Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Я вижу, ты не преуспел на службе, ловец воров, — заметил Варбл.

Верхняя губа Харальда чуть заметно дернулась.

— Когда я в последний раз приезжал в Альтдорф, ты был капитаном стражи, а теперь проводишь ревизию товаров в порту.

Харальд внимательно посмотрел на Варбла, пытаясь припомнить его лицо.

— Мы раньше встречались, хафлинг?

Варбл пожал плечами:

— Сомневаюсь. Я веду замкнутый образ жизни. И уважаю закон.

— Все равно не хватает трех бочонков, — сообщил Беннинг.

Клерк бросил быстрый взгляд на Крими и лишь потом повернулся к Харальду. В этом состояла его вторая ошибка. Первая, естественно, заключалась в том, что он решился обворовать компанию «Рейк и Талабек».

Рупрехт мог бы выкрутиться, но он был слишком туп для этого. Стражник стоял, прислонившись к хлопковым тюкам, отмахиваясь мясистой рукой от назойливой мухи, которая кружила около его лица.

— Я же сказал тебе, Кляйндест, никакой загадки тут нет. Крепления ослабли, и бочки скатились за борт. Они пошли на корм рыбам.

Харальд невозмутимо посмотрел на толстяка. В животе у него стало пусто и противно, как всегда бывало в присутствии глупых, посредственных людей.

— Забавно, сколько вещей просто падает в воду, не правда ли?

Рупрехт вспотел сильнее, чем обычно. Наверное, его мутило от выпитого лангильского. Вино было довольно крепким, и тучным людям быстро становилось от него плохо.

— На корм рыбам, да? Это похоже на правду.

Крими перестал возиться с веревкой и вопросительно вскинул бровь. «Рыбники» получили свое название именно потому, что большая часть вещей, «скатившихся за борт», попадала к ним в руки.

— Если не считать этих бочек, списки совпали, — продолжил приказчик.

— Беннинг, — заметил Харальд, — если твои списки совпали, ты либо ужасный счетовод, либо очень умный вор. А я не верю, что ты плохо умеешь считать.

Приказчик подскочил от неожиданности, чуть не свалившись с пристани. Он обернулся и вытаращил глаза.

В наступившей тишине было слышно, как скрипит баржа, которая покачивалась на воде, наваливаясь бортом на сваи причала. Портовый пес тяжело дышал, предчувствуя, что вот-вот разразится гроза. Остальные тоже гадали, что будет дальше.

— Ты хоть понимаешь, какую глупость совершил? Эти остолопы не умеют ничего, кроме как воровать. Но ты образованный человек. Тебе не следовало подделывать счета.

Приказчик затравленно огляделся, но Крими и Рупрехт не желали встречаться с ним взглядом.

Варбл сделал вид, что происходящее его не интересует, и выплюнул окурок за борт.

— Три бочонка, Беннинг. Опять три бочонка. Когда ты ведешь подсчеты, товар разгружает господин «рыбник», а на страже стоит Рупрехт, в партии груза всегда не хватает трех бочонков вина. Вам следовало бы менять числа. Ты полагал, что руководство компании не поверит, если все счета сойдутся, поэтому вы договорились, что каждый раз будете заявлять о пропаже трех бочек.

Рупрехт трясся так, словно вот-вот взорвется. Крими помахивал своей веревкой. Члены его банды расположились поблизости — кто на барже, кто на причале — и, облокотившись на тюки, ждали.

Хафлинг глянул за борт.

— Я просмотрел все отчеты, и всякий раз потери составляли гораздо больше, чем три бочонка. Ты добросовестный служащий, поэтому должен точно знать, на сколько ты обманул компанию.

Беннинг был близок к тому, чтобы сломаться. Харальд заметил, что на глазах у клерка выступили слезы.

— Я был… Меня за-за-заставили…

— Заткнись ты, писака! — рявкнул Рупрехт, наклоняясь вперед.

Он шлепнул себя по щеке, норовя прихлопнуть муху. Его жирный подбородок заколыхался, но муха благополучно улетела.

Харальд повернулся к ночному сторожу. Ухватив нож за острие, он обратил рукоять в сторону Рупрехта. Это было превосходное оружие — восемнадцать дюймов заточенной, как бритва, стали. Некоторые мужчины отдавали предпочтение кинжалам с резной рукояткой и приказывали выгравировать имена богов на лезвии. Простой клинок Харальда был лишен украшений, зато сочетал в себе плавность изгибов и четкость линий. В конце концов, Харальд носил его не для того, чтобы покрасоваться.

— Это традиция доков, Кляйндест… Никто не смеет лишить старину Рупрехта его доли…

Харальд ничего не ответил. Его всегда тошнило, когда воры теряли самообладание. Со всеми ворами рано или поздно это случалось.

