Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Сигтаал закричал, крик разодрал горло, но в звуках не было никакого смысла. Его сила ушла, его Второе Солнце погасло, и лишь ужас был единственным, что осталось в нём. Он потерял контроль над своим телом и припал к земле, закрыв голову руками, не в силах пошевелиться. Маска Малофекса упала с него, и единственное лицо, что он носил сейчас, было его собственным.

Кхолек Пожиратель солнца схватил Сигтаала кончиками когтей. Сигтаал извивался, словно червяк на крючке. Он бессильно молотил руками, слёзы нескончаемым потоком текли из его глаз. Кхолек поднял Сигтаала над головой, и его огромная пасть раскрылась, словно ущелье.

Даже обезумев от ужаса, Сигтаал понял, что происходит. Он вскричал в эфир бессловесную молитву, прося Малофекса вернуться к нему, чтобы его боги пронзили Кхолека стрелой, сверкающей огнём или отправили легион демонов, чтобы спасти его. Но лишь тишина стала ответом ему.

Нет, ответ был. Издалека, через течения эфира, принесённый ветрами магии с другой стороны мира.

Смех, слабый и далёкий, но в этом невозможно было сомневаться. Смех тех, кто завёл себе на потеху домашнего любимца, устал от него и теперь издевался, покинув на произвол судьбы.

Кхолек бросил Сигтаала в пасть. Белорукий провалился в раскалённый скалистый туннель его глотки. Удушающая тьма сомкнулась вокруг него, и он ещё был жив, пока летел во тьму.

Кхолек пошёл вброд через океан, сокрушив прочь хлипкий ледяной столб праздным взмахом когтей. Он вытащил своё огромное тело, выбравшись на скалистый пик, и купался в молниях, что срывались с израненного неба.

На поверхности кипящей воды, что уже начала промерзать вновь, плыла книга из переплетённого пергамента. На обложке её была руна Акши. Её прибило к скалистому берегу, вморозив в лёд так же, как и саму скалу, пока Кхолек впитывал ярость шторма и созерцал мир, в котором проснулся.

Под двором Огненного Колледжа, под очагами, что притягивают стремительный поток огненной магии из ветров эфира, даже ниже стальных катакомб прошлых Магистров, лежал базальтовый лабиринт недр Колледжа. Древнее извержение вулкана создало шов сверкающего чёрного камня, пронизанного природными тоннелями и вентиляционными отверстиями, далеко внизу под ничего не подозревающим Альтдорфом. Огненный Колледж был построен на том самом месте, где некогда прорвалась ярость вулкана, и скала глубоко внизу по — прежнему была достаточно раскалена, чтобы пребывать в расплавленном состоянии, и её медленный бурлящий расплав с звериным рычанием заполнял туннели, ожидая пока пройдёт следующий миллион лет до очередного извержения.

Здесь, в теплой тьме, были созданы места, где Огненный Колледж хранил свои секреты.

Мор редко видел эти туннели, и только в компании старшего магистра. Эти путешествия были поучительны, они показывали, что случается с магистрами, которые сбились с пути. Среди этих тайн были естественные пещеры, перекрытые решётками из метеоритного железа, в которых были заключены Чёрные Магистры. Преступники в своём роде, вероломно пошедшие против Ордена, что обучил их, и в расплату за сей грех оставленные гнить во тьме.

Мор прошёл по решётке, утопленной в полу, пытаясь не обращать внимания на искажённый крик, раздавшийся снизу. Боковая камера была наполовину заполнена лавой, в ней находился прикованный цепями голый мужчина с длинной чёрной бородой, переливавшейся красным. Мор старался не задерживаться взглядом ни на чём, что представало перед ним, но не мог не видеть, как при дыхании поднимается и опадает грудь, следовательно это не казнь, и заключённый всё ещё жив. Массивные двери из обсидиана и бронзы вздрагивали, когда сумасшедшие внутри пытались вырваться из заключения. Порой, некоторым удавалось выбраться из своих камер, и тогда Великий Магистр повелевал пылающему под землёй зверю подняться и затопить эти камеры раскалённой магмой. Это случалось ранее, хотя никто не знал сколько именно раз, там и тут виднелись следы: или отпечатки опалённых в огне ладоней, или искажённые силуэты тел, отпечатавшиеся на чёрном камне.

Мор освещал себе путь миниатюрной шаровой молнией. Она кружилась вокруг его головы, но не отходила далеко, словно боялась чего-то. Он подошёл к арке тлеющей древесины, чьи угли всё ещё светились. Мор сглотнул, после чего пробормотал несколько слов из молитвы и прошёл через неё.

