Сэнди Митчелл - Архив комиссара Каина

• Название: Архив комиссара Каина
• Автор: Сэнди Митчелл
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Юмористическая фантастика
• Год: 2015

Кайафас Каин — герой Империума, суровый, но справедливый комиссар Имперской Гвардии, сражавшийся с самыми кошмарными обитателями Галактики. А еще он очень скромный и застенчивый человек. В том смысле, что не прочь отсидеться за стеночкой и вообще не любитель лезть на рожон. Но Вселенная, похоже, уверена, что этот бестрепетный воин просто обожает бросаться грудью на амбразуру и влезать в самые рискованные предприятия, и поэтому всячески старается предоставить ему такую возможность.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — группа Кузницы Книг ВКонтакте. Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Город словно игрушечный, — произнесла Земельда, и в голосе ее была нотка неодобрения: она сравнивала его с уютным, живым столпотворением Принципиа Монс — сравнение было не в пользу Гаваррона. И я был согласен с ней. Идеальность здешнего ландшафта, долженствовавшая отражать преданность Ему, сущему на Земле, в каждой, самой незначительной детали повседневной жизни, мне показалась стерильной и чужеродной в той же мере, как, к примеру, четкая функциональность клановых жилищ тау.[439] Затем Земельда вытянула шею, чтобы лучше видеть что-то в отдалении. — Мы туда направляемся?

— Нет. — Эмберли покачала головой. — Это монастырь. Мы садимся на летном поле СПО.

Орден Белой Розы, судя по всему, не был скован обетом бедности. Монастырь их выглядел так, будто это было загородное имение какого-нибудь провинциального аристократа одного из аграрных миров, и вытянутые белые здания Сестринства поднимались над землей не более чем на три этажа, составляя сложные композиции переплетающихся между собой квадратных двориков, в центре которых били фонтаны и цветы склонялись под нежным ветерком. Другие, более обширные дворы, очевидно, имели более утилитарное назначение: там Сестры, облаченные в силовые доспехи, практиковались в боевых искусствах и выполняли упражнения с четкостью, которую сержант Лерми[440] хоть и скрепя сердце, но нашел бы похвальной. В других дворах, заполняя пространство четкими линиями, стояли блестящие черные «Рино», украшенные эмблемами Сестринства и облепленные свитками обетов, из-за чего выглядели скорее как самодвижущиеся часовни, чем практичные БМП. Удивляло лишь то, как далеко от монастыря располагался пункт нашего назначения. В нескольких километрах. От осознания этого ладони мои начали зудеть под перчатками.

— Не подходим ли мы слишком близко к их воздушному пространству? — спросил я, и Эмберли кивнула.

— Определенно, — согласилась она, связываясь по воксу с рубкой управления, причем голос ее при этом звучал скорее заинтригованно, чем обеспокоенно. — Понтий, что происходит?

— Инквизитор? — Нашего пилота, судя по всему, вопрос откровенно поставил в тупик. — Я следую тем координатам, что предоставил мне диспетчер. Желаете ли вы, чтобы мы прекратили снижение?

— Нет, не сейчас. — Эмберли откинулась в кресле с таким выражением, как будто подтвердилось то, о чем она и раньше сильно подозревала. — Давайте разыграем сценку до конца и поглядим, как пойдут дела. — Инквизитор кинула на меня взгляд и усмехнулась. — Полагаю, он только что сделал свою первую ошибку, — сказала она, и удовольствие в голосе можно было потрогать руками. — Ты, похоже, здорово его раздразнил.

— Кого? — спросил я. — Метея?

— Вероятно, и его тоже, — подтвердила Эмберли.

Застарелое и очень неприятное чувство, что мне сообщили далеко не все о происходящем, снова начало подниматься во мне, но смысла проявлять сейчас свою тревогу открыто не было никакого, так что я только кинул взгляд в сторону Юргена. Тот, кажется, был наконец удовлетворен состоянием своего лазгана и потому загнал энергетические батареи на место с решительностью, которая очень успокоительно на меня подействовала.

— Захожу на посадку, мэм, — раздался голос Понтия по воксу, и я выглянул наружу, стараясь сориентироваться.

Широкие, низко подстриженные газоны, окружающие монастырь, внезапно исчезли из виду, как и все остальное, кроме панорамы пустынной местности на невозможной глубине под нами, и я внезапно осознал, что лужайки эти граничили с отвесным обрывом. В отличие от космопорта на Хоарфелле, здесь не было никакой ограды, способной предотвратить очень долгий полет какого-нибудь несчастного, вздумавшего здесь прогуливаться. И не в первый раз я задумался о том, а все ли бусины в сестринских четках были на месте?[441]

И прежде чем взору предстала — на этот раз гораздо ближе — ровная зеленая трава, я успел заметить краткую актиническую вспышку в низко нависающих облаках к юго-западу от нас — словно самую большую молнию, которую только можно себе представить. Но мы уже летели низко над рощицей фруктовых деревьев, чьи ветви лениво закачались от ветра, поднятого нашим движением, а затем оказались над красными черепичными крышами, причем черепицей разных оттенков были выложены повторяющиеся рисунки аквилы и геральдических лилий.

