Сэнди Митчелл - Архив комиссара Каина

• Название: Архив комиссара Каина
• Автор: Сэнди Митчелл
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Юмористическая фантастика
• Год: 2015

Кайафас Каин — герой Империума, суровый, но справедливый комиссар Имперской Гвардии, сражавшийся с самыми кошмарными обитателями Галактики. А еще он очень скромный и застенчивый человек. В том смысле, что не прочь отсидеться за стеночкой и вообще не любитель лезть на рожон. Но Вселенная, похоже, уверена, что этот бестрепетный воин просто обожает бросаться грудью на амбразуру и влезать в самые рискованные предприятия, и поэтому всячески старается предоставить ему такую возможность.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — группа Кузницы Книг ВКонтакте. Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Многие из моих читателей приняли это утверждение за правду, а многие считают, что он скорее очаровательно слеп к своим собственным достоинствам. Зная его лично, я склонна считать, что правда куда сложнее, чем любое утверждение). Я уже опубликовала несколько его последующих подвигов в 597-м Валхальском и не вижу необходимости резюмировать результаты, к которым привело исполнение его желания. Вместо этого я бы хотела сконцентрироваться на том, что, возможно, стало основным инцидентом этого периода его жизни, чьи последствия отражались на ней еще многие десятилетия.

Теперь, оглядываясь назад, мы можем различить слабое дуновение того ветра, которому суждено было стать штормом, угрожающим в начале следующего тысячелетия охватить весь Восточный Рукав.

Так же на мой выбор материала повлиял тот факт, что в предыдущих отрывках, которые я редактировала и распространяла среди коллег-инквизиторов, было поднято и осталось без ответов множество вопросов, не в последнюю очередь связанных с орденом Отвоевателей и обстоятельствами, окружающими его причастность к их опрометчивой высадке на борт скитальца "Отродье Проклятия".

Детали начала его миссии в качестве офицера по связи между Имперской гвардией и орденом, и богатая событиями поездка к ним, уже были описаны в одном из ранее вышедших коротких отрывков, то я хотела бы здесь не повторяться, а начать изложение событий непосредственно с кампании на Виридии.

Как всегда, я пыталась, насколько возможно, пояснять происходящие события при помощи примечаний и вставок дополнительной информации из других источников, особенно там, где привычка Каина концентрировать внимание на затрагивающих его лично тривиальных инцидентах грозит потерей общей картины. Большая часть последующего материала, тем не менее, принадлежит Каину и как всегда специфична.

Эмберли Вэйл, Ордо Ксенос.

Глава первая

Нечасто я бываю рад отправиться в зону боевых действий со всей скоростью, с которой меня могли нести течения варпа, но для кампании на Виридии я был готов сделать исключение. Моё путешествие не было скучным, и это ещё мягко сказано.

Заняв место на транспорте Адептус Механикус, который направлялся примерно в правильном направлении, я принял участие в забеге за мою жизнь через мир-гробницу некронов, в котором моим достаточно неосторожным хозяевам вздумало ковыряться по пути. Если бы не случайное прибытие корабля ордена астартес Отвоевателей, в этой истории совершенно не осталось бы выживших. Но даже после случившегося, лишь благодаря исключительному везению я смог унести ноги. В общем-то, я не думаю, что кто-нибудь поверит в случившееся со мной тогда[545], а потому лучше расскажу ту историю, события которой могу доказать. Впрочем, я сомневаюсь, что кто-то когда-либо будет читать мои разрозненные заметки, хотя они могут быть весьма поучительными.

Я не могу сказать, что помню многое о нескольких первых днях на борту ударного крейсера "Ревенант"[546], но это не удивительно, учитывая состояние, в котором я попал туда. Когда я пришёл в себя, то обнаружил себя в по-спартански строгом санаториуме, лежащим на слишком большой для себя кровати. Незнакомые лица выплывали и исчезали в тумане, застилающем мне глаза.

— Комиссар, — спросил голос, невероятно глубокий, низкий и гулкий, — вы уже проснулись?

На мгновение я засомневался в этом, всё ещё находясь во власти медикаментов, наполнявших мою кровь. Для моего затуманенного лекарствами разума голос звучал подобно гласу Самого Императора, и я задумался, может стоит проводить чуточку больше времени в храме, и немного меньше — в барах, игровых притонах и борделях, хотя было похоже, что об этом уже поздно беспокоиться. Если я действительно прибыл к Золотому Трону, то мне оставалось лишь надеяться, что его хозяин в хорошем настроении, и постараться при малейшей возможности перевести разговор с ним на безопасные для меня темы[547]. Затем одно из лиц подплыло ко мне достаточно близко, чтобы я смог сфокусировать на нём свой взгляд, и в тот же миг на меня нахлынули запоздалые воспоминания.

