Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

— Что скажете, господин Зирк? — Нетерпеливо спросил он.

— Пока сыровато, Ранаштик.

— Подайте мне покал клови! — завопил Влад.

Детлеф понял, что видела Женевьева в тёмной гримерной. Репетицию Ранаштика. Она посмеется, когда узнает.

Прикорнув на плече актера, Мелисса пробубнила, что представление было ужасным, но влюбленный в театр рабочий сцены ее не услышал.

— Что значит «сыловато»? — гневно спросил Влад-кукла.

— Это значит, что мы должны больше репетировать. Придумывать более интересные шутки.

— Вздол! Откуда ему знать? Пожалуй, я высосу его кловь!

— О нет, и думать не смей, Влад. — Ранаштик сердито встряхнул куклу. — Примите мои извинения, господин Зирк…

— Долой людей!

— Иногда его заносит. Он очень темпераментный. Как и все вампиры.

Ранаштик зажал кукле рот ладонью, заглушив дальнейшие протесты. Влад яростно вертел головой.

Они были полной противоположностью Хельге и Генриху. Два человека в одном теле, а не один — в двух.

Чудно.

Детлеф усадил Мелиссу на стул и растолкал ее. Девочка проснулась, оскалив клыки и сверкнув красными глазами.

— У меня начинается ужасная головная боль, — заявила она.

— Я знаю, каково это.

Хельга и Генрих проскользнули к барной стойке. Они стояли по бокам от Ранаштика. Их руки обшаривали его карманы, а языки трепетали рядом с лицом сильванца.

— Свежая кровь…

— …благородная кровь.

— Он из рода фон Карштайнов, — предупредила Мелисса. — Лучше оставьте его в покое. Его родственникам может не понравиться, если вы полакомитесь им.

Близнецы разозлились.

— Неужели у каждой коровы, которая заходит сюда…

— …есть патрон или защитник?

— Как досадно…

— …и обидно!

— Можете укусить маленького, — сказала Мелисса.

Детлеф не понимал, что она имела в виду, пока Хельга или Генрих — трудно определить, кто именно, — не бросилась на Влада, впившись клыками в дерево.

— Не порань мне запястье, — поморщился Ранаштик. Физиономия близнеца, который не кусал куклу, скривилась так же, как и того, который опробовал крепость своих зубов на деревяшке. Зашипев, Хельга и Генрих удалились.

Ранаштик снял Влада с руки и осмотрел белую манжету.

На его коже не было ни единой царапины.

— Следовательно, ты даже не заинтересованная сторона? — уточнил Детлеф.

— Я бы так не сказал. Я не хочу быть вампиром, но остаюсь графом фон Карштайном. Я сознаю, что последователи Бланда не будут вникать в такие тонкости, когда начнут мстить за убийство отца-настоятеля. Мне наверняка вобьют кол в сердце, как если бы я был бароном Вьетзаком.

— Ты знаешь о заговоре? — ошеломленно спросила Мелисса.

— О да. Об этом только и говорят за кулисами. Керреф слышал эту новость от Антонии, которой сказала костюмерша Евы, которая…

Детлеф подумал, что желание Мелиссы исполнилось и он снова играет фарс.

— И конечно, — продолжал Ранаштик, — все случится сегодня ночью. Она сейчас должна быть в храме. Будем надеяться, что убивать людей у нее получается не так хорошо, как все остальное.

— Ты знаешь, кого Вьетзак нанял, чтобы убить Бланда? — осведомился Детлеф.

Ранаштик кивнул:

— А вы нет?

14

— Что это было? — спросила Женевьева.

— Я ничего не слышала, — ответила Лизель фон Сутин чуть более поспешно, чем следовало.

Вампирша забыла, что ей не полагается иметь сверхострый слух, как у летучей мыши. Никаких явных признаков для тревоги не было. Она уловила лишь негромкий шум, похожий на сдавленный стон. Но может, ей почудилось.

— Думаю, мне следует проверить отца-настоятеля.

— Его охраняет ночная стража.

Сестра Лизель комкала свой рукав. Женщина была встревожена, почти испугана.

Ночные способности Женевьевы обострились. Ей пришлось напрячь верхнюю губу, чтобы прикрыть удлинившиеся зубы.

— Никому не станет хуже, если я проверю.

Неохотно, как показалось Женевьеве, секретарь-глашатай позволила ей уйти. Девушка пересекла квадратный дворик, направляясь к апартаментам Бланда. Лизель поколебалась мгновение, затем пошла следом за ней. Шаги сестры гулко разносились в тишине. Вампирша махнула ей, призывая не шуметь.