— Приготовьтесь к посадке, — сообщил нам Понтий, прежде чем включить маневровые двигатели, и знакомое ощущение пустоты внизу живота вместе с характерными звуками юргеновского дискомфорта сообщили мне, что мы вертикально опускаемся на посадочную площадку.

Белые стены поднялись в смотровых иллюминаторах, обступая нас со всех сторон, и через мгновение слабый толчок эхом отозвался в корпусе, когда наши посадочные полозья пришли в соприкосновение с поверхностью. Понтий снизил обороты двигателей.

— Вот и хорошо, — произнесла Эмберли, решительно вставая, — давайте пойдем и посмотрим, в чем же тут дело.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ней.

— Юрген, — обронил я и подождал, пока мой помощник не займет свое обычное место возле моего плеча, чтобы позволить себе насладиться этим недолгим моментом полной самоуверенности. А заключался он в том, что я рукой чуть придержал Эмберли, не позволяя ей первой выйти из челнока.

— Капрал, вы знаете свою задачу, — сказал я.

— Комиссар. — Она четко отдала честь, входя в роль, которую выбрала для себя, демонстрируя лишь тень веселья, и принялась строить остальных в подобие огневой команды,[442] с тем чтобы все они могли последовать за мною вниз по пандусу, держа лазганы «на плечо». Юрген, впрочем, свой закинул за спину, как привык делать в подобных обстоятельствах, что оставляло его руки свободными, дабы иметь возможность быстрее выполнить какие-то мои приказания, буде таковые возникнут.

Мы вышли на посадочную площадку, окруженную белыми зданиями монастыря, и плотный отряд закованных в силовую броню Сестер выдвинулся быстрым шагом навстречу, дабы приветствовать нас, причем болтеры они держали на изготовку. Стараясь заглушить все возрастающее недоброе чувство, что узлом заворачивало мой желудок, я вежливо приветствовал их отдачей чести, ожидая, когда они подойдут на расстояние, где можно будет начать разговор.

Как только наши ноги коснулись камнебетона, Понтий вновь подал мощность на двигатели и «Аквила» легко поднялась в воздух позади нас. Немедленное отбытие нашего транспортного челнока подразумевалось как совершенно нормальное явление, будь мы именно теми, кого изображали, — а самое последнее, чего нам хотелось бы, так это давать нашим невидимым врагам (если они вообще существовали здесь) хоть малейший намек на то, что в моем визите есть нечто необычное. Но вместо того чтобы вернуться на Принципиа Монс, Понтий должен был держаться в воздухе поблизости от Гаваррона, надежно укрываясь ниже края плато, в мертвой зоне любых местных ауспик-систем, которые могли бы выдать его местонахождение.

Когда рев двигателей затих в небе, я осознал, что слышу звук, подобный очень отдаленным артиллерийским залпам, и вспомнил ту вспышку света, что заметил еще в воздухе.

— Гром? — спросил Юрген, с подозрением поглядывая на небо.

Эмберли покачала головой.

— Флот, — сказала она. — Должно быть, где-то неподалеку обнаружили большое скопление тиранидов.

— Очень мило, — пробормотал я про себя, вызвав у инквизитора под прикрытием краткую, совершенно неуставную усмешку.

Придав лицу выражение спокойной уверенности, я шагнул вперед, обращая взгляд к старшей Сестре среди тех, что приближались к нам, и поднял руку в официальном приветствии.

— Комиссар. — Женщина лаконично ответила тем же жестом, и ее короткие пепельно-серые волосы слегка откинулись, позволяя мне заметить, что татуировку в виде геральдических лилий на ее щеке пересекает тонкая белая полоса зажившего шрама. Ее манеры лишь подтверждали, что она является опытным воином, и, таким образом, принимать ее нужно было со всей серьезностью. Ну что же, вполне справедливо, но на меня это утверждение тоже распространялось. — Добро пожаловать в монастырь Белой Розы.

Взгляд ее быстро метнулся мне за спину, пробежав по Эмберли и ее окружению, оценивая, какую возможную угрозу они могли собой представлять, и, очевидно, приходя к заключению, что никакой особенной.

— Мне не доложили, что с вами будет кто-то еще.

— Мой помощник, стрелок Юрген, — представил я, отмечая его присутствие коротким жестом. — Он сопровождает меня по любому официальному делу.

Я кинул взгляд на Эмберли, будто едва замечая ее присутствие.

— Это капрал Вейл, командует выделенной мне личной охраной.

— Мэм, — отреагировала Эмберли, отдавая честь и, к моему некоторому изумлению, застывая по идеальной стойке смирно, как на параде, будто ожидая дальнейших приказов.