— Думаю, да, — прошелестел я, удивлённый тем, как слабо звучит мой голос. На секунду я решил, что это из-за того, что долго им не пользовался и испугался, что провел без сознания недели, но когда по капле начали возвращаться мои способности, я осознал, что он звучит слабо по сравнению с голосом того, кто обратился ко мне. Почти сразу же вернулись воспоминания, и я заново пережил свой отчаянный прыжок через варп-портал некронов и прибытие на их корабль как раз в момент столкновения с абордажной командой космодесантников.

— Металлические твари, — взволнованно спросил я, — они мертвы?

— Спорный вопрос, — ответил один из окружающей меня троицы гигантов и как-то тревожно улыбнулся. Механическая клешня, которая бы более уместно смотрелась на силовом погрузчике, висела за его плечом, словно механодендрит какого-нибудь техножреца. Тот, который нависал надо мной, с упреком посмотрел на него и вновь повернулся к моей кровати. К слову, она оказалась чертовски жесткой для лазарета.

— Отнеситесь снисходительно к чувству юмора Драмона, комиссар. Оно не всегда уместно.

Ладонь шириной с обеденную тарелку поднырнула под мою спину и помогла принять сидячую позу. Моё поле зрения заметно расширилось, и я смог лучше разглядеть место, в котором оказался. Повсюду были блестящие металлические поверхности, начищенные как строевые ботинки сержанта, что делало помещение более похожим на святилище Механикус, нежели на учреждение здравоохранения. Если бы не распространяющийся аромат контрасептиков и икона Императора, в Его ипостаси Великого Целителя, сурово смотрящего на меня с противоположной стены, я бы никогда не догадался, что нахожусь в санаториуме. Большинство оборудования, которое я ожидал увидеть в таком месте, отсутствовало, возможно просто спрятанное в невыразительные металлические ящики расставленные у стены и то немногое, что я все еще мог разглядеть ни о чем мне не говорило.

— Апотекарий Шолер из ордена Отвоевателей. И, отвечая на ваш вопрос, сообщу, что их судно было уничтожено.

Это был, конечно, не совсем ответ на мой вопрос, но меня он удовлетворил. (Теперь, обладая моими нынешними знаниями о некронах, я бы даже не стал спрашивать о подобном, но не забывайте, что в тот раз я столкнулся с ними впервые). Сейчас я не был бы уверен, что они мертвы, покуда вся планета, на которой они находились, не будет уничтожена[548].

— Кайафас Каин, — сказал я, вежливо склонив голову, о чем тут же немедленно пожалел.

— Я полагаю, что я ваш новый офицер по связям с Имперской Гвардией.

— Я тоже так понимаю, — ответил третий гигант, заговоривший впервые. Как и остальные, он был облачён в керамитовую броню тусклого, бело-желтоватого оттенка, с жёлтыми латными перчатками, но отделанную куда более богатым орнаментом, нежели доспехи его товарищей. Он склонил голову.

— Капитан Грайс, командующий Виридийскими Экспедиционными Силами. Кажется, ваша репутация не столь преувеличена, как мы думали.

— Действительно, — сказал технодесантник, которого Шолер назвал Драмоном. Его механическая клешня слегка сжималась в такт его словам.

— Мало кто смог бы сбежать невредимым с мира-гробницы некронов.

— Вряд ли невредимым, — ответил я, внезапно вспоминая два своих пальца, срезанных выстрелом по касательной из чудовищного оружия металлических убийц. Не желая лишний раз шевелить головой, я поднял к глазам свою правую руку, и уставился на бесформенную связку бинтов, которая раздулась так, что разглядеть под ней что-либо было невозможно. Напоминание о её существовании как будто щелкнуло выключателем и я внезапно почувствовал по всей руке отвратительный зуд.

— Аугметика приживается хорошо, — заверил меня Шолер так, словно я имел хоть малейшее представление, о чем он говорил. Прежде чем я успел его спросить, в разговор снова вмешался Драмон.

— Вы единственный выживший, — сказал он, — тогда как все ваши товарищи погибли. Думаю, два пальца — невысокая цена за это.

— Ну… Если вы ставите вопрос таким образом, — ответил я, — то не могу не согласиться.

Я даже не заметил, что лишился их, пока не помахал рукой на прощание этим существам в туннеле. Понимаю, что шуточка вышла так себе, но, учитывая обстоятельства, я вряд ли смог бы выдать что-то получше. К тому же она должна была убедить моих слушателей в том, что я достаточно скромно оцениваю свой, с позволения сказать, героизм. Я снова и снова обнаруживал, что чем больше я пытался преуменьшить свою незаслуженную репутацию, тем, кажется, больше людей в неё верило. Драмон, кажется, был приятно удивлен моим легкомыслием. Его обычно неподвижное широкое, покрытое шрамами лицо на мгновение озарила улыбка. Грайс же вовсе проигнорировал сказанное и вернулся к сути беседы с прямотой сервитора, пытающегося следовать своей простой программе.