Гордон Диксон - Святой дракон и Джордж. Никто, кроме человека

• Название: Святой дракон и Джордж. Никто, кроме человека
• Автор: Гордон Диксон
• Издательство: Лань
• Жанр: Фэнтези
• Год: 1993
• ISBN: 5-88-436-004-5

Издательская аннотация отсутствует. В тексте и в содержании названия второго романа различаются.

---

Именно к этому уцелевшему члену триады и обратился Калли. Он говорил по-молдогски, используя личное местоимение второго лица, несмотря на то, что два других «брата» молдогского офицера были мертвы.

— Если вы прекратите сопротивление, больше никто из вас не пострадает.

Все молдоги, находившиеся в рубке, были просто поражены, услышав родную речь. Их лица повернулись к Калли. Секунду спустя тот, к кому обращался О’Рурк, полностью овладел собой и заговорил:

— Кто… ты (единственное число)?

— Сам я (собирательное местоимение) — Демон Тьмы. Рядом со мной (единственное число) ты видишь Книжника, а по ту сторону, вот там, где некто (единственное число, личность неизвестна) напрасно старается сопротивляться, ты видишь Безумца.

Каллихэн сделал паузу. Молдог продолжал смотреть на него, храня молчание — оно затянулось… Слишком.

— В чем дело? Произвели мы на него впечатление или нет? — по-английски спросил у Вилла О’Рурк. — По лицу его ничего не понять. Что скажешь?

— По-моему, он совершенно спокоен, — тоже по-английски ответил Вил Джемисон. — Но уверен, что мы впечатление произвели. Он намеренно старается этого не выдать.

— Разве не знаете вы (триада), и вы (группа индивидов или триад), мягколицые иноразумцы: Демон Тьмы — не мягколицый иноразумец!

— Откуда тебе известно? — парировал Калли, перейдя на молдогский.

— Ты знаешь все лики Демона? Или вы (коллективный индивид) знали, пока братья твои не погибли? Можешь ли ты (отдельный индивид) по праву знающего утверждать, будто Демон не является в том обличье, которое сочтет подходящим? Поразмысли! На этот раз он избрал мягколицых. И еще поразмысли — в этом обличьи Демон предвещает, быть может, будущее ваше (триады) и вас (всех молдогов. — всего рода целиком).

Снова повисло долгое молчание, потом офицер-молдог разразился долгой речью.

— Я-тот-что-был до смерти моих братьев и я-что-остался — мы храним наше достоинство, и потому не собираемся спорить о том, что есть очевидная чушь. Поэтому я (один) и мы (все присутствующие молдоги) вообще отказываемся говорить об этом. Я-тот-что-был и мы (все присутствующие) делаем обычное предложение. Мы совершим обычное в таких случаях самоубийство, освобождая вас (всех присутствующих землян) от любых последствий кровной мести со стороны семей нас (всех присутствующих молдогов), если вы обязуетесь доставить наши тела нашим семьям на планету Хедер Тъаи.

— В этом нет нужды, — перебил его Калли. — Я не вижу здесь ничего Недостойного. Некоторое время будете нашими пленниками. Потом вам предоставят корабль для возвращения на Хедер Тъаи. Правда, вы останетесь пленниками на борту этого корабля почти до конца полета.

— Мы… все? — Офицер-молдог явно колебался.

— Да, полностью сохраняя Достоинство. — О’Рурк повернулся к Питу Хайду и заговорил по-английски: — Сколько у нас пленников?

— На борту — двадцать три.

— Я (триада) сам обещаю вам (всем молдогам), — сказал Калли, повернувшись к офицеру, — что вы все, все двадцать три члена команды, вместе с другими, взятыми в плен вместе с другим кораблем, вернетесь на родную планету. Вам (всем молдогам) будет предоставлена орбитальная шлюпка…

Калли не успел договорить. Все молдоги одновременно, как по команде, громко, с присвистом, охнули. Глаза офицера, с которым разговаривал О’Рурк, словно ввалились в глазницы, и молдог молнией бросился на приграничника. Он прыгнул ногами вперед, обвив ими талию О’Рурка. Ответный удар Каллихэна был чисто рефлекторным. Под костяшками пальцев правой руки он почувствовал кости черепа инопланетянина. В следующий миг пилот уже распростерся на полу у ног Калли — не менее мертвый на вид, чем двое его погибших в абордажной схватке «братьев».

Остальные молдоги не то заворчали, не то застонали. Тут же они были скручены Питом Хайдом и его помощниками. Вил уже сидел на корточках рядом с офицером, которого ударил Калли.

— Он не умер… только потерял сознание, — быстро сообщил Джемисон по-молдогски, обращаясь к остальным офицерам, которые напрасно старались вырваться из рук землян, чтобы разорвать Калли на клочки. — Мы (триада), соблюдая Достоинство, наказали его, не убивая. Теперь вы (все присутствующие) знаете — мы (триада) в самом деле Демон. Потому храните Достоинство и ведите себя тихо!