Пылающие руки схватили его. Он не мог видеть их, но каждый пылающий палец болью отпечатался на его коже. Он поморщился, но заставил себя оставаться спокойным.

Бронзовое лицо перед ним было изображением одного из древнейших магистров его Ордена. Он согласился отказаться от покоя смерти и остаться здесь — хранителем секретов Огненного Колледжа.

— Что ищешь ты? — потребовало лицо. Оно было высотой с человека, изборождённое коваными морщинами и хранящее суровое выражение, как и при жизни его обладателя.

— Я ищу Апокрифы Раскалённые.

— Апокрифы? И что же младший осмыслитель хочет сделать с ними? Ты немногим больше, чем свежеобожжённый подросток! Ты всё ещё портишь свои штаны при виде голого пламени, мальчик?

— Мне дано разрешение по воле Великого Магистра Ульцхаймера, — ответил Мор. — Он считает, что мои исследования достаточно важны для познания истории Ветра Огня.

— Ульцхаймер? — переспросило лицо. — Из года в год они меняются всё чаще. Пылающий интеллект? Неустанная решимость познать пламя? Столь многие прошли через эти залы! Но да, я думаю, я помню его. Смотрит в огонь. Ищет будущее.

— Воистину, — проговорил Мор. — Я должен ознакомиться с Апокрифами. Всё зависит от этого.

— Ха! Прошло столь много лет с тех пор, как кто-то столь же неопытный, как и ты, вошёл в сии комнаты, а у меня тут не слишком много возможностей для веселья. Это будет достаточно забавным зрелищем — смотреть, как ты борешься с Апокрифами.

Горящие руки отпустили его. Мор упал нам одно колено и боль поглотила его, пока он пытался сохранить спокойствие.

— Благодарю вас, — сказал он.

Лицо хмыкнуло и вновь застыло в стене.

Камера лежала по ту сторону огромной естественной трещины. Её стены вздымались во тьму. Мор не смог удержаться от того, чтобы представить себе, как потоки лавы изливаются в камеру, сжигая всё, счищая плоть с костей, а затем обращая эти кости в прах.

На цепях, уходивших во тьму, куда не достигал глаз, висели железные клетки, в каждой из которых находилась реликвия Огненного Ордена. Слишком мощные, чтобы храниться в стенах Колледжа, они висели здесь в ожидании момента, когда появится кто-то, кому будет даровано право обладать ими, или же того, кто захочет испросить у них совета. Палаческий топор с клинком из красного кристалла. Нагрудник, сделанный из содранного лика красного дракона. Перчатка, выкованная гномами, что всё ещё светилась, словно только что была вытащена из горна.

И, наконец, в одной из клеток находилась книга, которую Мор знал, как Апокрифы Раскалённые. Однажды Великий Магистр сошёл с ума и забаррикадировался в одном из крыльев Колледжа, сплавив все запоры, и наколдовал демонов, чтобы противостоять вторгшимся, якобы, злоумышленникам. Когда огненные волшебники, наконец, пробились к нему, то единственное, что им удалось найти, это горстку праха и костей и эту книгу, в которой магистр записал всё безумие, что пронеслось через его воспалённый разум. Некоторые из них оказались пророческими. Некоторые — бредом. А некоторые содержали в себе заклинания, которые в противном случае были бы потеряны Колледжем навсегда.

Мор открыл клетку ключом из чёрного хрусталя. Затем достал книгу и положил её на пол. Её страницы было тяжело открыть, так как они слиплись от раствора, предохраняющего их от огня. Мор пролистал страницы, слова лихорадочного безумия на которых старались вцепиться в его разум, пока не нашёл ссылку, которую искал.

Он положил дневник Сигтаала Белорукого на землю рядом с Апокрифами, открыв его на странице, на которой был нарисован тот же символ, что он нашёл на страницах фолианта Колледжа.

Это был шар, окружённый языками пламени, вариацией руны Акши, что образовывали ореол вокруг него.

Это было Второе Солнце Малофекса.

Мор позволил своему миниатюрному огненному шару опуститься на плечо, подобно ручной птице, и углубился в чтение.

Мор не заметил приход Ульцхаймера.

Он почувствовал, как посох легонько тронул его за плечо и мысли его раскололись. Он почувствовал, что его глотка пересохла, а всё тело ныло. Мор не мог сказать, сколько времени провел, сидя на полу перед Апокрифами и дневником Сигтаала.

— Младший осмыслитель, — сказал Ульцхаймер, слабая улыбка играла у него на губах. — Это не принесёт нам никакой пользы, если наши молодые мастера заработаются до смерти. Твои товарищи интересовались, где ты находишься. Я знал, что ты захочешь проконсультироваться с Апокрифами, и поэтому, чтобы найти тебя, я пришёл сюда.