— Евгений Ефимович говорит, что все имущество нажито нечестным путем, — встрял Крими.

— Да, но воровство остается воровством.

Харальд поднял свой нож.

— Этот клинок изготовил кузнец Мэгнин, — сказал он. — Это самый тяжелый метательный нож в Известном Мире. У хорошего оружия баланс выверяется до тысячной доли унции. Чтобы попасть в цель, его хозяину необходимы умение правильно рассчитать время, необыкновенная сила запястья и меткость сокола.

Рупрехт попятился, пытаясь укрыться среди тюков. Муха села стражнику на ухо, но он лишь нечленораздельно мычал, пуская пузыри, а его рубашка потемнела от пота.

— Тебе лишь остается надеяться, мерзавец, что пять бутылок вина, которые я выпил вчера вечером, не повлияют на мою меткость этим утром…

Рупрехт втянул в себя воздух и закрыл глаза. Нож сорвался с руки Харальда и полетел, переворачиваясь, как будто двигался сквозь густую жижу.

Раздался глухой удар. Рупрехт вскрикнул. Муха перестала жужжать.

Толстяк приоткрыл глаза и обнаружил, что нож вонзился между его правым ухом и виском, уйдя по самую рукоять в обитый хлопком тюк. Сторожа даже не задело.

— Итак, я услышу признание или мне придется прибегнуть к грубости?

Рупрехт ничего не ответил. Он был занят тем, что горячо благодарил всех богов за свое спасение. Однако «рыбники» не вняли предупреждению, совершив обычную ошибку для людей их типа. Увидев безоружного человека, они решили, что легко справятся с ним.

Крими многозначительно посмотрел на своих приятелей и двинулся на Харальда. Он взмахнул веревкой с привязанным к ней тяжелым крюком, метя своему противнику в голову.

Харальд ловко перехватил веревку в воздухе, намотал ее на руку и рванул на себя, сбив Крими с ног.

Когда вожак «рыбников» оказался в пределах досягаемости, воин с силой заехал бандиту в пах коленом. Крими взвыл от боли и выронил крюк.

Харальд отпихнул недотепу и с деланным участием спросил:

— Больно, правда?

Корчившийся от боли «рыбник» больше не доставлял хлопот. Харальд поднял веревку. Подойдя к парню, он заломил ему руки за спину и связал запястья.

— Рупрехт, — скомандовал стражник, — принеси мне нож.

Ночной сторож, не раздумывая, вытащил нож работы Мэгнина из тюка и подал его Харальду. Харальд убрал оружие в ножны и обвел взглядом остальных грузчиков. Те, очевидно, решили не лезть на рожон.

— Чего вы ждете? — поинтересовался досмотрщик. — Несите товары на склад да не забудьте о тех ценностях, которые вы успели припрятать.

«Рыбники» зашевелились, подхватили ящики и бочки и потащили поклажу, словно марионетки, управляемые ловким кукловодом.

Варбл спрыгнул с баржи на причал и посмотрел на Крими, который все еще катался по настилу, поджав колени к груди.

Дернув за веревку, Харальд заставил бандита сесть, а затем застегнул на его шее тугой железный ошейник. Шипы на внутренней стороне железного обруча вонзились «рыбнику» в кожу, оцарапав ее до крови. Если бы Крими попытался бороться, он нанес бы себе более серьезные раны. Харальд в шутку потянул за ошейник, и пленник застонал.

— Скажи, — полюбопытствовал Варбл, — не за это ли тебя прозвали Грязным Харальдом?

4

— Пропустите меня. Я иду по поручению Императора.

Это было не совсем правдой, но зеленый плащ придворного сделал свое дело; встречные почтительно расступались, пока Йоганн продирался сквозь толпу на улице Ста Трактиров. Даже не считая праздных зевак и замызганных бродяг, в узком проулке между трактиром «Матиас II» и «Пивоварней Бруно» собралось больше народу, чем Йоганн мог себе представить.

— Капитан Дикон, — сказал один из солдат своему командиру. — Одного одеяла не хватит, чтобы укрыть тело.

— Молот Зигмара! — выругался капитан. Зрелище было такое, что у многих сводило желудок.

— Невероятно, — пробормотал стройный эльф в одежде менестреля. — Ее куски валяются повсюду.

— Заткнись, остроухий!

Назревала драка. И не в одном, а в нескольких местах. Йоганн подумал, что эти люди будут поопаснее последователей Ефимовича. Возбужденная толпа уже почувствовала запах крови, и он распалил ее жажду.

Солдаты задержали двух избитых моряков, и сержант вел допрос. Стражник достал пару ручных кандалов и угрожающе звенел ими перед лицом одного из матросов.