» » » Екатерина Шарова - Превыше чисел

Екатерина Шарова - Превыше чисел

Здесь можно скачать бесплатно "Екатерина Шарова - Превыше чисел" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Короткие истории, издательство Журнал "Аврора", год 1989. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Екатерина Шарова - Превыше чисел
Рейтинг:

Название:
Превыше чисел
Издательство:
Журнал "Аврора"
Год:
1989
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Превыше чисел"

Описание и краткое содержание "Превыше чисел" читать бесплатно онлайн.








Екатерина Шарова

Превыше чисел



Рассказ

Вы, темные арки,

О, пусть вас не станет!

Пусть светлый и яркий

Приветливо глянет

Эфир голубой!

Гёте

Первые дни в светлой и просторной квартире были днями тишины и благодарности. Бабушка учила Аню чтить свою родню, и по бабушкиным законам Аня располагала всех родственников по рангам родства и так же по рангам старалась чтить. Все, кто находился за пределами этого генеалогического круга, были на втором плане, и отношения с этим «вторым планом» сводились к одолжению и отдаче долга. Эта четкость расположения человечества очень нравилась Ане, тем более что это была ее с бабушкой собственная теория и пока что в ней было минимальное количество исключений, Ане было девятнадцать лет, бабушке семьдесят девять и между ними не было никого, кто оспорил бы это замечательное построение. Тетя Наташа, к которой Аня переехала, думала о мире иначе и потому два года не поддавалась обязательствам кровных уз и не брала к себе племянницу. Но все-таки и она сдалась, так что, переезжая, Аня по-бабушкиному кротко и с удовольствием думала, что «родная кровь всегда скажется». За это она была особенно благодарна тете Наташе.

До переезда Аня жила в студенческом общежитии, и в комнате, кроме нее, было еще пятеро студенток. Мудрое изречение «все течет, все меняется» получало здесь особенно зримое воплощение. Жизнь была полна событий и перемен: новые лица сменялись новейшими, музыкальные звуки — немузыкальными, споры о трудновыговариваемых определениях перебивались нестройным хором, провожающим очередного родственника: все это смешивалось, составляя постоянный фон общежитейской жизни. Настоящего единства между шестью сожительницами не было, к тому же состав комнаты то и дело менялся, так что возникали временные союзы двух или трех, которые чаще всего завершались заурядным знакомством. В общем, каждая вела свою независимую жизнь, вникая в соседскую только при необычайных обстоятельствах. Абстрактные категории математики, которые даются немногим женщинам, и невозможность овладеть ими развивали в юных Софьях Ковалевских безграничную любовь к свободе и, соответственно, нелюбовь к ограничениям. Мужская часть математического населения, верная своей природе, продолжала требовать от своих подруг постоянства и послушания. Это несоответствие порождало длинные объяснения, часто с привлечением всех присутствующих и при непременном сопровождении справа, за стеной, нежных звуков Генделя, а слева, за стеной, мужественного модного рева современности. Шумно было в общежитии… К тому же ваш угол стола и даже вашу личную тумбочку могли в любую минуту оккупировать, если не силой, то численностью, а ваша кровать оказывалась занятой неизвестным юным Вакхом, спящим среди нескольких нимф… Но несмотря на многоплановость и многоликость коммунальной жизни Аня умудрялась заниматься и все успевала.

В тихой квартире Ане недоставало былого шума и движения и клонило ко сну и досужим размышлениям. Тетя Наташа, а по-деревенски тетка, обещала Аниной бабушке, своей матери, Дарье Дмитриевне «создать все условия» для учебы Ани. В чем состоит создание всех условий, она смутно понимала, но гордилась обещанием и рассказывала о нем всем знакомым. Тетка была вдова, некогда очень любимая мужем, человеком много старше ее, — она любила наряды, любила угощенья, любила званые вечера со знаменитостями и обожала долгие телефонные разговоры, где все это вместе обсуждалось с таким же аппетитом, с каким елось и смотрелось, — привычка быть балованной и любимой после смерти мужа как бы замкнулась в ней «на себя», так что она продолжала сама себя любить и баловать и требовала того же от окружающих. Аня была молчаливой, тетка говорливой, Аня не любила города и даже после двух лет учебы в городе боялась переходить улицу, тетка не понимала, как можно не любить город, и говорила, что «удивляется на себя», как она могла девятнадцать лет прожить в деревне и «не умереть от тоски»… В общем, тетя Наташа «создавала условия» сама по себе, а Аня через два дня поняла, что теткины разговоры можно не слушать и отвечать только на особо настойчивые вопросы. Тетка обижалась, поджимала губы бантиком, как при муже, но в конце концов ей даже понравилось, что Аня не на все отвечает, и хотя не любила молчаливых, но племяннице прощала, а знакомым рассказывала об Аниной замкнутости и рассеянности, как о чертах, усиливающих ее, теткин, героизм, с которым она решилась взять к себе девочку «очень одаренную, но с очень-очень сложным характером».

