Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Слышалось: «Это всё ты!», «Неа! Захлопнись!» и «Откушу тебе чёртов нос, Клэттер!», и затем «Аргх! Атбали ат баего доса!». Гном съёжился, смятение и страх читались на его изуродованном лице.

Глядя на потасовку, Горфанг чуть было не улыбнулся, но ухмылка соскользнула с его морды прежде чем смогла прочно на ней утвердиться; он зарычал и подался вперёд на укрытом мехами троне. Раздражённо он принялся мять в своих лапах разукрашенный золотой кубок. Гэббл заметил этот знакомый тревожный признак и громко хлопнул в ладоши. Парни Биргит не обратили на него никакого внимания, тогда его уши нервно дёрнулись. Он подобрал длинные юбки своего грязного главнонедомерческого одеяния и принялся отвешивать пинки направо и налево. На ногах Гэббла были окованные железом сапоги, и, о да, они как нельзя лучше подходили, чтобы вправлять недомеркам мозги и оставлять синяки на ногах задиристых орков. И так как все орки задиристы, а недомеркам всегда нужно дать хорошего пинка, Гэббл частенько пускал их в ход, и потому управлялся с ними превосходно. Раздавая пинки, он пыхтел и отдувался: слишком уж много сквигозакусок и грибных пирожных ушло в жир, плотно опоясывающий его талию. Гоблины говорили, что должность главного недомерка пошла Гэбблу на пользу, но правда была в том, что ел он в основном, чтобы заглушить чувство страха, а пугался он очень часто. Быть главным недомерком — не такая уж непыльная работёнка, как он думал раньше. Сил уходило много, задания были сложные, ожидаемая продолжительность жизни — малая.

Впрочем, Гэбблу хватало мозгов не жаловаться об этом Горфангу.

Вскоре он построил оборванцев Биргит в ряд. За несколько шиков, ругательств и оплеух он выпроводил труппу из залы. Один из горфанговских охранников попытался пнуть гоблина, держащего цепь с гномом. Тот увернулся, и здоровяк промазал. Недомерок презрительно фыркнул и с хихиканьем засеменил из залы.

Двери со скрипом сошлись за его спиной.

Король приложил огромную ладонь к лицу, оттянув грубую зелёную кожу так сильно, что клыки чуть не вонзились ему в щёки. Затем откашлялся и тяжело посмотрел на своего главного недомерка.

— Гэббл, ты зачем это сделал? — спросил он.

Выражение его морды не сулило ничего хорошего.

Совсем.

У Гэббла заурчало в животе.

— Э-хе-хе. Ваше великое зелёншество, у вас был такой вид, что вы сейчас их поубиваете.

Горфанг кивнул головой размером с добрый бочонок.

— Я и хотел. Они никуда не годятся. Может, я бы развлёкся, посдавив их головёнки, пока не захлюпают. Ты сказал, будет веселье. Мне не было весело, недомерок, ни капли. Ты ещё раз так облажаешься, я буду искать себе нового главного недомерка.

Гэббл беззаботно пожал плечами, хотя каждая частичка его гоблинского естества вопила, «беги».

— Пляшущих недомерков сложно находить. Простите, босс. Давить им головы — пустая трата зубов. И, эт, тот гном был забавен, да? — Гэббл решил на пробу хихикнуть.

— Трата, значит? — Горфанг поскрёб грязным когтём под подбородком. Звук был похож на металлический скрежет. Он покосился на недомерка. — Тут я буду разрешать, что потеря зубов, а что нет. Хочешь, чтобы сдавил твою голову? До этого самого.

— До чего, босс?

— До «хлюпанья».

Гэббл захихикал, будто Горфанг отпустил шутку.

— Отлично, босс. Хотите запинать чего-нибудь до смерти? Я могу прислать вам пару визгливых молодцов, только пожелаете.

Гэббл наклонился вперёд, к своему хозяину, его руки были сложены треугольничком, на хитрой гоблинской мордочке под нелепой шляпой читалась самая неподдельная забота.

— Ненавижу твою шапку, — прорычал Горфанг. — И тебя ненавижу.

Он швырнул кубок в залу. Тот лязгнул о ступени, грибное пиво веером расплескалось по полу. Уши Гэббла дёрнулись, когда кубок пролетел мимо его головы, однако с места недомерок не сдвинулся. Вот так, взять и уклониться, когда его босс пребывал в таком настроении, было бы фатальной ошибкой. Горфанг сорвал с головы корону и бросил её на грязные каменные плиты. У Гэббла по телу побежала мелкая дрожь — король медленно поднимался с трона. Всё выше и выше, и казалось, будто он никогда не перестанет подниматься и так и будет становиться всё больше. Разогнулась спина, и вот, он уже ростом с человека, выпрямились колени — теперь он высок, как рослый орк. А затем он распрямился целиком — чего орки обычно не делают — кривые ноги стали прямы, как жерди, сутулые плечи расправились. Расписные занавески соскользнули с его мощных мышц. Горфанг поднял кулаки над головой и стал ростом с целого огра. Затем он заревел, да так громко, что потревожил, наверное, самого Морка.

