Леонид Васильев - Древний Китай. Том 2: Период Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.)

• Название: Древний Китай. Том 2: Период Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.)
• Автор: Леонид Васильев
• Издательство: Восточная литература
• Жанр: История
• Год: 2000
• ISBN: 5-02-018103-Х

Том 2 трехтомника «Древний Китай» посвящен событиям периода Чуньцю (8–5 вв. до н. э.). Основное внимание уделено характеристике структуры китайского общества, в частности проблемам древнекитайского феодализма и дефеодализации чжоуского Китая.

---

Дао-гун недолго пробыл на троне и, судя по всему, несмотря на свое решительное заявление о намерении править самостоятельно, утвердиться в Ци так и не сумел. В источниках мало сообщений о его правлении. Пожалуй, самый любопытный эпизод касается его матримониальных дел. Суть в том, что за время пребывания в Jly после бегства туда в 490 г. до н. э. он успел жениться на сестре всесильного Цзи Кан-цзы. Сев на трон, он послал за ней. Однако юная ветреница успела забыть об уехавшем в Ци муже и нашла себе другого любимого. А так как отношения между Ци и Jly в этот момент были натянутыми (стороны то спорили, то мирились, то вновь спорили, в том числе за землю), Цзи Кан-цзы не стал настаивать на том, чтобы сестра ехала к мужу. Тогда Дао-гун пошел на JЛy войной и захватил пару городков, после чего его жену все-таки отослали в Ци, где она заняла главное место в гареме правителя, а отобранные города Лу получило назад [114, 8-й год Ай-гуна; 212, т. V, с. 816–817; 71, т. V, с. 61]. На этом, однако, злоключения Дао-гуна не закончились.

Во-первых, обострились отношения со все более усиливавшимся и все активнее вмешивавшимся в дела Чжунго царством У, чьим союзником к этому времени стало и соседнее Лу. Объединенными усилиями Лу и У напали на Ци, что, видимо, сильно подорвало позиции Дао-гуна. А во-вторых, как раз в 487–485 гг. до н. э. Дао-гун попытался укрепить свои позиции и ради этого пошел на рискованный шаг, вступив в конфликт с влиятельным сановником Бао Цзи из клана Бао. Источники расходятся по поводу того, как развивался конфликт[90]. Но в сообщении «Цзо-чжуань» от 485 г. до н. э. ясно сказано, что в момент осады циской столицы войсками царства У «цисцы убили Дао-гуна», причем это так поразило правителя У, что он снял осаду и три дня оплакивал убитого [114, 10-й год Ай-гуна; 212, т. V, с. 820 и 821].

История весьма запутанная. Такого, чтобы народ убивал своего правителя в момент смертельной опасности для царства, еще не было. Видимо, стоит учесть все: и ссору с Бао, убийство которого Дао-гуном не могло пройти для цисцев бесследно хотя бы потому, что Бао Цзи был верным союзником клана Чэнь, столь щедрого по отношению к цисцам; и скрытые от внешнего взора интриги клана Чэнь, который, быть может, делал ставку на то, что наложение внутреннего конфликта на внешний покончит наконец с правящим домом Ци; и неприязненное отношение к Дао-гуну со стороны Чэнь Ци, которого Дао-гун отстранил от управления Ци[91]. Словом, могло сыграть свою роль несколько разных факторов, которые и побудили в конечном счете цисцев (обратим внимание, речь именно о народе, о жителях осажденной столицы Ци) столь суровым образом решить все проблемы. Но факт остается фактом: в 485 г. до н. э. Дао-гун был убит, правитель У снял осаду, а циские войска тем временем нанесли ему поражение и вторглись в Лy. Так что если убийство Дао-гуна было результатом коварной интриги дома Чэнь, то можно считать, что этот клан своих целей добился.

