Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Хафлинг согласился совершить не слишком приятное путешествие в Альтдорф на барже — чего ему совсем не хотелось — только при условии, что получит плату вперед. Он даже назначил цену несколько выше, чем обычно, во-первых, потому, что его работодатель мог себе это позволить, и, во-вторых, потому, что поручение казалось невыносимо скучным.

Он не ожидал, что увидит гибель Тотена Унгенхауэра. И что сможет наблюдать за поединком из первого ряда. Хотя ради этого ему пришлось переодеться слугой и приклеить фальшивую бороду. Однако представление того стоило.

Сэм помнил, что раньше Унгенхауэр был предводителем мариенбургских «рыбников». Когда у Варбла было время, он навещал могилы усопших друзей и потому запомнил высокорослого наемного убийцу. «Рыбники» тактично избавились от гиганта, когда им надоело спиливать его рога каждый месяц и притворяться, что он обычный человек.

Хафлинг обвел взглядом зрительный зал, ища своего нанимателя. Как и следовало ожидать, маркиза была здесь, легко узнаваемая по большому носу, выступающему из-под вуали. Он чуть заметно кивнул ей, и она в ответ разве что юбку не задрала и не послала ему воздушный поцелуй. Богатые вдовы всегда отличались глупостью.

Фон Тухтенхаген уединился в углу с жрецом Верены, то ли долго и подробно исповедуясь во всех грехах, то ли умоляя священнослужителя, чтобы тот спрятал его под своим балахоном и вывел из зала. Граф пропустил мимо ушей предложение виконта воспользоваться услугами цирюльника и предстать перед своей богиней в надлежащем виде. Варбл посочувствовал бедняге. Когда ты мертв, никто и фальшивого пфеннига не даст на масло для волос и духи.

Если не верите, спросите Унгенхауэра, хотя теперь он вряд ли даст ответ.

Виконт имел полное право убить графа. Никто не стал бы возражать. Варбл и не сомневался, что фон Тухтенхаген заслуживает смерти. Хафлинг читал сочинение Ефимовича «Твари в зеленом бархате» и знал, что многое в нем было правдой, поэтому он охотно поверил в историю о графе Фолькере, трех пастушках, пропавшей запонке и яме с негашеной известью.

Леос не проявлял особого нетерпения. Он отложил свой благородный меч и выбрал для казни обычную гарроту.

Зрители по большей части разошлись, поскольку смотреть было не на что. Близилась безвкусная, но неизбежная развязка.

В конце концов, даже жрец пресытился причитаниями Фолькера и предоставил Леосу возможность самостоятельно разбираться с графом.

Катаец, который не понравился Варблу с первого взгляда, придерживал фон Тухтенхагена за плечи, а Леос тем временем надел гарроту на шею побежденному. Подложив лоскут шелка под стальную струну, виконт проследил, чтобы металл нигде не касался кожи. Такова была привилегия дворянина: орудие казни не должно осквернить его тела.

Фон Тухтенхаген продемонстрировал всем, что он ел на завтрак.

Затем молниеносным движением виконт затянул петлю, и граф упал рядом со своим бойцом.

Улыбнувшись, Леос отступил. Катаец проверял пульс и дыхание фон Тухтенхагена. Ничтожный человечек в зеленом бархате умер.

Все собрали свои вещи и двинулись прочь.

— Ты, — окликнул хафлинга рослый лакей-человек, — малявка!

Варбл потянулся за кинжалом, но вспомнил, что оставил его в других башмаках. Он был одет как слуга, а слугам не полагается входить во дворец вооруженными, если они не хотят, чтобы их приняли за убийц и подвергли пытке.

— Помоги мне убрать эту грязь.

Варбл пожал плечами. Не только Харальду Кляйндесту приходилось заниматься грязной работой.

Тварь скрывалась, но все слышала и видела. Она чуяла запах крови и знала, что этой ночью снова выйдет на охоту…

— Это Розана Опулс, — сообщил Эльзассер. — Она из Храма.

Харальд заметил присутствие девушки и понадеялся, что она не будет путаться под ногами.

— Не беспокойтесь, я не буду, — сказала нежданная гостья.

— Розана — провидица.

— Я догадался.

Два работника Шигуллы выловили тело из воды и сложили останки на столе в складском помещении компании «Любимец Мананна». Дикон ходил мрачный как туча из-за возвращения Харальда Кляйндеста. Он был озабочен тем, как пропустить официальных дознавателей сквозь кольцо охраны и удержать скандалистов на расстоянии. Харальд не смог придумать для него другого, более полезного, задания. Строго говоря, оно не было даже унизительным. Теперь, представляя имперскую власть, Харальд мог отдавать распоряжения своему старому капитану и намеревался при случае сквитаться за старые обиды.

