Любовь Колесник - Витязь. Содружество невозможных

• Название: Витязь. Содружество невозможных
• Автор: Любовь Колесник
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016
• ISBN: 978-5-227-06480-6

Дивный народ Тайтингиля гибнет, и златой витязь решает изменить предначертанную судьбу эльфов. Драконий камень отправляет его в странный город, где люди ставят во главу угла деньги и удовольствия, где воздух пахнет гарью от бесконных повозок, а гномы маскируются под обычных портных. Это — современная Москва. Здесь, в суетном мегаполисе, Тайтингилю предстоит схватка с чудовищем — Цемрой, Темнейшей дочерью хаоса. Витязя ждут опасный враг и невероятная любовь, надежные друзья и поразительные приключения, путешествия по нашему миру… последний из драконов, Альваринпаэллир, Багрянец Небес, дремлющий в северном озере! Содружество невозможных — не только союз эльфа, перерожденного орка и инопланетянина. Это единство различных литературных жанров (фэнтези, космической фантастики, любовного романа), настоящая современная приключенческая проза.

Вперед, за границы миров и привычных рамок — «Содружество невозможных» ждет вас!

---

Снова дверь; этот мир состоит из дверей.

За дверью — просторный холл. Свет, стекло, дорогие статуэтки. Холл перетекает в зал.

Эльф спокойно вошел.

— Стало быть, тебе принадлежит не весь дворец, а лишь эти покои?

— Ну ты нахал, — рассмеялась Ирма, убирая из прихожей сумку с документами, деньгами и ключами — быстро, во встроенный сейф внутри шкафа. Дверь заперта изнутри — гость не выйдет, если что, а этаж аж двадцать второй. — Двухъярусная квартира, двести метров, и ты еще выпендриваешься? Бар в гостиной. Я в спальню, быстренько в душ и закажу ужин. Ты суши будешь?

— Я не голоден пока. Ты живешь одна?

— Да. То есть нет. Дочка уехала к подруге, в другой город, будет через пару дней. Хочешь, выпей. И эту… кольчугу свою снимай. Тай-тингиль… Ну и имечко!

— Ты верно запомнила.

— С иностранцами работаю, пришлось насобачиться! Та-ай. — Ирма выпела красиво, гортанно, но ее гость снова нахмурился.

— У моего народа не принято усекать имена, хозяйка.

Ах, какой!

Ирма хмыкнула и рысью помчалась в ванную комнату.

Едва она пустила воду — автоматически включилась релаксирующая музыка, — как открылась входная дверь.

Тайтингиль, только начавший осматривать покои гостеприимной девы, развернулся на звук.

Глава 2 ПОХОТЬ

В дом ввалилась тоненькая девушка, до талии засыпанная блестящими белыми волосами. Она тянула за собой небольшую тележку, яркую, розовую, на колесиках. Одежда была такой же, как и у всех тутошних дев: грудь едва прикрыта тонкой тканью, с бедер одежда едва ли не сползает, пупок виден и украшен ярким камешком, играющим в свете чудных, не мерцающих светильников. А лицо… Лицо такое же, что и у Ирмы, только покруглей.

Вот она, дочь.

— Ма-а… — Девушка затихла, глядя на эльфа.

Он поклонился.

— Мое имя Тайтингиль, дева, я витязь Нолдорина.

— Что?.. А мама где?

— Освежается с дороги, — показал рукой в сторону ванной комнаты.

— А вы на кастинг, для рекламной кампании?

— Не понимаю твою речь.

Тайтингиль улыбнулся — и понял, что в этом доме ему будет спокойно. И еще — ощутил, как устал в доспехе за этот день, показавшийся бесконечным. Отошел к дивану, куда ранее положил плащ и меч, снял пояс с кинжалом, бросил сверху, стянул кольчугу и повел плечами.

— Алина. Алинка. Я вообще-то на минуту… блин, бли-ин!

— Чем ты огорчена? — не понял он.

— Огорчена? Да я в шоке вообще! Видите? — Девушка раздраженно предъявила прядь волос.

Он прищурился, оглядывая, но с ответом не спешил. Волосы — белые, как у эльфов Закатных Дубрав, жителей Тенистого леса, торчали непослушной соломкой.

— Стилистка, дура, пережгла! Что теперь с ними делать? А мы на пенную вечеринку едем, — пояснила девушка.

Он улыбнулся. Девочки, дети одинаковы во всех мирах и у всех народов.

— Так сплети их в убор.

— Плести? Я не умею плести… а выгляжу как идиотка! Все перепутается, будет как пакля, ламинирование не успею сделать…

Снова посыпались непонятные слова, много слов. Тайтингиль подумал — миг. Странный дом, странные люди. Пенная вечеринка — что это? Другой мир… Юная дева. Юная, но уже такая, как все тут, одетая вычурно и откровенно.

Он бросил взгляд на дрожащие от обиды губы и глаза, в которых блестели слезы.

Не такая. Нет, не такая, как все. Просто хочет казаться взрослее. Как случается у детей.

— Я сплету тебе, — сказал, скрывая улыбку.

Девочка уставилась на него, недоумевая:

— А вы умеете?

Тайтингиль перебросил волосы со спины вперед. Ниже пояса, заметно ниже. Когда он был наг — трепещущее златое пламя закрывало ягодицы.

Конечно же он умел: и косицу на затылке, и пару у висков; из трех, из четырех прядей. Чтобы не мешались в бою, не путались в скачке, и на всякий другой случай, и военный и мирный. Правда, иной раз это занимало едва ли не полдня.

