Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Все в отряде знали, что это значит. Это было время Тчара. Время перемен. С холма колдун, голову которого словно нимбом окутывал свет луны, поманил Картхоса, и зар поспешил вверх по склону.

Колдуна звали Югдран Югра. Он был самым старым человеком из всех, кого знал Картхос. Его конечности высохли, а кожа покрылась морщинами от старости. Он был колдуном ещё отца Картхоса, в те времена, когда его отец был заром.

— Возьми нож, — сказал Югдран Югра. Он протягивал нож из заточенного лунного камня вместо обычного серебряного кинжала.

— Куда я должен ударить, — спросил Картхос. Козёл снова заблеял, на этот раз ещё более громко и пронзительно чем ранее.

Югдран Югра ущипнул себя за вялый подбородок, и на мгновение Картхос подумал, что старик хочет, чтобы зар забил своего колдуна.

— В горло, мой зар. В горло, — ответил колдун.

Картхос сделал, как было велено. Козёл прекратил свои вопли. Югдран Югра смешал измельчённую в порошок траву с мелом, и когда выплеснулась горячая кровь, парящая на морозном воздухе, он подбежал и плеснул её на белые стебли.

— Хорошо, хорошо, — сказал колдун, забирая нож. Он нагнулся, чтобы прочитать волю богов.

— Ну, что?

Колдун посмотрел на зара. Любопытный огонь горел в его молочно-белых глазах.

— Ты дашь обет, — ответил он.

Улыбка зажглась на лице Картхоса. У подножия холма его люди, увидев это, начали аплодировать, гиком и криками выражая своё торжество, даже не дожидаясь момента, когда он расскажет им слова богов.

Позавтракав козьим мясом, они вскочили на коней и отправились в разгорающийся день. Кархос мог чувствовать, как отряд объединился, ведомый общей целью. Были времена, когда воины тащились и медлили, без особой охоты, несосредоточенные. Но теперь они были тверды, словно стрела, выпущенная в ясную цель. Они получили веру. Видимый среди лун Тчар благоволил им. Лок Длинный окорок и Ффорнеш Мечтатель затянули воинственные песни, наполнив воздух зимнего дня звучными голосами.

Это были воины, которых желал бы иметь любой зар: энергичные, верные, равнодушные к опасности. Картхос был вынужден отправить коня в галоп, чтобы удержаться во главе группы. Он звучно рассмеялся в морозные небеса.

Они пойдут за ним. Ничто не сможет встать у них на пути. Они пойдут за ним в саму преисподнюю.

В соседней долине, взобравшись на верхушку холма, он остановил коня.

Внизу, за протянувшимися на лигу зарослями дрока, лежало место сбора, столбы дыма из юрт поднимались в чистое небо.

Зар Картхос поднял левую руку с растопыренными пальцами, подавая команду своим людям: — Следуйте за мной.

И они отправились вниз.

Вокруг древнего, расколотого молнией дерева — священного молниевого древа — в большом количестве расположились лошади кланов. Картхос и ранее приводил свою ватагу на собрания, но от масштаба нынешнего у него перехватывало дыхание. Он даже не предполагал, что на диске мира живёт так много людей.

Вокруг участка, по его границе — старому кольцевому рву, что был всегда, сколько он себя помнил — были зажжены костры. В лагере шатались огромные орды поддатых воинов. Он видел склонённые штандарты с метками различных банд. Некоторых он знал. Среди них были зар Хелфил, зар Тзагз, зар Ульдин. Гремели барабаны. Рядом с рассечённым молнией деревом выросла юрта высшего зара.

Предстоит Война. Это было ясно, как день. Не просто ежегодный сбор кланов для набега на земли вялых южан.

Слухи и предзнаменования были правдивы. Архаон явился — освободитель, низвергатель тронов и сокрушитель миров. Он послал слово Своё, слово, пронзившее сердца воинов кланов, призывающее их на пир резни и кровопролития.

Когда высший зар в последний раз объявлял сбор? Когда высший зар в последний раз оценивал кланы, пришедшие на зов своего господина? Ни при жизни Картхоса или жизни его достойного отца не случалось подобного.

Зар Картхос почувствовал, как в такт грохочущим барабанам всё быстрее забилось в груди его сердце. В конце концов, обещанная эпоха завоевания пришла. Буря огня. Конец времён. Буря Хаоса.

Все вместе, собравшиеся на окраинах зимнего мира, верховные зары собрали свои отряды. Энра Смертоносный Меч, Валмир Аэслинг, Свен Кроваворукий, Оккодай Тарсус, Зарос Осаживающий Клинок — все ответили на призыв странного и непостижимого демона-что-был-человеком — Архаона.

Катхос верил, что величайшим из верховных заров Архаона был Суртха Ленк, ради которого все и собрались. Если какой-нибудь военачальник и мог бы взломать границы слабой «империи» и сорвать венец с головы их так называемого императора — как там имя нынешнего? Карл Франц? Если кто и обладал поистине королевским величием и могучим умом, так это великий и злобный Сурта Ленк.