Месть была гнусным и бессмысленным чувством, но ведь он всего лишь слабый человек, н нельзя его винить за низменные порывы.

Если ему требовались подозреваемые, то вокруг их было множество. Управляющий Шигулла некогда входил в банду «крюков», а почти всех его работников Харальд знал еще в те дни, когда они начинали мелкими карманниками. Однако, если уж на то пошло, ни на одном из них не висело столько нераскрытых дел, сколько на стражниках. Пробираясь через толпу зевак, Харальд почувствовал, что у него снова заурчало в животе.

Он осмотрел безглазое тело с обезображенным лицом и понял, что их ждет встреча с необычным преступником. «Крюки» и «рыбники» часто наносили увечья телам убитых противников, если хотели передать то или иное послание приятелям своих врагов, однако даже берсерки не сделали бы такого с женщиной.

— Провидица, — позвал Харальд. — Что ты можешь мне сказать?

Девушка не хотела прикасаться к мертвому телу, но все-таки положила руку на ободранный лоб жертвы.

— Волк, — сказала она.

— Это сделал волк?

Розана сделала отрицательный жест. Ее глаза были закрыты, руки и ноги дрожали. Она водила головой из стороны в сторону, словно пытаясь уловить звук или запах.

— Волк, — повторила девушка. Это слово запечатлелось в ее мозгу.

— Волки обычно не охотятся в городе, — заметил Харальд. — Кроме того, они съедают, по крайней мере, половину своей добычи. Хищник не сбросил бы тело с пристани. Скорее, он оставил бы его валяться, чтобы снова прийти поживиться.

— Я имею в виду не настоящего волка, а Вольфа. Это имя.

Провидица отвела руку и вытерла ее о платье. Она не испытывала отвращения. Конечно, ей не хотелось прикасаться к оголенной человеческой плоти, но коль выбора не был, она не собиралась жаловаться.

— Был один знаменитый Вольф, — припомнил Эльзассер. — Вольфганг Нойвальд.

— Нойвальд? Звучит знакомо. А, ты имеешь в виду Вольфганга фон Нойвальда?

— Вот именно, капитан. Его имя упоминается в песне Ферринга-стихотворца о герое Конраде. Говорят, у него вытатуирована волчья морда поверх лица.

— Герой? Это интересное слово, Эльзассер. Я знаю людей, которые считают Вечного Дракенфелса героем.

— Нойвальд… Э, фон Нойвальд как будто бы раньше убивал людей. И он родом из Альтдорфа.

Харальд покачал головой:

— Я слышал о Вольфе фон Нойвальде, стражник. Он мне не нравился, но убивать проституток не в его духе.

— Это не такое уж редкое имя, — подвел итоги Эльзассер.

— Я прикажу, чтобы всех Вольфов, Вольфгангов, Вульфи, Вольфрамов, Вольфгардов и Вульфриков схватили и подвергли допросу с пристрастием, — вмешался Дикон.

Харальд, Розана и Эльзассер посмотрели на капитана портовой стражи как на слабоумного.

— Ты идиот, Дикон, — выразил общую мысль Харальд. Капитан посмотрел на него так, словно у него был наготове ответ, но он все забыл.

— Если эта женщина умерла, думая о Вольфе, вовсе не значит, что он убил ее. Я не раз видел, как в минуту смерти мужчины звали свою мать или подружку…

— Блестяще, Кляйндест, — ощерился Дикон. — Значит, Вольф был мамочкой этой шлюхи?

Розана рассердилась:

— Она не была шлюхой, капитан. Она работала в «Приюте странника» служанкой.

Дикон фыркнул и пошел прочь, доставая свою трубку.

Харальд осмотрел труп, тщательно изучая каждую рану. Он пытался представить себе, что за животное они преследуют, а также хотел понять, что возбуждает Тварь, что доставляет ей удовольствие. Его желудок разъедала кислота, но он все-таки смог составить представление о чудовище, за которым они охотились.

— Думаю, вы правы, — заметила Розана. — Вольф был любовником девушки. Я вижу его лицо. Вероятно, я смогла бы его узнать.

Харальд оторвался от исследования мертвого тела. Укрыв останки погибшей девушки одеялом, он подоткнул его со всех сторон.

— Вы умеете рисовать?

Розана удивилась и открыла рот, чтобы задать вопрос, но потом догадалась сама.

— Да, я смогла бы нарисовать его портрет.

Харальд ухватил Шигуллу за ухо и велел ему принести бумагу и карандаш. Управляющий принялся рыться в столе, заваленном бухгалтерскими книгами, и нашел несколько чистых листов.