Самат Сейтимбетов - Дорога Гермионы (Г.П. и свиток Хокаге - 3)

• Название: Дорога Гермионы (Г.П. и свиток Хокаге - 3)
• Автор: Самат Сейтимбетов
• Жанр: Современная проза

---

Глава 25

21 мая 78 года. Коноха, страна Огня.

Эпический бой "генины против полена", хоть и уступал по накалу основному сражению против Акацуки, но все же подвергся более детальному разбору. Способности Акацуки, участвовавших в основном бою, частично были известны, частично раскрылись в ходе боя, раз уж там внезапно оказались бывшие ученики Джирайи. Загадкой оставались куклы с риннеганом и черно-белое полено, о котором, как оказалось, никто и никогда раньше не слышал. Особое бурление известной субстанции у аналитиков Конохи вызывал проход полена внутрь барьера, окружавшего лагерь.

Считалось, что такое невозможно, но видимо полено об этом не знало.

Джирайя и Наруто отправились в новое путешествие, по городам и весям страны Огня и не только, чтобы вернуться через два месяца и принять участие в экзамене на чунина. Всех остальных, кто бился с черно-белым, сегодня собрали на еще одно заседание, с целью выяснения расширенных подробностей. Поговорили, без особого толка, так как все основное было сказано и написано, и сцежено в бутылочки воспоминаний сразу после миссии.

Но зато после заседания началось самое интересное.

С виноватым видом, потупив глазки, приближается Карин.

После миссии в Траву прошло уже больше недели, а она ни разу ко мне не подходила и даже не попадалась на глаза. После разговора с Шизуне гнев мой утих и пропал, но Карин выждала еще и вот, подходит после заседания, затянувшегося на несколько часов. В результате вместо возможной злости и топанья ногами, всего лишь лениво думаю, что, наверное, их в Корне учат азам психологии и умению правильно подходить к людям, в нужный момент в нужное время.

-- Гермиона-семпай, - кланяется Карин, приблизившись.

-- Я не твой семпай, - сообщаю спокойно.

Карин закусывает губу, показывая мелкие белые зубки, еще раз кланяется с виноватым видом.

-- Ты пришла объясниться, что ж, давай, - добродушно сообщаю девчонке.

В самом деле, почему бы и не расставить точки над запятыми?

-- Вы все равно мой семпай, - упрямо склоняет голову Карин, - потому что спасли меня и не дали пропасть! Все, что я делала -- я делала, чтобы быть полезной вам! Чтобы быть рядом с вами и помогать! Чтобы иметь возможность спасти вас, если потребуется!

Невольно думаю, что в таком раскладе девочке пришлось пережить ряд весьма болезненных разочарований. Быть рядом -- нельзя, живи отдельно, под надзором. Пользы -- никакой, даже лечебная чакра внезапно не помогает. Спасать меня, так в Конохе хватает охраны, а на миссиях... хмм, да, все дело, получается в последней миссии? Раньше отсутствие пользы и совместного проживания не останавливало щенячьего энтузиазма Карин. Даже несмотря на мою слабую ответную реакцию, она набегала, радовалась, прыгала и так далее.

После же поездки в страну Травы, все как отрезало, и что тогда получается?

Девочка жертвует всем, предает родную деревню, добровольно идет на сотрудничество, лишь бы как-то выразить свою благодарность словами и делами. Только слова ее "семпай" не воспринимает, а дел, как таковых и нет, живем в немного разных плоскостях. Но Карин не сдается и упорно трудится над задачей, не забывая строчить донесения в Корень, так как только на таких условиях ее где-то как-то, но "допускают к телу". Внезапно условия меняются, и вот уже рядом с Карин прыгает Наруто, а сама она получает возможность "спасти жизнь семпаю". Или думает, что спасла, прыгнув туда-сюда порталом и приведя помощь, пока мы с Зецу махались.

Семпай-же, ради которого она пожертвовала всем, внезапно воротит нос и говорит, что Карин -- бяка, раз связалась с Корнем, и вообще. Вот же йоптель, как-то мне такое раньше в голову не пришло! Хорошо, после разговора с Шизуне осознал для самого себя мотивы Корня, что это организация безопасников, Данзо там главный, и вообще, к чему были все эти операции по слежке и подводу разных парней. Осознал, да вот только Карин не сказал, а она все ходила и мучилась, мол, как же так, все сделано правильно, а семпай этого не видит?

Ну, она избегала меня, да, но ведь мог бы и сам ее найти и объяснить, что не сержусь?

-- Извини, Карин, - говорю искренне, - я была неправа. Ты хотела меня, нас спасти и спасла, там, в стране Травы, признаю это и не сержусь на тебя.

Карин вскидывает голову, заплаканное лицо, неверящий взгляд. Поток слез внезапно удваивается.

-- О, семпай!!! - разносится над домами Конохи.