В сообщении «Цзо-чжуань» от 484 г. до н. э., едва ли не целиком посвященном изложению только что описанных событий [114, 11-й год Ай-гуна; 212, т. V, с. 822–826], сказано, что лусцы в конечном счете, хотя и не без труда, отстояли свою столицу в сражении с циской армией, после чего объединенные силы У и Лy вновь выступили против Ци и на сей раз взяли верх. Тем временем наследник Чэнь Ци стал соперничать за влияние с приближенным нового правителя Ци, сына Дао-гуна — Цзянь-гуна.

Дело в том, что Цзянь-гун, долго живший в изгнании в Лy, привез с собой в Ци своего близкого советника Цзянь Чжи (Цзщ Во). Сыма Цянь подробно рассказывает, как Цзы Во пытался убедить правителя покончить с могущественным кланом Чэнь. Однако Цзянь-гун колебался. Тем временем клан Чэнь, узнав о происках Цзы Во, решил перейти в наступление, которое с помощью ряда интриг успешно завершилось: сначала был убит Цзы Во, а затем и его господин Цзянь-гун [103, гл. 32 и 46; 71, т. V, с. 61–63; т. VI, с. 110–111]. В «Цзо-чжуань» же просто сообщено, что клан Чэнь в 481 г. до н. э. убил своего правителя [114, 14-й год Ай-гуна; 212, т. V, с. 837 и 840]. На трон был посажен младший брат убитого, Пин-гун (480–456 гг. до н. э.). И хотя Пин-гун сидел на циском троне четверть века, он не был фактическим правителем царства.

Сыма Цянь с подробностями рассказывает, как сожалел перед смертью Цзянь-гун, что он не прислушался к советам Цзы Во и решительным образом не покончил с всесильным кланом Чэнь [71, т. V, с. 63; т. VI, с. 111]. Можно, однако, усомниться в том, что решительные действия со стороны Цзянь-гуна принесли бы ему успех — достаточно вспомнить аналогичную ситуацию во взаимоотношениях луского Чжао-гуна с могущественным кланом Цзи. Но как бы то ни было, падение Цзянь-гуна приблизило клан Чэнь к заветной цели: после этого правителя все остальные были марионетками в руках представителей клана Чэнь (Тянь). Это видно и из сообщений Сыма Цяня о том, что львиная доля территории Ци находилась под непосредственным управлением клана Чэнь, что этот клан заключал договоры с чжухоу, расправлялся с потенциальными соперниками (прежде всего с кланом Бао) и по-прежнему стремился привлекать на свою сторону циский народ щедрыми раздачами [71, т. V, с. 63; т. VI, с. 111]. Д.Легг, опираясь на преобладающее мнение специалистов, утверждал, что с этого времени царством Ци фактически управляли именно представители клана Чэнь (Тянь) [212, т. V, с. 840]. Формально же Тянь Хэ стал правителем Ци и был признан сыном Неба в качестве чжухоу лишь столетие спустя, в 387–386 гг. [71, т. VI, с. 112].

Чу под ударами царства У

Царство Чу, о чем уже шла речь, после сунского соглашения 546 г. до н. э. вело активную политику, пытаясь оспаривать верховенство Цзинь. Уже в 545 г. до н. э. Чу демонстративно отказалось принять посла Чжэн — пусть сам правитель приезжает с поклоном. Чжэнцы пожаловались Цзинь, а Цзы Чань выступил с очередным поучением по поводу того, что сильные не должны третировать малых [114, 28-й год Сян-гуна; 212, т. V, с. 537 и 541]. Стоит напомнить и о том, как чуский принц Вэй высокомерно вел себя на совещании министров, требуя смерти луского Шу-суня Му-цзы за прегрешения царства Лу. И вся эта политика в общем-то приносила свои результаты. Правитель царства Чжэн в 539 г. до н. э. все-таки поехал с поклоном в Чу [114, 3-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 588 и 591], а луского министра едва спасли объединенными усилиями его коллеги.