Пока Аня жила в общежитии, родственники, особенно бабушка, считая такую жизнь недостойной и опасной для девушки, упрашивали городскую тетку взять Аню к себе в дом, «кланялись» ей то медом, то свежей рыбой… Тетка дары принимала, но Аню брать не спешила, отговариваясь и отписываясь со всем упорством и увертливостью эгоизма, так что в конце концов навлекла на себя осуждение всей деревенской родни и гнев матери, Дарьи Дмитриевны. Сначала мать намекнула в поздравительной открытке, что поведение тети Наташи по отношению к родной племяннице нехорошо и т. д., а потом пришло письмо, которое начиналось так: «дорогая и ненаглядная моя дочи, пишет тебе твоя мати дария дмитриевна, совсем я стала старая старуха, больная и некудышная…», дальше шло перечисление всех болей и болезней, затем несколько примеров из жизни родственников, которые идеально относились к своим близким, и кончалось письмо так: «…ты наташка позоришь меня передо всеми людями и, будучи одинокой вдовой, маишься в двукомнатной кватире, в то время как родная племянница твоя и круглая сирота анна живет безо присмотру в общественном месте, а она девушка, мало ли што, остаюсь твоя старуха мати…» и т. д. После этого письма тетка лично съездила в общежитие и предложила Ане переехать к себе, а матери обещала, что «создаст все условия», и просила не обижаться, потому что и ей тоже пришлось немало переживать в жизни несмотря на отдельную квартиру.

Анина тетка считала себя интеллигентной и вела за это убеждение постоянную борьбу, которая особенно обострилась после смерти мужа. Она не то чтобы пренебрегала деревенской родней, но, получая письма из деревни, всегда отмечала и знакомым перечитывала их смешные нелитературные обороты, хотя ни за что бы не хотела, чтобы об этом узнала мать. «Положение обязывает», и положение вдовы известного ученого обязывало тетку сверх меры, тем более что у нее хоть и было высшее образование, но специальность давно была погребена под ее необыкновенной страстью к магазинам и новым вещам, а работа была скорее секретарская, хотя тетка называла себя ученым секретарем или референтом.

И вот Аня — «очень одаренная к математике и притом круглая сирота», — о которой уже рассказано всем знакомым, могла теперь заниматься за огромным письменным столом со многими ящиками, в ее распоряжении была трехъярусная полка красного дерева с причудливыми резными узорами, и полная тишина царила в квартире. Тишина, о которой Аня так мечтала в общежитии, где она была минутной паузой в океане шума, — здесь, в этой прекрасной квартире, стала источником ее мучений. Тишина рассредотачивала, она уводила внимание от учебника, и Аня все время заставала себя за рассматриванием красивых теткиных вещей или своего отражения в большом зеркале. Зеркало было в рост человека и около него никто не толпился и не оттеснял ее, так что можно было смотреться хоть целый день и каждый раз находить в своем отражении что-нибудь новое. Вещей было множество, красивых, незнакомых, иногда с непонятным назначением, старинные картины на стенах, которые хотелось рассматривать, угадывая самой их содержание и смысл… А то вдруг захочется на кухне все перемыть и перечистить до полного сияния, как учила бабушка, или перебрать и перетереть книги, стоявшие по всей квартире от пола до потолка, нечитаемые и покрытые унылой тонкой пылью. «Как шерстка», — думала Аня, оглядывая пыльные тома. В общежитии она славилась своей сосредоточенностью: соседки даже показывали ее потихоньку своим знакомым и родственникам как некий необыкновенный экспонат, когда среди всеобщего пира и музыки, от которой глохнут моторы турбовинтовых самолетов, она сидела у своей тумбочки в окружении салатов и селедок и читала очередную теорему о ковариантных и контравариантных координатах вектора… И вот теперь эта собранность, эта музейная сосредоточенность стала расползаться в сонной тишине теткиной квартиры, а внимание жадно устремлялось ко всему, кроме учебника. Аня терпеливо отводила мысли от пустяков, а они опять ускользали и, как теткин разговор, скачущий без всякого управления, неслись прочь от математики, — в который раз Аня вскакивала, чтобы поглядеть на пыльные книги или просто пройтись по квартире — посмотреть на смеющееся чудище с козлиными ногами, дудящее в рог, — эта картина сразу поразила Аню, потому что свирепое чудище глядело на нее звериным глазом и наслаждалось своей игрой на роге, хотя звуки явно были ужасны, — Аня даже слышала их, глядя на картину, а козлоногий приглашал разделить с ним удовольствие от трубных воплей, пугая и веселя Аню… Еще можно было пойти в ванную с разноцветным кафелем и, направив на него душ, повизжать тоненьким голоском, глядя, как, светясь, разлетаются брызги, и подставить лицо отраженному летящему туману… Еще было окно, в которое тянуло посмотреть после каждой прочитанной фразы. О, это окно! Недаром тетка всем повторяла, что у нее такой вид из окна, какого нет и в Версале, и когда приходили гости, она по сто раз заставляла их любоваться этим видом. Дом стоял высоко над городом, и из окна был виден он весь, как будто летишь над ним. Письменный стол стоял прямо перед окном, и как только отвлечешься — смотришь в окно: сверху несутся облака, стрижи ныряют под облаками, и посмотришь вниз… Аня каждый раз, глянув вниз, захватывала дыханье, а потом, выдыхая, говорила, как бабушка: «Госссподи!..»


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Превыше чисел"

Книги похожие на "Превыше чисел" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Екатерина Шарова

Екатерина Шарова - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Екатерина Шарова - Превыше чисел"

Отзывы читателей о книге "Превыше чисел", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.