Алексей Завальнюк - Блеск и нищета Великого Инквизитора (СИ)

• Название: Блеск и нищета Великого Инквизитора (СИ)
• Автор: Алексей Завальнюк
• Издательство: СИ
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2015

Продолжение жизнеописания Экзеля. Учёба закончена, впереди жизнь Инквизитора, но не всё в ней так гладко, как хотелось бы главному герою.

---

— Интересно. А почему вы хотите, чтобы это был именно я? Согласитесь, Айланделл, ведь я мог и вовсе не появиться в вашем монастыре.

— Нет, Фьёрн, та не мог не появиться — это судьба. Даже этот глупый мальчишка, пытающийся сопротивляться своей судьбе так или иначе получит от неё увесистую оплеуху. К тому же, если это будет Лександр, он не вынесет того груза, который на него обрушиться. Всё должно происходить постепенно, но, к несчастью он воспитывался таким образом, что поток правды убьёт его.

— О какой правде вы говорите, Айланделл?

Старик смежил веки и на несколько секунд отключился от происходящего. Тренировка монаха позволила мне увидеть, как его дух на время покинул тело. Продолжалось это не долго, не более пары вдохов.

— Я думаю, что от вас этого скрывать не стоит, но перед тем, как я расскажу, позвольте спросить, насколько хорошо вы знакомы с историей возникновения Империи Имелхарон и Инквизиции Равновесия более известной, как Орден?

— Довольно неплохо. Более того, подозреваю, что до событий этого лета, я жил именно в Империи и каким-то образом был связан с Орденом.

— Понятно. Я это сразу заметил. Вы проходили обучение, слишком уж хороша была ваша реакция, я бы даже сказал, что вас обучал Мастер, но в Светлой Империи есть только три места, где можно настолько хорошо овладеть искусством. Это Имперский элитный военный корпус, монастыри вроде Арнэреста, или Инквизиция. Но монахи и императорские войска не смогли бы выжить в битве с Сатурном, а значит — Инквизиция.

— Возможно. Память шутит со мной очень злые шутки.

— Понимаю. Что ж, я думаю вам будет полезно узнать историю возникновения нашего монастыря. События, о которых я хочу вам рассказать, имели место в самом конце правления протекторов, за несколько недель до подписания Великого Договора. Наши предки служили домам Аркасана и Ордо Лейлайа, будущим правителям Империи. В те времена всё было совсем иначе, тогда прожить было сложнее, а война считалась нормальным явлением, но были среди подданных Императора те, кто не только не желал умирать во славу его идеалов, но и вообще умирать. Они хотели жить вдали от всех войн и наслаждаться жизнью, но, как вы понимаете, это желание было слишком эгоистичным.

— Я бы даже сказал трусливым, — нахмурился я. — Я согласен, Аркасан первый правил жестоко, и, порой, его приказы были просто безумны, но жаждать мира для себя… Я ведь вас правильно понял, они хотели мира только для себя?

— Совершенно верно. Наши отцы основатели были выходцами из трёх магических Орденов, церкви Эркхаэля и первого монастыря, позже названного Арнэрест. Они уже давно искали способ уйти за пределы Княжеств и Империй и для этого вошли в сговор… с кем бы вы думали? С самим Сатурном Ардаэль.

— С Разрушителем? — переспросил я. — Они надеялись спастись прибегнув к помощи того, кто убил сотню богов? Это какой-то абсурд. — Подобная новость не укладывалась в голове.

— В те времена Сатурн был известен очень и очень не многим, только Сила «Золотого Лорда» могла помочь нам спастись, но все наши надежды порушил Великий Договор. Понимаете, Фьёрн, наши отцы подписали с Сатурном договор своей кровью, а когда узнали, что он из себя представляет, отрекаться стало поздно. Мы сами продали свои души в рабство Сатурна. А между тем Инквизиция набирала силу, один за другим на костёр и под развоплощение попадали все те, кто заключал такие союзы с Хаоситами, и вот очередь дошла до нас. Возможно моим предкам стоило умереть, но они снова испугались и бежали прочь из Империи. Бежать было бы некуда, но на наши молитвы откликнулась мать проклятого Сатурна, Смертельная Госпожа.

— Тайрина! — вырвалась у меня, и я был несказанно удивлён впервые увидев испуг старца. Он истово перекрестился (можете смеяться, но на Астахе крест символ защиты от проклятий, но он не связан с церковью) и посмотрел на меня, как на сумасшедшего.

— Нам запрещено произносить её имя вслух — это страшный грех. Однако вы совершенно правы — именно она. Она схватила наших отцов и перенесла их сюда с выводком мелких ребятишек вроде меня.

— Как вроде вас? Я думал, что вам от силы лет сто, но ведь не? — я вопросительно изогнул бровь.

