эти народы не были бы подвержены истреблению. Ведь мы, русичи, никогда не были захватчиками, в отличие от некоторых других народов, и никогда не считали себя особым, уникальным народом. Так что Карпинус получил совсем не тот результат, к которому стремился. Он хотел возвысить свои народы, а вместо этого опрокинул их в бездну. На смену посковичам пришли кривичи и вятичи, древляне и поляне, которые все‑таки подняли Русь, но намного позднее, из‑за чего не мы, а испанцы открыли Новый Свет и закабалили инков и все прочие народы обитающие там. Конечно я согласен, история не терпит сослагательного наклонения, но все‑таки, старина.

В подвале было пусто, сухо и довольно чисто. На полу под нашими ногами чуть слышно шуршала пыль, но в воздух при каждом шаге она к счастью не поднималась. Колодец мы нашли быстро, он действительно находился в самом центре подвала прямо за стальными колоннами десятиметровой толщины и тоже был очень велик, добрых шестьдесят метров в диаметре. Он был огорожен невысокой стальной, сплошной оградой и, несомненно, являл собой громадную трубу из магической нержавейки. Подойдя к ней и перегнувшись через край, я посветил вниз. Луч моего фонаря нетерпеливо бегал по круглой стальной стене колодца и выхватывал из темноты длинную спиральную цепочку весьма массивных ступеней, торчавших из стены эдакими шпалами. Свет моего фонарика так и не достиг дна. Колодец показался нам бездонным, но вряд ли так было на самом деле.

Увидев на стенах колодца большие магические светильники, я зажег тот, который был ближе всех к верхней части колодца и вниз быстро побежала цепочка желто‑розовых огоньков, которые неплохо освещали каменные ступени торчащие из монолитной стены. Отворив низенькую стальную калитку полуметровой толщины, я первым ступил на широкий, массивный стальной блок и начал спуск. Уриэль распахнул свои белоснежные крылья и стал медленно опускаться по спирали рядом со мной, страхуя меня и комментируя все увиденное:

‑ Михалыч, колодец очень глубок, тебе не кажется, что это не случайно? Похоже, что Создатель пробил его только для того, чтобы достичь Первичной Материи и сотворить из нее Синий замок, а потом замуровал дно колодца. В замках ангелов тоже имеются колодцы, которые доходят до самой Первичной Материи, но не такие большие и они снабжены прочными крышками, чтобы Первичная Материя случайно не вырвалась на поверхность. В отличие от тебя, Михалыч, ангелы и маги пользуются древними дедовскими методами, когда что‑нибудь делают из этой волшебной субстанции. Они просто опускают вниз специальные стальные ловушки, привязанные на прочные канаты, сплетенные из женских волос, поднимают наверх комок Первичной Материи и потом гадают, что из него можно сотворить. В вопросе магии творения тебе нет равных, Михалыч, ты творишь не хуже самого Создателя.

Слушая комплименты ангела, я быстро сбегал вниз по ступенькам, стараясь не смотреть вниз до тех пор, пока не вспомнил о том, что с некоторых пор умею летать. Путь вниз был долгий и однообразный и потому я, с криком "Поберегись", с силой оттолкнулся от ступеньки и прыгнул вниз. Мой ангел‑телохранитель даже не успел ничего понять и тотчас сложил крылья, но сорваться в вертикальное пике не успел, так как я поймал его и поставил рядом с собой.

Дальше дело пошло веселей. Уриэль, сообразив, что я держусь в воздухе не хуже него, успокоился. Послушав моего совета, он вытянул свои крылья вертикально вверх и мы камнем полетели вниз. Не доверяя ангельским крылам, я остановил наш полет на высоте пяти‑шести метров, после чего мы плавно спустились на пол, ангел на своих широко распростертых крыльях, а я с помощью магии. На дне колодца было тепло и сухо. В пыли я видел истлевшие птичьи перья, изредка под моими ногами хрустели мелкие, иссохшие и истончившиеся кости. Пахло гашеной известью и мышами.