Офицер-молдог дернулся, приходя в себя. Остальные прекратили сопротивление. Один из них сказал:

— Я (триада), во имя Достоинства, не согласен признать вас (триаду) за Демона Тьмы. Но мы (все присутствующие) соблюдаем Достоинство. Наш первый кузен шевельнулся — значит, он жив. Мы (триада) признаем — произошло недоразумение. Достоинство нас (всех присутствующих) вы (триада) вправе обжаловать.

Каллихэн посмотрел на Вила.

Если тебе интересно, — по-английски сказал Джемисон, — то ты только что воспроизвел часть легенды. Считается, что Демон Тьмы убивает одним прикосновением. Поэтому офицер предполагал, что будет убит — такова цена его неповиновения. Остальные были уверены, что ты его убьешь.

— Не понимаю, — отозвался Калли. — Они что же, не видели — я его ударил, а не просто дотронулся?

— Видели, — улыбнулся антрополог, — но не поняли или не поверили тому, что увидели. Понимаешь, плечевой сустав у молдогов устроен таким образом, что они не умеют наносить прямой удар. Если молдог попытается ударить, как ты только что это сделал — он или вывихнет себе сустав, или просто не причинит своим ударом никакого вреда.

— Понятно. — Калли хмуро посмотрел на лежащего на полу пилота — тот как раз открыл глаза и сел, удивленно озираясь. — Но почему он на меня бросился?

Вил перестал улыбаться.

— Об этом я должен был бы заранее тебя предупредить. Помнишь, я упоминал о наследственных отношениях внутри молдогской семьи? Они намного сложнее и жестче, чем у людей. Закон о наследовании требует доказательств смерти старшего родственника, что в подавляющем большинстве случаев требует от претендента предоставить тело усопшего. Только после этого наследник может занять место покойного родственника. К несчастью, вы с Питом посчитали только живых молдогов, как бы подразумевая, что тела убитых «братьев» ты не разрешишь отправить вместе с ними. И что еще хуже, — антрополог поморщился, — легенда о Демоне Тьмы утверждает, будто Демон, подобно большинству злобных потусторонних созданий, пожирает тела своих жертв. Вот почему офицер, бросившийся на тебя, пришел к выводу: раз ты намерен играть роль Демона, то, следовательно, оставишь у себя тела его «братьев», чтобы затем их съесть.

— Понятно, — кивнул О’Рурк. — Представляю, что он испытал, если на самом деле подумал такое.

— В том-то и дело, что этого не можешь даже вообразить, — сказал Вил. — Во всяком случае, не думаю. Идея поедания мертвого тела для молдогов намного отвратительнее и страшнее, чем для нас. Это ведь не просто ужасно, это полная потеря Достоинства — таким образом ты уничтожаешь не просто тело, а целую цепочку наследования, что в свою очередь может разрушить семью, которая управляет септом, управляющим кланом. В итоге ужасные бедствия могут постигнуть тысячи тысяч молдогов.

Оглушенный О’Рурком пилот уже полностью пришел в себя и поднялся, хотя и держался на ногах еще не слишком твердо. Однако он явно был готов снова броситься на Калли. Вил тут же встал между ними и начал тихо, уверенным, убеждающим тоном беседовать с ним. Постепенно антропологу удалось успокоить молдога — тот сделал шаг назад и поднял глаза на Калли.

— Мое Достоинство к твоим (личности) услугам, — сказал он.

— Исключительно достойно с твоей стороны это признать, — ответил Калли. — Буду считать твой долг списанным, если ты доставишь мне удовольствие рассказом о своей семье, септе и клане.

Он кивком головы указал на вход в рубку.

— Но пока вы (все присутствующие) будете разведены по каютам, чтобы отдохнуть и прийти в себя.

Он повернулся к Хайду.

— Запри их в каютах, Пит, — по-английски приказал О’Рурка, — и сразу же возвращайся сюда.

Пит вывел пленных молдогов из рубки. Когда он вернулся, Калли с Джемисоном были увлечены серьезным разговором. Доук терпеливо слушал, стоя рядом.

— Что дальше? — Поинтересовался Пит.

— Теперь я хочу допросить того молдога. Если я узнаю о нем все необходимое, ‘ то смогу выдавать себя за друга его семьи, септа и клана, когда мы совершим посадку на пятой планете этой системы.

— На пятой планете? Посадку? — переспросил Пит.

— Пятая планета — это Имперский Мир молдогов, их столица, — объяснил Калли. — Я знал, что она должна быть пятой от светила, но в какой именно системе — это мы выяснили только сейчас.

— Значит, это и есть Имперская Планета? Но ты сказал, мы совершим посадку? А разве системы обнаружения и космической обороны…