— Мне приблизительно тысяча сто двадцать пять лет, Странник. Это был прощальный подарок Смертельной Госпожи. Она создала это место и оградила его от внешнего мира и подарила нам правила, которые переросли в традиции, но её сын был настолько могущественным, что даже волю своей матери сумел извратить. — Старик прикрыл глаза всего на миг, но даже это хватило для того, чтобы тяжесть прожитых лет обрушилась на него со всей неумолимостью.

— Наверное очень тяжело помнить такое огромное количество прожитых лет, старец. Я не представляю себе, как вы здесь жили. — Я попытался поддержать беседу, что мне не слишком-то удавалось.

— Нормально жилось, Фьёрн. Все войны прошли мимо нас стороной, но с недавних пор я начал думать, что уж лучше бы мы погибли в самой жуткой войне, чем влачили это дьявольское проклятье. Ты помнишь пророчество о твоём пришествии в монастырь? Так вот то, что тебе рассказывал я было начерчено Госпожой, но прежде чем мы здесь поселились к нам пришёл Сатурн и сказал, что с этого дня каждому монаху Харакерста уготована участь раба. Наши женщины были поражены страшным проклятьем, более они не могли делить с нами тело, не заплатив за это своей жизненной сутью.

Я чертыхнулся про себя. Дженналит либо не знала об истинной опасности, либо нарочно не сказала мне чем я рисковал. Сделав себе мысленную зарубку поговорить с ней об этом, я продолжал слушать старца.

— Прощальный дар своей матери он извратил особо изощрённо. И сказал дьявол, вы будете гнить внутри этой тюрьмы, а те из вас кто сбегут из царства рабов не проживут достаточно долго для того, чтобы насладиться свободой. Госпожа именно тогда рассказала о вас и в полной версии пророчество звучало куда более интересно и страшно. После трёх войн, что переживёт этот мир, из которой две войны будут братоубийственными настанет время четвёртого, самого страшного конфликта. Предвестником войны будут знаки. Сойдутся в один день все стихии и ужас прокатиться по земле, и будет земля содрогаться в муках под шагами разрушения — это первый знак. И придёт в монастырь изгнанник отмеченный моей печатью — это второй знак. И сломается Зеркало Созерцания скрывая внешний мир — это третий знак. Только Избранник отмеченный моей печатью сможет снять с вас оковы и решить, достойны ли вы освобождения или кровью омоете свою трусость.

Старец замолчал и с ожиданием посмотрел на меня. В принципе всё верно, все знаки совпали, Лександр рассказывал мне о буйствах стихий начавшихся за несколько дней до моего появления, насчёт Зеркала Созерцания вы и сами прекрасно знаете, ну а что до знаков Тайрины всё понятно. Но с недавних пор я научился различать признаки недоступные пониманию простого человека, то о чём говорил старец было важно. Тайрина предвидела моё рождение? Но как? Разумеется с повреждённым разумом я не мог анализировать всё именно так, однако червячок сомнения начал грызть меня изнутри.

— Чем же вам насолил Сатурн. Почему Криган так истово меня ненавидел? — надо же, я научился задавать вопросы попадающие прямо в цель, Старец побледнел.

— Сатурн рассмеялся прямо в лицо своей матери и что-то сказал ей. Я никогда не забуду, мне было всего семь лет, но я никогда не смогу забыть гнев в глазах моей Госпожи. Сатурн сказал следующее. — Старец промочил горло и протянул флягу мне, но я отрицательно покачал головой. — Тот кого вы будете ждать как спасителя принесёт вам не только суд, но и моё разрушение. Он решит идти ли вам на бой или умереть от руки его сторонников. И вы увидите мои Знаки. На церемонии «Избрания» он призовёт двух Хранителей и одним из них станет мой Хозяин, что покажет вам его порочность — это первый знак. Он совратит на путь «Золотого Лорда» чистую и ранимую душу ребёнка не сумевшего сделать выбор — это второй знак. Он возьмёт девственность самой храброй дочери Харакерста подписав ей приговор вечной беглянки — это третий знак.

Меня прошиб ледяной пот, а старец, не заметив это устало вздохнул.

— Почти все знаки сошлись, Ноэль и Хранитель ваш только подтверждают это. Остался только один знак, и я молю всех богов, чтобы он не стал правдой.

— Боги не слышат ваших молитв, Айланделл, — шевеля непослушными губами сказал я. — Они вообще не слушают простых смертных. Мой приход только доказывает это правило.

— Не всё так плохо, Странник. Я верю, что надежда есть. Ох… я опять назвал вас Странником, простите. Мне трудно привыкнуть к вашему имени, тем более оно настолько необычно. Вы сами нашли его?

— О нет, мне его дала Дженналит. Принцесса подарила мне свободу и покой.

Я сказал эти слова намеренно, мне было необходимо увидеть глаза старца. Айланделла охватило чувство тревоги, он натянуто улыбнулся мне, но ему скорее всего было больно.