Женевьева нырнула под полог и сразу поняла, что случилось что-то плохое.

На первом посту караульные неуклюже распростерлись на полу.

Запах свежей крови ударил Женевьеве в ноздри, как «пыль демона». Ее ночное зрение обострилось. Она увидела алые пятна на глотках стражников. Кровь, толчками вытекающая из двойных ран на горле, скапливалась в складках их одеяний. Нечто подкралось к этим двоим и атаковало со скоростью змеи.

Или вампира.

Нападавший застиг охранников в тот момент, когда они подкрепляли силы едой. Куски хлеба и сыра валялись вокруг, залитые кровью, — огромным количеством крови! Из разбитых кружек расплескался крепкий чай с молоком. От обилия запахов у Женевьевы защипало глаза, что мешало ей сосредоточиться. Кровь, чай, молоко, сыр. И еще какой-то неприятный растительный аромат.

— Шаллия милосердная! — воскликнула Лизель, едва не рухнув на тела. — Они…

— Нет, но будут, если не остановить кровотечение.

Подавляя красную жажду, пульсирующую в звериной части ее мозга, Женевьева осмотрела раны жрецов и проверила их сердцебиение.

— На них напал вампир? — спросила Лизель. — Похоже на то, верно?

Сестра Лизель пережила потрясение, которое грозило перерасти в панику. Она требовала внимания Женевьевы, тогда как вампирше нужно было идти по следу.

— Оставайтесь здесь! — приказала девушка. — И прижмите что-нибудь к месту укуса. Что угодно, лишь бы остановить кровь.

— Не уходи, — взмолилась Лизель. — Дженни, пожалуйста!

— Я должна.

Женевьева толкнула дверь. В покои Бланда можно было попасть только через двери в конце коридора. Впереди должны быть еще двое охранников.

Двери были открыты, и караульные, истекая кровью, лежали на полу.

Аромат трав стал более явным. Женевьева даже запнулась.

Затем она бесшумно помчалась по коридору.

Посреди ковра, лежащего в комнате Бланда, горел небольшой костер, который вспыхнул из-за упавшей лампы. Багровые блики плясали на низком расписном потолке, украшенном изображением Морра, распределявшего награды и наказания в загробном мире.

Женевьева застала убийцу за работой.

Светловолосая женщина держала отца-настоятеля Бланда в вампирском объятии, уложив его себе на колени и заставив откинуться назад. Одетый лишь в ночную рубашку и колпак, жрец был в сознании, но застыл от ужаса. Его выпученные глаза часто моргали, а неизменная улыбка превратилась в гримасу.

По его шее струилась кровь.

— Остановись, — сказала Женевьева.

Убийца подняла окровавленное лицо и посмотрела на девушку.

Можно было подумать, что внезапно к ней вернулась способность отражаться в зеркале. Женевьева увидела саму себя. Вернее, кошмарное подобие того, какой она бывала в свои худшие моменты. Маска, освещенная колышащимися языками пламени, красные горящие глаза, когти длиной в палец, кровь, запекшаяся в волосах.

— Кто осмелился побеспокоить вампиршу Женевьеву, когда она утоляет жажду?

Голос был ее собственный, но шел извне. Ослепленная огнем и одурманенная запахом крови, Женевьева пыталась понять, кто это создание. Не могла ли какая-то часть ее личности обрести физическое воплощение и самостоятельно отправиться на охоту? Затем пришло озарение.

— Я действительно так выгляжу со стороны?

Убийца узнала ее.

— Ты?! — потрясенно вскричала она.

— Как неудобно получилось, — усмехнулась Женевьева.

Злодейка бросила отца-настоятеля, голова которого оказалась угрожающе близко к языкам пламени. Бланд трясся, следовательно он был еще жив.

— Ну почему же, — возразила убийца, которая была выше Женевьевы ростом, да и руки ее были длиннее. — Вампир Женевьева убивает Тио Бланда, затем ее хватают и казнят на месте преступления.

— Так ты действительно думаешь, что можешь стать мной, Ева?

— Я играла тебя годами, — ответила Ева Савиньен. — Критики говорят, мне эта роль удавалась гораздо лучше, чем тебе. В том, что касается Женевьевы Дьедонне, ты любитель.

Женевьева столкнулась сама с собой. Клыки и когти были фальшивкой. Волосы оказались париком. Только кровь была реальной.

— Сколько Вьетзак заплатил тебе? Тебя, несомненно, устроила бы роль королевской любовницы?

— Вьетзак? Он к этому не имеет отношения, сестра.

— Ты мне не сестра.