Неудивительно, что в 538 г. до н. э. на созванное Чу совещание чжухоу прибыли одиннадцать правителей, не считая наследника из царства Сун, причем значительная часть этих чжухоу — правда, в основном из числа зависевших от Чу и находившихся под сильным давлением этого царства — приняли участие в походе на царство У. К слову, одним из результатов этого похода было убийство мигрировавшего в У и процветавшего там циского Цин Фэна [114, 4-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 592 и 598]. Неудивительно и то, что чуский Лин-ван именно в эти годы почувствовал себя столь сильным, что замыслил подвергнуть казни цзиньского Хань Сюань-цзы и кастрировать Шу Сяна, от чего его вовремя отговорили, а также снова вернуться к вопросу о чжоуских треножниках, символе власти в Поднебесной.

Обо всем этом уже упоминалось. Стоит, впрочем, заметить, что казнь Цин Фэна, в общем-то никак не мешавшего Чу, была вызвана тем, что в ответ на упреки Лин-вана по поводу того, что он убил своего правителя, тот ответил, что и сам Лин-ван сделал то же самое [212, т. V, с. 598; 71, т. V, с. 191].

С течением времени ситуация понемногу менялась не в пользу Чу. Уже в 535 г. до н. э. лишь жалкий луский Чжао-гун прибыл по призыву Лин-вана на праздник по случаю сооружения впечатляющей башни-дворца, причем сам факт непоявления остальных чжухоу был знаком ослабления чуского Лин-вана. И хотя сила Чу далеко еще не иссякла и это царство то аннексировало Чэнь, то помогало небольшому княжеству Сюй перенести столицу, дабы избавить его от давления со стороны царства Чжэн [114, 8-й и 9-й годы Чжао-гуна; 212, т. V, с. 621 и 623, 624 и 625], что было, безусловно, свидетельством его влияния и могущества, ослабление позиций Лин-вана, завершившееся его бесславной гибелью в 529 г. до н. э., позволяет заключить, что претензии Чу на верховенство в Поднебесной понемногу лишались благоприятной для них почвы.

Свержение Лин-вана и его смерть сопровождались ё Чу длительной смутой, в ходе которой сменили друг друга два претендента на власть, а правителем в конечном счете стал Пин-ван (528–516 гг. до н. э.). По словам Сыма Цяня, он «с помощью обмана лишил жизни двух ванов» [103, гл. 40; 71, т. V, с. 194], бывших его старшими братьями. Однако тот же Сыма Цянь в своем достаточно длинном рассказе о событиях в Чу упомянул, что именно Пин-вану доверяет «население царства», а духи предков дали ему «мандат на управление». Эти фразы, вложенные в уста мудрого цзиньского Шу Сяна [103, гл.40; 71, т. V, с. 195], не случайны.

Дело в том, что авторам текстов нужно было как-то связать концы с концами и объяснить, почему коварный Пин-ван оказался заслуживающим уважения правителем. Правда, начал он свое правление в привычном для себя силовом стиле: отправив в царство Цинь послов за невестой для наследника Цзяня, он по совету привезшего девицу сановника Фэй У-цзи предпочел оставить ее себе, с чего началась большая интрига. У-цзи, боясь возмездия, без устали, как сообщает Сыма Цянь, клеветал и на Цзяня, и на его воспитателя У Шэ, что завершилось убийством У Шэ и одного из его сыновей (другой, У Цзы-сюй, бежал и стал активным врагом чуского Пин-вана) и бегством Цзяня в Сун. Но в то же время Пин-ван стремился восстановить попранную Лин-ваном справедливость. Аннексированные Чу царства Чэнь, Цай и несколько более мелких княжеств вновь получили автономию во главе с представителями их правящих домов, чему составители «Цзо-чжуань» выразили свое одобрение [114, 13-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 646 и 652]. А когда в 529 г. до н. э. на Чу вновь напало У и встал вопрос о войне, Пин-ван мудро рассудил, что он к войне еще не готов, что сначала следует заняться наведением порядка и реформами в Чу. И действительно, уже в следующем, 528 г. до н. э. Пин-ван приступил к реформам.