На противоположной стене колодца я увидел простую дубовую дверь без малейших следов каких‑либо мудреных запоров. Подойдя поближе, я осветил её фонарем и хотя не увидел в ней ничего опасного, не поленился создать перед нами магический щит и бросил на дверь сигарету. Полыхнула вспышка яркого света и мои родинки словно взбесились, почувствовав угрозу. Это, явно, были примочки Карпинуса. Старый аферист не мог удержаться от того, чтобы не создать на двери магической ловушки. Убить меня, конечно, не убило бы, но смокинг попортило.

Сразу за дубовой дверью находился овальный стальной люк с круглым массивным штурвалом‑ручкой, похожий на те, который устанавливаются на подводных лодках. Потянув люк на себя, я сразу же убедился в том, что он даже не был заперт и это прямо говорило нам, что Добрыня был заточен в своем узилище отнюдь не на вечные времена. Интуитивно чувствуя, что магию лучше здесь не применять, я пошел вперед, освещая себе путь фонариком. Ангел неотступно следовал за мной, держа в одной руке пистолет, а в другой фонарик. Опасности, что на нас кто‑нибудь нападет не было. Здесь меня, увы, подстерегала опасность совершенно другого рода и потому я сказал своему другу:

‑ Ури, спрячь Бога ради свою пушку. Никто не станет нападать на нас сзади. Более всего нам тут нужно опасаться магических заклинаний Создателя, а не подлянок Карпинуса.

Наконец, мы вновь дошли до второй деревянной двери. И теперь мои родинки, разбуженные первой ловушкой, снова тревожно затрепетали, предупреждая меня об опасности. Возведя, как и в первый раз, магический щит перед собой, я бросил вперед сигарету. На этот раз жахнуло посерьезнее и моя сигарета выжгла в двери здоровенную дыру. Бросив на остатки двери еще пять сигарет, я тем самым заставил магическую ловушку самоликвидироваться. Если бы я коснулся этой двери рукой, то мне запросто оторвало бы руку, а то и голову. Уриэль нервно рассмеялся и сказал:

‑ Ну, Карпинус, ну, засранец. ‑ Похлопав меня по плечу, он попросил меня о небольшом одолжении ‑ Михалыч, когда мы выберемся отсюда, разрешишь мне начистить этому вредителю пятак?

За деревянной дверью, навешенной магом Карпинусом, находилась дверь каменная, творение самого Создателя и эта дверь представлялась мне куда более сложным препятствием на нашем пути в темницу, в которой был заключен Добрыня Вяхирь. Дверь была двустворчатой и каждая половинка была сделана из цельного куска лазурита и была снизу доверху покрыта затейливой резьбой. В этом‑то и заключалась вся хитрость, так как в резьбу был искусно вплетен темно синий шнур, который совершенно сливался с узором, изображавшим хитроумное переплетение шнуров. Это была печать Создателя, закрывавшая дверь прочнее любого замка.

Вглядываясь в переплетение шнуров, вырезанных из камня, я искал кончик настоящего шнура. Однако Создатель недооценил возможностей развития науки и техники в далеком будущем. С помощью мощной лупы и небольшой ультрафиолетовой лампы, которой проверяют дензнаки на подлинность, я довольно быстро нашел тот единственный конец веревочки, за который нужно было потянуть, чтобы снять с лазуритовой двери печать Создателя и открыть вход в темницу.

Стоило мне потянуть за конец шнура, как печать, вырезанная на камне, тотчас рассыпалась в прах и дверь сама открылась перед нами, открывая вход просторную комнату, пол которой был устлан мягкими коврами. Комната была квадратная, где‑то десять на десять метров с купольным сводом. По всем четырем углам стояли треноги с магическими светильниками, но самое интересное находилось в центре комнаты. Там стоял круглый стол, вырезанный из цельного куска сапфира, на котором лежало небольшое золотое блюдо, а на нем круглый торт, украшенный цукатами.

Столом стоял перед высоким, массивным лазуритовым столбом с т‑образной перекладиной наверху, на которой, как на дыбе, висел мускулистый, обнаженный парень с русыми волосами. Первый русский князь Добромир Вяхирь. Лица Добрыни мне было не видно, так как голова его была низко опушена к груди. Зато на его животе я увидел знакомые родинки, расположенные в виде звезды. Во мне все так и задрожало, когда я увидел своего родного брата в таком положении.