Заседали мы в здании, выходящем на центральный проспект, народу здесь всегда много, поэтому десятки глаз уже смотрят, как Карин стоит на коленях передо мной и ревет во весь голос. Блин, надо было ставить круг Тишины, а еще не помешает придумать круг Тонировки, чтобы никто не подглядывал, вот.

-- Карин-чан, кто тебя обидел?!! - прибегают Сакура, Хината и Киба, не успевшие уйти далеко.

-- Никто, - Карин утирает слезы и всхлипывает. - Гермиона-семпай самая лучшая!!!

-- Почему ты тогда плачешь? - внезапно спрашивает Хината.

-- От счастья! - сообщает Карин, и снова ревет в три ручья.

-- Тебе точно не нужна помощь, Карин-чан? - неуверенно спрашивает Сакура.

Киба, надо заметить, уже убегает, решив не участвовать в "девчачьих слезах и соплях", и правильно, молодец.

-- Нет, нет, все в порядке, - Карин встает и слегка кланяется, продолжая всхлипывать.

-- Так, давайте куда-нибудь пойдем, где не будет лишних глаз, - оглядываюсь.

Хоть жители Конохи скромны, но слишком уж их вокруг много! Хината и Сакура раскланиваются и уходят.

-- Послушай, Карин, - говорю, когда приходим в тихий небольшой парк неподалеку. - Я спасла тебе жизнь, ты спасла мне жизнь, так что давай без этих формальностей, суффиксов и криков о семпае, хорошо?

-- Хорошо, - опять всхлипывает она и смотрит красными глазами. - А как?

-- По именам, мы теперь друзья, в смысле подруги, - объясняю.

-- Понятно, а можно теперь переехать жить к вам... к тебе?

-- Спроси у своего начальства в бинтах, - усмехаюсь. - Нет, Карин, я не сержусь на тебя, что ты работаешь на Корень, пиши им отчеты и дальше, хорошо?

-- Семпай, я недостойна вас, - склоняет голову Карин.

Ну вот, опять! Ладно, объяснение состоялось, остальное приложится со временем.

Уф, даже как-то легче на душе.

27 мая 78 года. Академия, Коноха, страна Огня.

По территории Академии не спеша прогуливались Хирузен и Данзо, поглядывая на занимающихся учеников. Помимо общего образования и занятий теорией и практикой применения чакры, будущие шиноби учились бегать и прыгать, задерживать дыхание, метать сюрикены, отрабатывали тайдзюцу и установку ловушек.

-- Эти дети будут жить уже в более совершенном мире, - улыбнулся Хирузен, - может быть даже их внукам уже не потребуются навыки шиноби.

-- Ты всегда был оптимистом, Третий, - проскрипел Данзо. - Сколько лет длилась эпоха кланов и сколько бы она еще продлилась, если бы не Первый? Сколько лет потребуется после нашего Плана, чтобы войны наконец прекратились?

-- Зато ты всегда видел только худшее, мой друг, - заметил Третий.

-- Поэтому мы разделили роли, не так ли? - Данзо дернул подбородком.

-- Разве это не оправдало себя?

Третий и Данзо присели на скамейку у стены Академии. Хирузен вытащил трубку и начал ее набивать, Данзо сидел с прямой спиной, опираясь руками на трость и зажмурив глаз. На площадке чуть в стороне от них один из классов Академии отрабатывал тайдзюцу в спаррингах. Учитель-чунин ходил между учеников, показывал и поправлял движения, дети старательно размахивали руками и ногами, стараясь достать соперника.

-- Разве этот ход не оправдал себя? - повторил Третий. - Даже Годайме так и не прикрыла Корень, понимает, что такая служба нужна.

-- Цунаде больше недолюбливает меня, чем Корень, - бесстрастно заметил Данзо. - Не могу ее в этом винить, я тоже предпочел бы от нее избавиться. Эта история с Фуу сильно осложнит нам операции, и случилась она как раз из-за мягкотелости Цунаде.

-- Надо было выкинуть бедную девочку или дать Акацуки ее забрать?

-- Всегда есть варианты, - ответил Данзо. - Теперь вот будет конфликт, претензии со стороны Водопада и Камня, совсем нам не нужные, с точки зрения Плана.

-- Можно будет потянуть время, ничего не признавать официально, обмениваться длинными и ничего не значащими посланиями, - задумчиво сказал Третий. Подумал и добавил. - Нельзя все мерить только Планом, Цунаде поступила наилучшим образом, с точки зрения помощи и человечности, и без этого можно очень легко переступить грань, ты знаешь.

-- Знаю, и как видишь, ничего пока не предпринимал, - проворчал Данзо. - Но будущие операции Корня по Акацуки резко осложнились. Ооноки, готов поклясться, уже шлет послания и проводит приготовления. Не получилось бы так, что война начнется раньше, чем мы планировали!