Ватага Картхоса въехала в становище. Корос Кир высоко вздымал череп-знамя. Воины оборачивались и провожали их взглядом. Кулы, кургане, долганцы, хастлинги… великое разнообразие воинов и знамён. Чужие лица в странных и причудливых доспехах, вооружённые необычным и разнообразным оружием смотрели на них, ехавших мимо.

— Будьте осторожны, — внезапно пробормотал Одек. Картхос уже видел приближение проблем. Знамя с кровавым клинком на красном поле. Знамя зара Блайды.

Было бы неверно сказать, что кровь погибших была забыта зарами. Слишком много было убитых в их долгой клановой войне.

Блайда, высокий и худой, в своей смолисто-чёрной пластинчатой броне, с вытравленными на ней свидетельствами его многочисленных побед, вышел на тропу, преградив путь Картхосу. Колдун Блайды, голый, безумно скачущий придурок по имени Онс Олкер, наступал на пятки своему хозяину.

Картхос спешился и бросил поводья Беренгу. Он прошёл по разбитой в жидкую грязь тропе и встал перед лицом вождя в чёрной броне. Блайда выхватил палаш, длинное лезвие меча заблистало в лучах восходящего солнца.

Картхос не стал следовать его примеру, хотя краем уха услышал, как с тихим шелестом меч Одека выскользнул из ножен.

— Ты знаешь закон, что действует здесь? — сказал Картхос, глядя в прорезь чёрного шлема Блайды.

— Я должен напомнить тебе его? — добавил Картхос. — В месте сбора высшего зара ни один клан не может развязать войну.

Блайда опустил меч. — Картхос, ты пожирающий дерьмо ублюдок.

Он намеренно придал своим словам провокационно-оскорбительную форму. Картхос в ответ пожал плечами.

— Я вымочу клинок в твоей крови, а ты станешь новой отметкой на моём шлеме, — добавил Блайда, указывая на верхнюю часть своего барбюта, ещё не имевшую почётных шрамов-меток убийств.

— Может быть. Но не здесь, — ответил Картхос.

Блайда поднял забрало на высоту достаточную для того, чтобы плюнуть под ноги Картхосу, после чего зашагал прочь, ведя кривляющегося и изрыгающего проклятия колдуна на буксире.

Кархос, обернувшись, окинул взглядом своих клановых бойцов. После чего поднял левую руку с растопыренными пальцами.

Корос Кир воткнул древко штандарта в круг свободной земли и отряд начал располагаться на постой. Они встали недалеко от шатра верховного зара. Вода и дрова для костра были доставлены им в лагерь слугами собрания, наряду с мясом для еды, вином и зерном для коней. Картхос дал знак Одеку, который был хранителем кошелька клана, чтобы тот заплатил им достойным количеством золота.

Чуть позже к Картхосу пришёл Тнаш, предложивший купить добротного бойца у работорговца Скаркетаха, чтобы он смог изувечить Блайду в церемониальном бою.

Картхос покачал головой. В данный момент были куда более важные дела.

Бойцы его отряда пили вино и жарили мясо и, наконец, опустилась ночь. В сопровождении двух воинов зар Сколт пришёл к их лагерю. Он обнял Картхоса, как брата, и они налили чары с вином, вспоминая о многочисленных победах, что были одержаны ими рука об руку.

— Неужели ты не бросишь вызов Блайде? — спросил Скольт. — Он мечтает об этом.

Картхос покачал головой. — Нет, Блайда может подождать.

— Кроме того, — добавил Одек, — мы дожны дать обет.

Зар Сколт сел будто ужаленный. — Это правда? Вы дадите обет?

— Знаки были хорошими. Мой колдун сказал, что это так. А твой?

Сколт покачал головой. — Мой колдун не видел столь хороших предзнаменований. Великий Тчар, я вам завидую. Такую честь не смогла бы отвергнуть ни одна ватага.

— Кто ещё может дать обет? — спросил Картхос.

Сколт пожал плечами. — Улдин, как я выяснил. Херфил, Креййя и Логар. А также Блайда.

— Блайда? — задумчиво повторил Картхос. — Неужели.

На протяжении всей первой половины ночи, несмотря на моросящий дождь со снегом, что пришёл с запада, процессии рабов трудились над тем, чтобы окружить молниевое древо в центре становища вереницей костров.

Могучие огни зажглись, и даже снег и дождь не смогли потушить их. Шипение пара, словно сотни змей, раздавалось над центром собрания кланов. В свете от костров, в отблесках мерцающего жёлтого огня, виднелись голые тела и костлявые конечности. Это при свете огней стали видны железные клетки и повешенные, свисавшие с ветвей: жертвы, подношения и трупы врагов.