И вот, как выглядел Горфанг Гнилобрюх, король Чёрной скалы, которого иногда именовали Пожирателем троллей — прежде всего, огромный. Высокий, как всё самое высокое, что располагалось в сени гор, почти такой же, казалось несчастному Гэбблу, как сами горы. Плечи его широкие, подобно ущелью, раскинувшемуся под крепостью; голова — большая, как луна. Челюсть массивная, с множеством крепких зубов. Два мощгых, увенчанных железными наконечниками клыка выступали, когда пасть была закрыта, и ещё восемь меньших были видны, когда король ревел или орал на своих подданных, что случалось довольно часто. Череп был широк, брови нависали необычно густо даже для орка, глаза под ними горели тускло-красным, когда король злился и ярко пылали, когда он сражался. На Горфанге был чешуйчатый доспех, на брюшной пластине — злобная морда, часть его знаменитой волшебной брони. Сапоги были так велики, что в одном из них Гэббл мог бы устроить себе дом. Немного нашлось бы орков любых форм и размеров, достаточно храбрых или глупых, чтобы вызвать Горфанга на поединок. Черепа тех, кто всё же пытался, штабелями лежали по нишам в стенах.

— Граа! — кричал Горфанг. Свысока он гневно смотрел на гоблина. Его глаза алели, словно два красных костра, зажжённых в пещерах какой-то невероятной зелёной горы. — Мне скучно, Гэббл! Скучно! Не люблю, когда скучно!

Гэббл украдкой сделал шажок назад, уши его пригнулись к голове. Пальцы принялись блуждать по пятнам крови на платье, тому немногому, что осталось от прежнего главного недомерка. Но Горфанг отодвинулся от него, нервно сжимая кулаки, и гоблин позволил себе короткий вздох облегчения.

Король сжал унизанные кольцами пальцы в кулак и ударил в стену. От неё отлетел кусок камня. Орк шагал взад-вперёд по истрескавшимся плитам тронного возвышения, распинывая в стороны мелкий мусор.

Послышался топот, и в залу вбежало несколько здоровяков.

— Босс! Мы чего-то услышали, всё в порядке? — спросил их вожак.

Горфанг тряхнул головой.

— Если бы нет, я был бы уже мёртв, такие вы медлительные.

Он сбежал по ступеням и пересёк залу. Отвёл кулак и пхнул им прямо в морду предводителя здоровяков. От удара носовая пластина шлема вмялась внутрь, и босс осел на пол с таким грохотом, будто в оружейной произошёл несчастный случай.

— Ну, конечно, — произнёс Горфанг. Он вздрогнул и фыркнул, как бык. — Теперь даже в здоровяках нету бойцовского духа.

Вспышка насилия успокоила Горфанга и он, расслабившись, вернулся к обычной для орков сутулости.

— Дело такое, недомерок, что не с кем драться! Уже сколько месяцев ни одного карла.

— Вы здорово их поколотили, босс, и они больше не вернутся! — выдавливая из себя энтузиазм, заговорил Гэббл. — Помните, как они хотели пробраться через выработки шахты в том месяце. Бронированные такие бородачи и с ружьями…

— Хур-хур-хур, — рассмеялся Горфанг. — Вот это была драка, да? А сколько потом этих карлов запекли!

Обрадованный этой переменой настроения Гэббл с радостью ухватился за шанс избежать взбучки.

— И крыски тоже не покажутся. Этот, последний пытался…

С кровожадной ухмылкой он указал на лежащий у трона белый коврик из крысиной кожи с рогатым черепом. Горфанг заулыбался воспоминаниям, а гоблин подобострастно закивал.

— Верно, верно, — сказал король. — Хорошенько их поубивал, ага? — Он хрипло рассмеялся, но затем вздохнул. Уши Гэббла снова прижались. — И людишки больше ничего не выкинут. Спотыкаются аж, когда несут мне золото, чтобы я пускал их на восток. А огры — так эти вообще хотят, чтобы я им сам платил, за драки…

Он широким шагом направился к обзорному проёму, занимающему целую стену за троном. Когда-то в Чёрной скале было множество украшенных искусной резьбой каменных окон. Часть разломали орки, часть разрушилась от землетрясений. Там, где сохранились ажурные рамы, хрустальное стекло давно уж было разбито. Гэббл никак не мог сообразить, зачем карлам столько обзорных проёмов. Из-за них в крепости было жутко холодно месяцев по девять в году — разбитые окна позволяли горным ветрам вовсю гулять по самым её глубинам, хотя, надо признать, внутри было значительно светлее, чем можно было подумать, исходя из подземного расположения крепости. Если поинтересоваться мнением главного недомерка, тот скажет, что это глупо; если не интересоваться, он всё равно так скажет.