— Охренеть, — изумилась девушка, оценив золотой каскад. — Ага, сейчас дам резинки. Вы классный!

Витязь помял в руках тонкие разноцветные петельки, которые растягивались и уменьшались безо всякой магии, видно сделанные из дивного материала; примерился к тонким белым прядям.

Косы — дело повседневное, невеликой мудрости. Надо же, дева — и не умеет плести кос. Что за мир? Он вспомнил дев-воительниц своего народа. Сражались в бою и утишали боль ран после; а потом садились в круг, и пели, и свивали прядь к пряди в причудливые венцы.

Женщины, которые сражались наравне с мужчинами. Потому что Эала более не давала им потомства. Долгие сотни лет.

Эльфы гасли в кровопролитных боях и отправлялись в Чертоги Забвения, а сила великого и многочисленного некогда народа словно растворялась в бесконечных летах, дарованных ему Создателем Всего.

Девочка ерзала, не переставая щебетать, и пыталась указать ему, как именно плести.

— Вы заберите все, вот отсюда, отсюда…

Все забрать — ну ладно, все заберем.

Ирма, намытая и надушенная, в роскошном халате вышла из ванной и остолбенела.

Дар речи вернулся через пять минут, не меньше.

— Алинка!

— Да, мам, привет! Мы пораньше приехали, Макс забрал на машине, а сейчас еще дотусуемся. Я утром буду, часов в пять… или к Наташке поедем. Дай денег, мою карточку заблокировали.

— Денег? — рассеянно пролепетала Ирма.

Тайтингиль… Он нависал над ее дочерью, сидящей на стуле, длинные сильные пальцы бегали по прядям волос. Ирма опешила еще больше, глядя, как ловко ложатся тонкие косички, складываясь в узор.

— Ах да, денег…

Ушла в другую комнату, вернулась с купюрами.

— Какая ты добрая, ма, — сказала Алина. — Я так понимаю, мне лучше к Наташке валить, да? Этот твой новый ничего так. Если он не того. Не этого.

— Алина!

— А чего? Он же стилист, нет? Ай! — Крепкие пальцы витязя взяли ее за ухо и ощутимо потрепали. — Ай! С ума сошел!

— Негоже говорить о госте так, словно его тут нет, — отчитал ее Тайтингиль, — особенно о госте, который помогает тебе. Хотя и не должен.

— Отпусти! — выкрикнули обе, и Алинка, и Ирма.

Эльф отпустил ухо, и девчонка вскочила. Видно, хотела раскричаться… но увидела себя в отражении зеркальной полки.

— Охренеть!

— Алина!

— Ты сама все время ругаешься… Ты смотри, как у него получилось. А что это за плетение?

Тайтингиль потянул пальцы, сцепив руки в замок, и отошел к подоконнику. Юная дева пахла бесконной повозкой, сложными, сбивающими с толку ароматами. Тонкие ключицы и заостренная, почти неприкрытая небольшая грудь. Опять много всего чуждого, яркого, раздражающего, сбивающего с толку.

Он откинул штору — широкий подоконник был обитаем. В мягкой корзине, сшитой из бархата, спал очень толстый пушистый рыжий кот.

Здесь было хорошо: с одной стороны во тьме горели многочисленные огни неведомого города, похожие на очертания гигантской крепости, испещренной огнями; с другой суету непривычного мира отсекала плотная ткань. И кот, такой спокойный, рыжий, с очерченным белой мастью кругом подле уха и сонными зелеными глазами…

Пока две хозяйки что-то обсуждали, эльф уселся на широкий подоконник, забрал зверя себе, оперся спиной на откос, согнув ноги в коленях. Откинул голову и закрыл глаза. Интересно, тут есть лес, озеро, скалы? В этой сложной складке Эалы — есть ли нечто привычное, доброе, теплое? Или все такое — ощетиненное даже светом, колким, белым, опасно мерцающим? Пока, на его взгляд, здесь все было слишком душное, яркое, угловатое. Предметы крупные, предметы помельче, вещи, врастающие одни в другие, разбивающие пространство, отвлекающие, словно множество голосков, добрых и злых, писклявых и грохочущих. Удерживать сознание в покое было непросто, понимать этот мир — пока — было сложно.

Кот замурчал, подчиняясь ласке сильных пальцев.

Тайтингиль вздохнул, рывком, раз, два — глядя в усыпанную огнями чернь за окном. И тихо запел, с сожалением выдыхая последние толики воздуха своей далекой родины, позволив голосу течь низкой дрожью.

Волосы золотым каскадом обрушивались с подоконника вниз, почти до пола.

Обе женщины, юная и зрелая, замерли.

— Я уже вообще не понимаю, кто это, — призналась Алина. — Но желаю удачно покувыркаться, ма. Наиграешься — отдай мне. Туса будет в отпаде.

— Вернешься — вымою рот с гелем для посуды. Ершшиком. И в кого ты?.. — прошипела Ирма.

— В зеркало посмотри, — нахально ответила девушка. — Мне, между прочим, восемнадцать скоро. Что хочу, то и делаю. Захочу — этого отобью. Все, я пошла. Вы! Мамин друг! До свидания!

— До свидания.

Ирма закрыла за дочкой дверь. Не таясь, достала ключи, заперла и ключи снова спрятала.

Мужчина на подоконнике на нее не смотрел.

Он смотрел на город.

— Так… ну… — Ирма подошла, встала рядом. — Так ты… сейчас чего-нибудь налью. Может, тебе в душ?